Чтение онлайн

Известным ученым П.В. Симоновым [65] исследовалось соотношение альтруистов и эгоистов в популяции крыс, кстати, наиболее выживающей живой твари на планете. Так вот, и у них есть альтруисты, но мало их и вообще, и по сравнению с эгоистами. Кто знает, больше ли их у нас? Ведь с детства вместо общечеловеческих, оформленных в виде Божьих правил: «Не убий…» и т.д., которые столетиями формировали душу человека, дети слышали: «Слава КПСС, слава Сталину!» Воспитание души, моральных качеств человека, за редким исключением мудрых и благополучных семей, отсутствовало. Хуже того. Исходно хороший, добрый человек тайно совершал предосудительный поступок, далее мучивший его еще не уснувшую совесть. Один Бог без греха. Куда пойти? К другу – не хочется. Да и что за радость просто так облить себя грязью! Психоанализ был осужден у нас… Так что же? Исповедь, причастие? Да что вы! Какая отсталость, какая серость! Идти в церковь?!! Да и, кроме того, где ее взять, почти все они – под складами, если не хуже. И стукачи вокруг. Пойдешь в собор, народу видимо-невидимо, а назавтра – к ответу. Потеря службы. А ведь жизнь – от зарплаты до зарплаты. Дети, жена (муж) – поймут ли?

И прячет человек сожаление или еще более тяжкое чувство – раскаяние – в себе, давит его и более или менее заметно постепенно меняется сам. И не только душевно, но и физически. Во многих странах широко распространены не только психоанализ, но и психосоматические отделения, где лечат болезни организма, связанные с состоянием души. Ну хорошо, уступим материализму – мозга.

Семьдесят с лишним лет разрушалось в обществе то, на что можно было опереться в душах людей, – и теперь практически разрушено. Нам очень, очень трудно будет выйти из дестабилизации наиболее человеческим путем, без диктатуры, без насилия, без возврата к «проверенным» приемам подчинения. Но это – наш абсолютный приоритет сейчас: опираясь на добро (а оно есть еще), вызывая к жизни инициативу и трудолюбие людей, опираясь на вечные моральные ценности, внедряя вновь и защищая их, поддерживая всеми доступными государству способами, великой стране – России – встать снова на ноги без ГУЛАГа, с рачительным использованием своих огромных богатств. Во что бы то ни стало поднять свою экономику, ни в коем случае не проедая иностранные займы, не проедая и за бесценок отдаваемые богатства нашей земли – ее леса, ископаемые, все то, чего хватило бы у хороших хозяев «на вечные времена». Вспомните золотой запас России, хотя бы в XIX столетии… Как пагубен пример Аляски! Когда-то за бесценок продали богатейший русский Север. Безусловно, бесконечно жаль, но что-то мне не кажется, что мы и сейчас были бы готовы к его эксплуатации. Теперь дуем на воду. Не пустить на плохо обжитые земли – не то что не продать (этого действительно не надо), а и не сдать в аренду. Диснейленд около Ленинграда ведь нес вместе с развлекательной частью облагораживание всего овощеводства вокруг города. Стали стеной – не дали, и гордимся еще! Не давали ремонтировать разваливающуюся гостиницу «Англетер» пикеты, выкрики: «Это История! Здесь покончил жизнь самоубийством поэт!» Так ведь не родился, не крестился, не женился, а добровольно ушел из жизни – хорошо же ему было! Чему же радоваться?!

Хочу думать, что большой поддержкой в выходе из дестабилизации должна стать Русская Православная Церковь. Именно она, с ее трогательными воскресными школами для детей и их родителей.

А сегодня? Максимум сил на объединение, четкие экономические планы тактики и стратегии, и прогнозы, и ориентированная на вечные истины перспектива воспитания детей и общества в целом. Нельзя детей отдавать хаосу дестабилизации. Нельзя, чтобы девочки в школе на вопрос, кем они хотят быть, отвечали: «Валютной проституткой, они вкусно едят и хорошо одеваются».

Важнейшая роль принадлежит руководству страны, которое, учитывая все тенденции общества, должно жадно искать и положительные тенденции (это и есть резервы общества) и, как и положено именно государству, охранять жизнь, здоровье и имущество своих граждан. Люди, которым даже для добрых дел не нужна стена за спиной, очень редки. Такими прежде всего были Иисус Христос, хотя и он обращался к Отцу, многие из его апостолов… Но за их спиной уже был сын Бога и человека, проживший свою жизнь по-божьи и умерший страшной, человеческой смертью. Интеллигенция нашей страны, рукоплескавшая потенциальным и реальным цареубийцам, призывавшая «царство свободы», «пору прекрасную», исповедовавшая атеизм – можно перечислять и далее. Ну как? Нравится, что получилось? Так давайте все вместе исправлять не ошибки, их не исправишь (на них можно только учиться… нужно покаяние), – исправлять нашу жизнь. Здесь, а не там, в заморском царстве, где текут молочные реки в кисельных берегах.

Где же вы, так называемые диссиденты и все прочие борцы за нашу свободу (на самом деле свою)? Возвращайтесь, стройте. Не надо больше доказывать, что было плохо. Надо строить, и в частности, потому, что сейчас – можно… На Фонтанке рухнул дом. Ждал, ждал ремонта – и не дождался. Смертность превышает рождаемость в нашем городе. Растет не по дням, а по часам преступность. Надо торопиться, очень торопиться. Время пока еще не работает на нас!

Для меня есть несколько событий в истории нашей страны, значение которых не померкнет, даже если к ним что-то добавит или убавит дотошная история.

Пусть нам и сказали индивидуальную полуправду (мне – об отце), пусть не все сразу стало достижимым (а дальнейшее показало, что все, даже свободу, почти сразу нам действительно вынести нелегко), но был в истории нашей – нашей – страны XX съезд с докладом-подвигом Никиты Сергеевича Хрущева. Пусть вешают сейчас всех собак на Горбачева те, кто взял власть из его рук, – то, что сделал Михаил Сергеевич Горбачев, было также подвигом. Я не хочу, да и не могу по недостатку информации, судить: почему так (так!) получилось?! Потом (потом – практически после I съезда народных депутатов СССР) – кто кого предал, и предал ли, кто кого недооценил, переоценил и т.д., и т.п. Но то, что сделано Хрущевым и Горбачевым, открыло нам пути в цивилизованный мир и, при всей первостепенности задач борьбы с кризисной экономической и с криминогенной ситуацией, дает нам надежду создать стабильное, сильное, богатое общество, где все то, что относится к правам человека, будет прочно поддерживаться государством, охраняться законом.

Я прожила первый год блокады в Ленинграде, я видела пятитонки с трупами, свозимыми на Пискаревское кладбище. Но то была жесточайшая война с внешним врагом. Я и не знала до последних лет масштабов уничтожения своих своими. И конечно, не предполагала, что цифры сопоставимы! Продолжатель дела Ленина – Сталин не уступил Гитлеру право быть убийцей № 1 русских и всех народов, населяющих (населявших!) нашу страну. Этот позор пронес через историю мира Сталин.

Тем выше величие подвигов двух руководителей государства, разделенных друг от друга более чем двумя десятилетиями крадущегося полувозврата, ну ладно – четвертьвозврата к прошлому, с буквально «внедрением» моральной деградации, коррупции. И опять – все на поверхности было в эти годы прекрасно. Вот только если жить по старой-старой детской игре, «да и нет не говорите, черное с белым не берите…».

Так как же с «ad astra»? Светят ли нам впереди звезды? Конечно да, и их близость очень зависима от нас самих, в отличие от звезд реальных. Важно, что к ним нельзя идти по трупам тех, кому уже не войти в систему нового уклада жизни, важны четкие программы, не слишком жесткие, но и ни в коем случае не расплывчатые. Выполнимые и выполняемые. При лидерстве лиц, четко определивших позитивные приоритеты, отдающих себя людям, ценящих возможность нести добро, а не саму власть и опирающихся на резервы общества – на тех, в ком живы вечные ценности совершенствования человека, на то, что уже сейчас позитивно в обществе, на позитивную инициативу в культуре, науке, коммерции.

Недобрые критики скажут: «Это не ваша область». Более злые: «Вы дилетант здесь». Кровожадные… А скажите мне, кто безошибочно знает, что и как нужно делать? У меня хоть есть модель – мозг.

Наука – это всегда движение вперед. Сама наука, познание нашего мира, безотносительно к рукам, в которых находятся некоторые особенные ее достижения, – это всегда путь «к звездам». Особенно практична глубокая, фундаментальная наука, причем в любой области знаний. Многое в нашей области науки уже известно, причем недавние «просто факты» становятся звеньями системы. Познается благодаря успехам методов то, что казалось непознаваемым – и сейчас и, может быть, вообще. Оберегая свою область науки, и без того прошедшую сложный путь, от – скажем так – лишней критики, я старалась держаться подальше от так называемых странных явлений. Однако последние годы были в моей судьбе на редкость трагичными и буквально заставили думать и о своем человеческом и научном долге, и о том, что можно не успеть сделать что-то, чего не решается сделать никто другой из научного мира и что поэтому становится моим долгом.

Я всю свою долгую жизнь изучала живой мозг человека. И, так же как и все, в том числе и люди других специальностей, неизбежно сталкивалась со «странными» явлениями. Причем очень многое – фальшивка, шарлатанство; многое только кажется странным, его можно объяснить уже сейчас, и, таким образом, многое «сверхъестественное» (странное) становится естественным. Но не всё. «Есть многое на свете, друг Горацио…» И вот о многом, что как бы есть и чего как бы нет, что почти все знают, но либо обходят молчанием, либо яростно критикуют, навешивая ярлыки, я тоже расскажу здесь. Потому что я не хочу делать вид, что этого нет. Потому что я надеюсь, придет время – и «странные» явления будут более понятными, что, кстати, отсечет дорогу и шарлатанам всех мастей. Потому что лишь приняв их в расчет – и, конечно, не только то, о чем я пишу, а и многое, о чем я не пишу, – можно будет себе представить более полную картину того, как же мыслит человек. И, может быть, более полно – что такое человек.

Когда я рассказывала о том, как в нейрофизиологических исследованиях мы вышли на своеобразное «плато», что, как я писала ранее, не означало невозможности продолжения работ, а лишь уменьшало вероятность нового прорыва в изучении мозга, речь шла о целесообразности сочетанного нейрофизиологического и прижизненного нейрохимического неинвазивного изучения мозга. Изучения его микроединиц и макропространства, получения сведений о том, что происходит в микронной зоне, и того, что развивается в объеме всего мозга. Наилучшим методическим сочетанием здесь являлось дальнейшее использование возможностей вживленных электродов и позитронно-эмиссионной техники или мощной функциональной магниторезонансной томографии.