Чтение онлайн

– Какая…! Это сделала?!

Я носилась по поляне, которую уже успела вытоптать, наматывая круги вокруг неё, и ревела в голос, время от времени поглядывая в зеркало на… новую себя.

Эльф оторвался от почившей птицы и удивлённо поднял глаза на бегающую и причитающую меня. Увидев моё плачевное состояние, он отошёл от птицы и, поймав меня на одном из поворотов, резко развернул лицом к себе. Словив мои глаза в объектив, он спросил:

– В чём дело?

Я рванулась из его объятий, пытаясь освободиться. Эльф не шелохнулся. Его руки всё также крепко держали меня за талию, не давая возможности даже отойти подальше.

Освободив одну руку, Эвиел поднял кончиками пальцев моё заплаканное лицо за подбородок:

– Я задал вопрос, – ласково мурлыкнул он, слегка поглаживая моё лицо.

– Руки убрал.

Моему рычанию позавидовал бы даже царь зверей, но парень лишь вопросительно изогнул левую бровь, не прекращая при этом наглаживать мой подбородок и скулы.

– В чём дело? – снова повторил он, чуть сильнее сжав мою талию и тем самым дав понять, что, не услышав ответ, отпускать меня не будет.

Я вздохнула, пытаясь хоть как-то успокоиться.

– Где мои глаза?

На меня посмотрели… Ну, как на не совсем нормальную, и ласково ответили:

– Ваши глаза там, где им и положено быть, Кремари Кайя. Они всё там же, на вашем лице. И вряд ли найдут другое место для обитания, – его рука легонько коснулась моего кончика носа, сделав этакое «бип».

Я засопела.

– Нет.

– Что? – не понял Эвиел, оторвавшись от поглаживания моего носа, и удивлённо стал рассматривать то, чего «нет». Чтобы через несколько минут выдать:

– А что же это, позвольте вас спросить? – он насмешливо провёл указательным пальцем по векам моих глаз, которые я инстинктивно успела зажмурить. – Мираж? Обман зрения?

– Это не мои глаза, – спокойно заметила я и слегка отклонилась от траектории его руки. Эльф вздохнул и, посмотрев мне прямо в глаза, уточнил:

– Вы уверены?

Я с надеждой скосила глаза на зеркало у моих ног (оно выпало из рук во время попыток освободиться от захвата). То, словно издеваясь, снова отразило Это. Меня, то бишь.

Моя удобная стрижечка исчезла, уступив место копне чуть вьющихся волос. Цвет остался всё тот же, но длина теперь была до лопаток. Форма лица осталась такой же круглой, да и цвет кожи никуда не делся и темнее не стал (что безумно радует). Но глаза…Они стали чуть больше, и зрачки сменились кошачьими. А апогеем для меня стало то, что они ещё и светились! Глаза. Светились. Вы себе это вообще представляете?! Спасибо хоть, что цвет глаз прежним оставили. Единственная отрада в моём горе.

Убедившись, что мне не показалось, я кивнула.

– Уверена.

– Ну что ж, – протянул этот самоубийца, даже не думая отпускать моё лицо, и более того начал трогать мои волосы. – Не думаю, что всё так плохо. Эта внешность идеально подходит для этого мира и, как бы ты ни выглядела раньше, сильно ты измениться не могла при всём своём желании, если такое даже было. У Муз в этом плане ограничения есть.

– Верни всё как было, – потребовала решительно я.

Задумчиво пропустив одну прядь моих волос у себя между пальцами, он ответил:

– Этого я сделать не могу.

– А кто может?

– Музы, – беспечно накручивая многострадальную прядку себе на указательный палец, ответил этот гад.

– Ну так пошли к ним, – мой гнев видит цель, и это прекрасно. – Пусть исправляют.

Эвиел усмехнулся и, наклонившись к моему уху, нежно прошептал:

– Не надо никуда идти. Они и так здесь. Только позвать нужно.

– Ну так в чём дело? Зови, – я попыталась отодвинуться, но эльф крепко держал меня. И даже тот факт, что делал он это одной рукой (вторая что-то искала у меня в волосах), его не напрягал.

– Не могу, – уткнувшись носом мне в волосы, тихо ответил он. – Это ты их подопечная, не я.

Я снова дёрнулась в его объятиях и решила уточнить чисто для своего успокоения (ну волнует меня его нос, ничего поделать не могу):

– Слушай, а у тебя насморка нет? А то, знаешь ли, не очень хочется потом волосы от соплей отмывать.

Парень фыркнул и, нагло проигнорировав мой насущный вопрос, прошептал:

– Волосы у тебя так вкусно пахнут… Кокосом и мятой.

Я покраснела и…

– Му-у-у-у-уз-ы-ы-ы!

Лежавшая до этого момента около дерева дохлая птичка вдруг вздрогнула и резко зашевелилась.

Я засопела. Не люблю, когда мои волосы вот так просто, без спроса оккупируют сопливые носы.

– Музы, чтоб вас тазиком по мягкому месту!

Эвиел в это время удовлетворённо урчал, закопавшись в волосах не только носом, но и всем лицом где-то в районе затылка. Видать, для лучшего наслаждения запахом моего шампуня и масла для волос.

Птичка около дерева снова вздрогнула и попыталась подняться.

«Да что ж такое-то!»

– Музы! А ну-ка живо сюда, пока я вас из-за кустов сама за волосы не выволокла!

Кустов нигде не было и в помине. Но, как ни странно, угроза возымела эффект.

Воздух в нескольких шагах от меня начал сгущаться, принимая очертания высокой девушки. Забыв про эльфа, птичку и всех их вместе взятых, я уставилась на это чудо света (причём, в буквальном смысле).

Фигура, тем временем, стала светиться всё интенсивнее, и я, не выдержав яркости, поспешно закрыла глаза, уткнув лицо в плечо эльфа. Эвиел приобнял меня и сильнее прижал к себе.

«Как странно. От него пахнет дождём…».

– Эй! – окликнул меня через пару минут звонкий женский голос.

Я оторвалась от парня и обернулась.

Передо мной стояла обычная на вид девушка – подросток, лет 15-16, в серой футболке с надписью «Kiss me», и синих облегающих джинсах, обутая в лабутены. Её длинные тёмно-русые волосы были собраны в хвост, а каре-зелёные глаза смотрели строго.

– Чё звала-то? – нагло поинтересовалась она, прервав, тем самым, осматривание нами своей персоны.