ЖАНРЫ

Магия неприятностей. Охота на демона
Шрифт:

Глава 18. Об ошибках и промахах

Анфиса Горенко

На работе пришлось брать внеплановый выходной. Кто за Шульцем следить будет? Его состояние пока весьма и весьма плачевное.

Не могла же я Вальтера просто так выгнать? Ему моя помощь нужна, между прочим: без энергетической подпитки он будет очень долго восстанавливаться. Всё-таки пламя на крови оказывает влияние не только на тело, но и на энергетические и магические потоки. Без своевременной помощи можно калекой остаться, потерять большую часть способностей к магии или волшбе навсегда.

Так что я продолжала вливать энергию небольшими «порциями».

И за этим чудесным занятием нас как раз застала Клэр.

— Ты спала ли хоть часо-о… Фиса, мать твою! Не могла предупредить?! — воскликнула она, увидев лежащего на диване демона, который трепетно держал меня за ручку.

— Маму не трогай, — отмахнулась я.

Сестра спешно запахнула халат. Впрочем, Вальтер не заинтересовался, лишь бросил на ведьму беглый равнодушный взгляд.

Надо бы их познакомить, а то в лицо они друг друга не знают. Не пересекались ещё.

— Клэр, это лорд Шульц, — я кивнула на пострадавшего. — Вальтер, эта вопящая девица — Кларисса Горенко. Моя двоюродная сестра.

Демон хмыкнул.

— Рад знакомству.

— Взаи-имно, — с хитрой усмешкой протянула Клэр, поглядывая на наши руки. — Шульц, значит… А ты времени зря не теряешь, я гляжу.

Зашипела. Опять она со своими вечными подколками!

— Мне прямо интересно даже, это Вы, уважаемая, про меня или про свою сестру? — хохотнул Вальтер.

Клэр стрельнула глазками в его сторону.

На удивление, даже сейчас, весь покрытый ожогами, волдырями, с подпаленными волосами демон притягивал внимание, но совсем не к повреждениям. Было в нём что-то такое… какая-то невообразимая сила духа, мощная истинно мужская энергетика. И это, разумеется, притягивало женщин.

— А вот как хотите, так и понимайте, — улыбнулась Кларисса и сбежала на кухню.

Мы снова остались вдвоём. Повисло неловкое молчание.

Ну с моей стороны неловкое, а вот Вальтер сидел довольный и, кажется, чему-то радовался. Тихо, сам с собой.

— У тебя очень… интересное окружение, — тактично заметил демон.

— Что ты подразумеваешь под словом «интересное»? — я начала готовить ещё одну порцию зелья к нанесению.

— Ну… общительные такие, ироничные, — хмыкнул он.

— Ага. Желчные, саркастичные и язвительные, — криво улыбнулась я. — Закрывай глаза, сейчас снова буду восстановитель наносить.

Надо отдать демону должное, он терпел и не брыкался, пока я наносила ему добро и причиняла пользу. Только челюсти крепче сжимал и дышал рвано.

Страшно представить, насколько болезненными для него были все манипуляции.

Когда Рита жила у нас первые дни после удачно сорванной огненным «шоу» свадьбы, помню, она кричала и плакала практически не переставая даже от перемещения потоков воздуха и касания тонкой ткани до кожи в тех местах, где от неё хоть что-то осталось.

Но у Огонёчка было более серьёзное состояние, конечно.

Впрочем, это не отменят того очевидного факта, что человек, попавший в огонь Магической Справедливости, испытывает жуткую боль.

— Спасибо, — вновь поблагодарил Вальтер меня. — Что бы я без тебя делал…

— Издох бы, привалившись к забору, — Тёма появилась из ниоткуда и запрыгнула на диван.

Сама деликатность она у меня.

— Ты что, тоже разговариваешь? — демон смешно вытаращился на кошку.

— В каком смысле «тоже»?

Он ненадолго замолчал, подбирая слова.

— У Маргариты тоже говорящий фамильяр.

— Так мы все говорящие, — Тёма свернулась калачиком на животе у Шульца.

Тот почесал мою кошку за ушком. Раздалось довольное мурлыканье.

Кажется, Тёма пришла мне помочь. Сейчас уже она отдавала энергию тонким, но равномерным потоком. Я бы такой на длительное время обеспечить не смогла, мне проще периодически помаленьку отдавать, чем вот так постоянно следить за состоянием Вальтера.

Который, кстати, не совсем понимал, что происходит, но не мешал, доверившись мне. Ну и моему фамильяру, разумеется.

— Когда Клэр уйдёт, расскажу, что нового по твоему заказу, — шепнула я, склонившись к Вальтеру.

— Как тебе будет угодно, — так же тихо ответил он. — Может, хоть там есть что-то хорошее?

— Да нет, я бы сказала, что совсем наоборот. Радоваться нечему.

Когда Кларисса всё-таки ушла, я сбегала за своими бумагами. Ну и успокоительного себе накапала, по правде говоря, потому что выносить её ехидные комментарии становится всё сложнее.

Она опять наговорила всякого о моих несуществующих с Шульцем отношениях!

Надо срочно что-то делать с количеством и качеством нервотрёпки в жизни. Скоро будет передоз волшебным снадобьем, а это чревато не только отравлениями, но и дисбалансом энергии. Во что выльется последнее — страшно представить.

Вернулась к Вальтеру. Он окончательно нашёл общий язык с Тёмой, никак иначе её неожиданную ласковость я объяснить не могу. Никогда посторонним не давалась в руки, гладить не разрешала никому, кроме меня и узкого круга лиц, да и то по собственному настроению. Хочет — ластится, не хочет — может нашипеть и по рукам когтями садануть.

Сейчас демон уже сидел, пусть и морщился от боли, а сам был мертвенно-бледного цвета, а Тьма лежала у него на коленях, с зевком потягиваясь.

От завтрака Шульц отказался, от кофе, который я клятвенно пообещала разбавить до «нормального» состояния, или чая со сладостями тоже, так что нас ждал исключительно деловой разговор.

По крайней мере, он пытался меня в этом убедить. Весьма настойчиво, кстати, я даже почти поверила. Хотя какой ему не «деловой разговор» в нынешнем состоянии? Боль полностью никуда не ушла, так что не удивлюсь, если он мечтает только о том, чтобы эта пытка закончилась.

Уселась на диван, пошуршала листами в поисках того самого, где была замечена первая ужасная ошибка. Когда нашла, подвинулась поближе к Вальтеру и, показав записи, начала пояснять:

— Смотри. Вот здесь я не учла коэффициент Тиенгерса, поэтому этот вариант амулета отпадает, все расчёты для него не подходят. Не знаю, почему я не заметила это раньше, но… — кто бы знал, как я не люблю признавать собственные промахи, тем более если они такие значительные. — В общем, тут ошибка.

Поделиться с друзьями: