Чтение онлайн

Анфиса Горенко

Гордей вернулся ближе к ночи на следующий день после пожарища.

Мы с Клэр ему так и не рассказали, что произошло, не стали отрывать от заседаний Верховного Совета. Ну а зачем его нервировать? Всё уже закончилось, мы не пострадали, а он помочь никак не мог. Я, правда, не удержалась, сболтнула всё-таки, что у нас тут кое-какие неприятности случились, но в детали вдаваться не стала. Он спросил, нужна ли нам помощь, и, получив отрицательный ответ, пообещал, что всё из нас по приезде вытрясет.

Но Гордей и сам прекрасно понял, о каких неприятностях я ему говорила в наш последний «сеанс связи», когда увидел обгоревшие дома, ограды и траурные цветы, разложенные по всей улице.

Настолько впечатлился, что ему с сердцем плохо стало.

— Я чуть не поседел второй раз, когда улицу увидел, — всё повторял он потом, когда лекарь, которого я вытащила буквально из кровати, подлатал моего впечатлительного родственника.

И, когда немного отошёл от первого потрясения, долго на нас ругался, что мы ему ни о чём не сказали. А мы с сестрой пристыженно молчали. Потому что те доводы, которыми мы обе руководствовались, сразу показались какими-то мелочными, глупыми и наивно-детскими. Никто из нас даже не решился их озвучить.

Закончилось всё тем, что Гордей пошёл и хлебнул концентрат успокоительного, которое варила Рита в то утро, когда Вальтер меня с тропы вытаскивал, — у нас этого чудодейственного варева ещё немного осталось.

А наутро, увидев, что я мечусь по всему дому и выгляжу как-то «ненормально», в смысле, накрашенная и в парадно-выходном костюме светло-голубого цвета, а ещё пытаюсь красиво уложить внезапно ставшие непослушными волосы, сразу догадался, к чему дело идёт.

— С Шульцем что ли на свиданку? — спросил он под руку, когда я накручивала очередной локон. — Одобряю. А чего раньше тянула?

У-у, вредный колдун! Так и тянет, так и тянет огреть его чем-нибудь потяжелее по маковке.

— Домой тебя, видимо, сегодня не ждать, — продолжил Гордей скучающим тоном, пытаясь вывести меня на эмоции.

Что ж, у него получилось.

На этом моменте я неможко психанула. От спонтанного выброса энергии лопнуло зеркало, я едва успела отскочить, чтобы не попасть под дождь из острых осколков.

— Вы друг друга стоите! — рыкнула я, дёрнув непослушную прядь. — Что ты, что Вальтер!

Ну хоть одна радость. Из-за этого дурацкого жеста волосы наконец-то легли так, как я хотела. А вот осадочек остался.

Поэтому на работу я пришла нервная и дёрганая. Коллеги удивились, увидев меня при полном параде, но оценив моё состояние, вопросов задавать не стали, так что я была предоставлена сама себе.

Правда, чем ближе был конец рабочего дня, тем меньше я злилась и тем больше нервничала.

Ведь вечером идти на свидание с Вальтером. И стоило быть честной хотя бы с собой и иметь смелость признать, что он, этот наглый, самоуверенный и совершенно невозможный демон, мне нравится. Его поступки и искренняя помощь и забота обо мне сделали своё дело.

И это я молчу про то, что он умел понравиться любой женщине от пяти до пятьсот пятидесяти лет, чем беззастенчиво пользовался. И, кажется, Вальтер добился того, чего хотел: моей благосклонности.

В назначенное время с работы я буквально сбежала. Нервы были на пределе, и если я сейчас не увижу Вальтера или если что-то пойдёт не так, то я за себя не ручаюсь.

Но демон был на месте. Он ждал меня у входа в институт с огромным букетом из белых и синих ирисов.

— Как всегда очаровательна, — демон вручил мне цветы.

— Ты совсем засмущать меня решил? — я приняла тяжёлый букет, чувствуя, как щёки покрываются румянцем, выдавая мои эмоции.

За мной, конечно, и раньше ухаживали, но настолько неприкрытое отношение Вальтера было в новинку.

— Если бы я совсем решил тебя засмущать, я бы тебя поцеловал прямо здесь, — шепнул он, наклонившись ко мне.

И это тоже было в новинку. Потому что рост у меня несколько выше среднего, подавляющее большинство мужчин либо одного со мной роста, либо ниже. А вот чтобы разница была не в мою «пользу», скажем так, это редкость. Тем более, когда она настолько ощутимая.

Шульц подал руку, которую я приняла, и неспешно повёл меня в сторону театра.

Осенний месяц подходил к концу, зима постепенно вступала в свои права: мороз ещё не кусался, но лужицы на дорогах уже были покрыты тонкой корочкой льда. Совсем скоро начнётся первый снегопад — обычное погодное явление в наших краях, оно происходит как раз где-то на последней неделе осени. Долго длится, кстати, больше суток, поэтому все успевают им насладиться.

Резкий порыв ветра закончился так же неожиданно, как и начался — это Вальтер закрыл меня от разбушевавшейся стихии магией.

Благодарно улыбнулась.

Было… комфортно. Комфортно вот так просто идти и молчать. Мне с ним вообще было как-то спокойно, что ли? Я могла быть собой, со всеми проявлениями моего непростого характера, нестабильными эмоциями, которые порой выливались в не самое адекватное поведение.

Украдкой рассматривала мужчину. От былых повреждений не осталось и следа — настолько хороший лекарь работал. Даже аура теперь была нормальная, восстановленная практически полностью. Так что сейчас о той горячей в прямом смысле этого слова ночи в облике Вальтера напоминали только сильно укороченные волосы. Ранее длинные, теперь они едва доставали ему до плеч.

Заметив, что я непрестанно его разглядываю, демон довольно улыбнулся уголком губ. И надо было что-то сказать язвительное, чтобы отвлечь его, но в голову как-то ничего не шло.

Вальтер переплёл наши пальцы, дразнящим жестом проведя по тыльной стороне ладони.

Вздрогнула от такого простого прикосновения и сжала ладонь чуть крепче.

Так мы и шли молча до самого театра, думая каждый о своём, но это не тяготило, совсем наоборот. Рядом с этим демоном было приятно молчать. А ещё я чувствовала себя в безопасности, защищённой от всего и всех. И это новое, ранее незнакомое мне ощущение было невероятным.

И вот, наконец, он. Театр.

Вальтер помог мне снять пальто, приобнял за талию и повёл к нашим местам. Щёки снова против воли предательски вспыхнули.

Кажется, какая-то дама прошипела что-то про «бабника Шульца, подцепившего новую цацу». Эта фраза неприятно кольнула, но я не стала ничего отвечать озлобленной женщине, только шепнула:

— Чтоб тебе икалось, завистливая.

С губ сорвалось тёмное облачко простейшего проклятия. И я была уверена, что оно долетит и подействует. И через несколько секунд ожидаемо услышала, как та барышня начала безудержно икать. А проклятие это незаметное, маленькое и слабое, только веды и поймут, что это оно.