Чтение онлайн

– Это наше! – безапелляционно заявила мать, поравнявшись с конкуренткой и сверкнув карими, как у Малины, глазами.

Девочка могла поклясться, что от мамы пыхнуло жаром, а по радужке колдовским переливом прошла фисташковая волна. Иринина мама ойкнула и попятилась назад. Тем же вечером Мариэтта Аркадьевна усадила Малину напротив себя и повторила одну из главных истин.

– Шептуньи сильны словами. Используя их, мы можем добиться чего угодно. Но не в лоб, а лишь подтолкнуть мир к желаемому, сформировать нужные обстоятельства. Для нашей магии подходят обычные слова, и все же не каждое заряжено магией. Чтобы она заработала, нужно произнести его с особой интонацией и настроем. Однако, – в ее голосе послышались стальные нотки, – есть ограничения.

Малина, нутром чуя, что в магазине что-то пошло не так, смотрела на мать во все глаза.

– Какие?

Та поморщилась, будто съела горькую редиску.

– Разные. Например, шептуньям нельзя колдовать в угоду собственным желаниям.

Малина опешила.

– Но ты же…

– А я колдовала, – перебила ее мать.

– Тебя накажут? – перепугалась девочка, скосив взгляд на куклу. Зря она ее выпросила.

– Не бойся, сдюжим, – мать потянулась и заправила взлохмаченный локон Малине за ухо. – Магия посылает лишь посильные испытания.

На языке у Малины мигом завертелись вопросы, но Мариэтта Аркадьевна строго прервала любые попытки выведать подробности раньше времени.

– Как вырастешь, расскажу, а пока хватит с тебя. Играй лучше с куклой. Не зря же мы за нее воевали.

И она послала дочери ободряюще-уверенный взгляд, в момент успокоивший все волнения внутри. Раз мама не боится, то и Малине не стоит. А куклу она не выпускала из рук. Усердно тренировалась перед зеркалом, дабы поскорее овладеть магией слова, что бы за этим ни скрывалось. Для начала и так, и эдак пыталась научить Алису говорить. Увы, ничего не получалось.

– Напрасная затея, – посмеивалась мать. – Наша магия работает иначе. А твоя пока спит. Проснется к восемнадцати.

– Как я это пойму? – спрашивала Малина, обиженно морщась.

– Уж поверь, не пропустишь.

Но в восемнадцать ничего не случилось. Магия себя не проявила. Для верности выждав еще год, Малина уехала учиться в столицу, в Сити, где бесконечным калейдоскопом ее закружили лекции и экзамены. Мариэтта Аркадьевна начала беспокоиться.

– Тебе уже пора бы пройти инициацию. Сила должна была проявить себя.

Повзрослевшая Малина ловко откидывала копну каштановых волос за плечо и недоуменно спрашивала:

– Как?

– Вспышкой. Как у всех ведьм нашего рода.

– И у тебя?

Мать смущалась.

– И у меня. Помню, в восемнадцать чуть не превратила в жабу одну девицу. Строила глазки моему ухажеру.

– Отцу?

Всякий раз в редких разговорах о папе голос Малины от волнения становился тоньше. А вот материнский наливался прохладцей, словно говорить о мужчине, подарившем ей дитя, той было в тягость. Впрочем, после секундной заминки она продолжала прежним тоном, будто забывала о вопросе.

– Нет, другому. Не больно-то хотелось иметь под боком соперницу, вот я и наговорила ей всякого. Благо хватило ума остановиться. Она только заквакать успела. Девицу пришлось проводить до дома, а парня бросить – начал догадываться, что я не такая, как все. Наши способности надо держать в секрете, иначе…

– Иначе что?

Расстроенная тем, что мать оставляет вопросы об отце без ответа, Малина встревоженно замирала, а Мариэтта Аркадьевна лишь коротко вздыхала.

– Кому понравится узнать, что спутался ведьмой? – спрашивала она Малину и сама же отвечала, – никому. Магию нашу надобно в секрете от всех держать, от мужчин подавно. Слабенькие они. Вон твоя бабка Аграфена как намучилась. Всю жизнь от деда таилась. Тот все равно что-то чувствовал, топил догадки в бутылке, да и того… Допился до белой горячки. Может, к лучшему, что папка твой ушел из жизни молодым.

Ранняя смерть – все, что Малина знала об отце, которого звали необычно, Муратом. Даже фамилии не осталось. Ее Малина унаследовала от матери – Кудеярова. Мать говорила, что папа был турком и, когда они познакомились, уже серьезно болел. Собственно, ради лечения прилетел в Сити, да зря. Врачи не смогли поставить ни точный диагноз, ни помочь.

– Мы пробыли вместе недолго, – скупо делилась мама, когда Малина была особенно настойчива в расспросах. – Едва успел взглянуть на тебя, как предки забрали его.

Дальше она замолкала, ныряя в глубины памяти, а Малина украдкой думала, что, в отличие от матери, вовсе не считает раннюю смерть отца благом. Она очень хотела бы, чтобы папа остался жив. Малина не сомневалась: мама непременно выдумала бы способ, как сохранить колдовское ремесло в секрете. Выросшая в мире, где все вокруг магию считали сказкой, а семью – оплотом стабильности, она была твердо убеждена: отец поверил бы. Что до деда Аркадия, по ее мнению, тот просто любил заложить за воротник. По крайней мере, в ее воспоминаниях это был высокий, сухопарый старик со смешливым взглядом, за пазухой у которого всегда булькала фляжка с огненной водой. Острый прищур дедовских глаз взрослая Малина трактовала исключительно как стариковскую шалость, а вовсе не подозрительность. Связи с магией бабушки не видела, хотя проверить уже не могла. Деда не стало еще раньше. В любом случае время шло, а ничего не менялось. Малина по-прежнему была совершенно обычной. Руки, ноги, голова, никакой магии. К двадцати четырем, когда она забирала диплом из университета, сдалась даже мать.

– Видно, на тебе наша магия и оборвется. Жаль.

В голосе ее было столько разочарования, что у Малины на глаза навернулись слезы. Она решила доказать: годится на что-то и без колдовского дара. Работала, как проклятая, отказавшись от всего, кроме профессии. Даже отношений нормальных не построила – короткие романы не в счет. Такое никто давно не считал зазорным.

Карьерный рост был стремительным. К тридцати Малина была уже заместителем директора по связям с общественностью в «УмножайКо», крупнейшей в Сити финансовой компании. Работала в самом центре города, пила кофе в дорогих кофейнях, отдыхала на морях, носила красивые вещи, даже прикупила квартирку в Хмурово. Жила не тужила. А потом, в тридцать три с половиной, магия внезапно дала о себе знать тем пожаром, и страшно перепугала Малину. По ночам, обмирая от пережитого ужаса, та задавалась вопросом: а если бы кто-то погиб? Через шесть месяцев, не выдержав внутреннего напряжения и чувства вины, написала заявление по собственному желанию, но на новую работу так и не решилась.

Вот уже два года носила гордое звание фрилансера. Работала сама на себя – писала на заказ. Логичное, уверяла Малина, продолжение карьеры специалиста по коммуникациям, которым она была в «УмКо». Так сокращенно называли компанию сотрудники. По сравнению с прежними доходами, теперь она, конечно, перебивалась с копейки на копейку. Однако выбирать не приходилось. Мысль о возвращении в большую фирму вызывала почти первобытный страх. Начинать на фрилансе было сложно, но дело худо-бедно шло, заказчики находились. Федя так вообще влюбился в Малинину писанину.

– Что скажешь? Огонь-идея? – между тем, поинтересовался тот.

На секунду Малина зависла. Навык слушать вполуха, не пропуская ничего важного, она развила еще во времена «УмКи». С совещаниями по четыре раза в день это было легко.

– Федор, идея-то – огонь, – осторожно заметила Малина, – да только вы опять гоните коней. Как тогда, с термосами-единорогами, помните? Продажи на маркетплейсе – это супер. И сторителлинг 1 , конечно, надо. Идея про корпоративный блог 2 мне нравится. И ваши предложения по соцсетям тоже. Но давайте лендинг 3 сделаем для начала? Вот куда податься клиенту, который хочет купить «Плед до ста лет» прямо сейчас? А рассылку 4 кому делать? Базы-то пока нет. Предлагаю сосредоточиться на сайте. Остальное прикрутить по ходу дела.