Чтение онлайн

Испослать вам, ваше величество.

– Надеюсь, всё сложится как можно лучше для вас, - сказала я, попытавшись не скривить улыбку.

– И я надеюсь!
– горячо ответила Маэлис, прижав ладони к груди.

Ну а меня в минуты слабости будет немного утешать счастье этой милой и доброй девочки.

– Хотя мне немного жалко герцога Тонлея. Он говорил, что любит меня и очень ждёт, когда я стану его женой, - поделилась со мной принцесса своими переживаниями, - но моё сердце уже занято!

– В принцесс всегда влюбляется много мужчин, ваше высочество, так устроен мир.

– Мне иногда кажется, что ты гораздо старше меня, - заметила принцесса и вздохнула, - Всё-таки я живу только во дворце, и не знаю жизнь так, как ты.

Мы немного постреляли, и я ушла спать. Никакого набега на кухню мы с принцессой, конечно, не сделали, так что тётушка осталась сегодня без вредного на ночь пирога.

На следующий день приехал вызванный во дворец барон Кадней, о чём меня известил Петрик. А ещё он передал, что меня вместе с бароном вызывают в кабинет его величества.

– Вы имели возможность хоть немного отдохнуть с дороги, отец?
– спросила я, сверкнув глазами на королевского секретаря, ожидающего у двери в кабинет.

– Да, и даже пообедал в выделенной комнате, - ответил довольный барон, - А ты не знаешь, зачем меня вызвали? Надеюсь, моя дочь ничего не натворила, а?

– Знаю. Натворила. Идёмте.

В кабинете короля опять присутствовали следователь и, к моему небольшому удивлению, Винсент. Видимо, присутствие принца можно было объяснить неполнотой выясненной картины о моём самозванстве. Или его собственным пожеланием поприсутствовать.

Стоим, кланяемся с бароном - всё честь по чести. Следователь сразу взял быка за рога:

– Вам знаком этот предмет, барон?

– Да это ж наш родовой артефакт, - удивился тот, - только камешки не светятся, как раньше.

– Вам известно, кто и когда использовал этот артефакт?

– Никто его не использовал, он у нас давным-давно в поколениях передаётся. Мы его старшей дочке, вон, отдали, раз уж она даром магическим владеет.

– Зря вы киваете на эту девушку, барон, - с плеча рубанул правду-матку следователь, - Это вовсе не ваша дочь. Филис Кадней обменяла свою душу на душу другой женщины. Ещё когда жила в городке академии. Вы её никогда больше не увидите.

– Да как же это...
– побледнел мужчина, пошатнувшись, - Филис, дочка...

– Не волнуйтесь пожалуйста, - я метнулась и схватила стул, на который усадила барона, - она ведь жива, просто далеко очень. И ещё она передала мне копию своей памяти, полностью. Так что я всё-всё помню, что и она.

Барону, однако, понадобилось немало времени, чтобы осознать и принять этот факт. На лице его застыло трагическое выражение.

– Расскажите нам, - осторожно перешёл к делу король, - что происходило после окончания первого курса академии той, которую вы считали вашей дочерью Филис. Она что-нибудь забирала у вас?

– Да нет...
– с трудом припоминал барон, кидая на меня растерянные взгляды, - наоборот, вернула нам фамильные украшения, брошку там, ещё что-то... и браслет с подвеской, дарёные ей парнями отдала, чтобы мы с женой их продали да дочек младших приодели немного. Замуж ещё выходить отказывалась, говорила всё - учиться хочу дальше на мага...

– А на будущее она ничего от вас не просила?
– спросил следователь.

– Не себе просила, наоборот, она... где же это письмо-то? Как знал, что надо его с собой взять.

Барон похлопал себя по сюртуку и вытащил из внутреннего кармана моё письмо, которое положил на стол королю. Тот прочитал и явно проникся. Да, его величество, сам не имеющий сыновей, мог оценить те сведения, которые получили от меня барон с его женой.

– Вы нашли ту женщину, о которой говорится в письме?
– спросил он.

– Да, нашли, уж приставили к ней повитуху доверенную. И так, помогли немного.

Я одобрительно улыбнулась барону:

– Вот, я подписала документ, что не претендую на наследство после вас и становлюсь независимой, - отдала я ему состряпанное намедни стряпчим.

– Что же, спасибо, барон, что прояснили нам всё окончательно, - сказал его величество, - возьмите ваше письмо и заберите родовой артефакт.

Но барон как от чумы попятился от пятиугольника:

– Не надо нам больше его, ваше величество, только несчастье он принёс нам в семью, дочку забрал. Пусть уж эта девушка-маг им владеет и дальше, раз уж так сложилось. Поди, ей тоже несладко пришлось, а нам и отблагодарить и утешить её больше нечем.

– Как угодно, - сказал король, поднимаясь, - больше я ни вас, ни леди не задерживаю. И прошу не рассказывать обо всём этом никому сверх необходимости.

Я забрала с его стола артефакт и свиток с криво написанными строчками.

– А я возьму. Как память о Жаргале.

Вышла из дворца вслед за бароном и проводила его до коляски.

– Мать и сёстры будут горевать, - печально сказал мне он.

– Я буду вам писать иногда и помогать, можно?
– спросила я, - Всё-таки память Филис не даёт мне относиться к вам как к чужим. Да и люди будет продолжать считать меня вашей дочерью.

– Ладно, - вздохнул барон, тоскливо взглянув на меня в последний раз перед тем, как коляска тронулась с места.

Я всё ещё стояла на ступенях дворца и грустно (вот ещё оборвалась одна ниточка моих привязанностей) смотрела вслед уехавшему барону, когда сзади подошёл Винсент и встал рядом со мной.

– И мне тоже пора, - вздохнула я, не поворачиваясь к нему, - Поеду в академию.

– До окончания каникул ещё полторы недели, - заметил принц.

– Но не могу же я гостить тут и дальше. Это всё-таки королевский двор, а не проходной, - пошутила я.

– Есть другое предложение. Если ты согласишься, конечно... Ольга, - с запинкой произнёс моё имя Винсент.

Я вопросительно подняла брови и повернулась к нему.

– Я еду домой в герцогство, навестить мать. Пробуду там до конца каникул. Хант и Барис тоже туда подъедут в последний день. Поехали со мной?

– Конечно, - ласково улыбнулась я, - С тобой - хоть на край света. Но разве король не будет недоволен этим?

– А мы ему не скажем!
– сверкнул принц улыбкой.

Выдала я своим подчинённым небольшие премии, попрощалась с ними, и последним наказом посоветовала, чтобы всем, кто станет заикаться о моей причастности к смерти Жаргала, рекомендовали обращаться к придворному магу-целителю. Нет, не за тем, чтобы головушку подлечить, хотя, может и не помешает. А за компетентным разъяснением, от чего умер Жаргал.