Максимальная справедливость
Шрифт:
— Да вон эти сектанты!
Они обернулись. На противоположной стороне улицы поперёк плотного потока спешащих с увеселительной прогулки домой рабочих шла маленькая группа людей из трёх человек. Одеты они были в одинаковые рваные джинсы, на толстой светящейся при каждом шаге подошве кроссовки и зелёные балахоны с одетыми на головы капюшонами. У всех троих за спинами болтались небольшие бело-синие рюкзаки, полупустые. Буквально повсюду висели либо голографические значки, либо просто нашивки с символом «Спрута». Шли они неторопливо, но уверенно, никуда не сворачивая и рассекая поток идущих на них, словно камень реку. Они переговаривались друг с другом несколько оживлённее окружающих, но ничего сверхъестественного в этом не было — обычные студенты после вечерних занятий. И, на взгляд Димы, ничего предосудительного они не делали и не собирались.
— Чего встали?! — возмутилась старушка. — Ловите их, уйдут же!
Макс было дёрнулся, но Дима быстро его остановил и указал на точно такую же группу молодых людей на их стороне улицы. Эта состояла целиком из девушек, да и одеты они были не так развязно, но символы «Спрута» тоже были неизменны. Их группа стояла немного в стороне от всех людей, в переулке между домами, и усердно топтала свои наручные терминалы.
— А, может, эти? — предположил Макс.
— Я не знаю, — растерялась пенсионерка. — Да ловите их всех, наверняка кто-то из них и виноват!
Макс мысленно усмехнулся: способ варварский, но верный. Если пересажать всё население города, то все преступники точно окажутся там, где им положено быть — на промывке мозгов. Или в шахтах. Но, во-первых, все полицейские города просто утонут в этом дерьме, не успев его разгрести и за тысячелетие, а во-вторых, в обезьяннике камер не хватит и на сотню человек, даже если их всех посадить друг другу на головы.
— Так нельзя, — покачал головой Дима. — Презумпция неви…
Внезапно сработал его наручный терминал. Входящее сообщение. Он, не договорив, закатал рукав пиджака и ткнул горящую красным кнопку.
— Макс! — его взгляд стал обеспокоенным. — Срочный вызов в двух кварталах отсюда. — Вооружённое проникновение в офисное здание.
— А причём здесь мы? — удивился Макс. — Пускай ЧОПы (примечание: частные охранные предприятия) этим занимаются!
— Там правительственные серверы, — прочёл в сообщении Дима. — ГБР (примечание: группа быстрого реагирования) уже выехала, но наше участие тоже необходимо прямо сейчас.
— Зараза! — возмутился Макс.
На самом деле он обрадовался. Пенсионерка уже изрядно ему надоела, ещё с минуту общения с ней, и он сам бы её лично доставил в обезьянник.
— Эй, куда?! — взвизгнула старушка, когда Дима и Макс сели в машину.
— Извините, срочный вызов! — виновато ответил Дима.
— Ну и фиг с вами, сама разберусь, — пообещала она в ответ и сразу же направилась к группе девчонок.
Срочный вызов действительно стал для них спасением, причём, не только от агрессивной старушки и угрожавшей разборкой с местными представителями зарождавшейся субкультуры. Сообщения о появившихся на стенах улиц граффити, а так же множества мелких групп странных молодых (и не очень) людей с нарастающей периодичностью стали поступать со всего района. Да и в других районах тоже, Дима узнавал. На Диму и Макса повесили разбираться со всем этим, изменили график работы так, что они теперь были на работе практически круглосуточно, лишь изредка прерываясь на сон и отдых. Сверхурочные сверхурочными, но погрязли они в этом изрядно, а в помощь людей им почти нисколько не послали — все были заняты другими расследованиями. Осенью, как обычно, участились карманные кражи. Унылые разговоры со знающими законодательство и свои права людьми, бессмысленные поездки по разным кварталам только ради того, чтобы полюбоваться на одинаковое везде изображение. Только изредка им удавалось поймать виновных — кое-где частные видеокамеры в жилых домах всё-таки работали, да и расторопные граждане, бывало, ловили с поличным хулиганов. Но всё было без толку — штраф за такого рода вандализм небольшой, ну разве что можно было ещё заставить отмывать стены… Так что поступивший вызов действительно стал глотком свежего воздуха.
— ГБР ещё нет, — без эмоций прокомментировал Макс, когда они подъезжали к месту вызова.
Чтобы это выяснить, ему пришлось немного покопаться в бортовом терминале автомобиля. ГБР досюда ехать было куда дальше, так что не раньше, чем через пять минут, их можно было и не ожидать.
— Сами разберёмся, — к ужасу Димы добавил он. И, чтобы окончательно довести парня, приказал: — Хватай пушку.
Он вовремя заметил стоящий у единственного въезда грузовик и, моментально сообразив, что туда лучше не соваться, перехватил у системы управление автомобилем.
— Ты ув-верен? — заикнулся Дима.
— Я стрелять не могу, не пройду авторизацию, — тут же ответил Макс. — А задержать их мы должны до приезда остальных.
— Связь сдохла, — через секунду заметил Дима.
— Глушите…
Макс не договорил. Едва они приблизились к боковому проходу в сплошном заборе, как машина слегка подпрыгнула, на что-то наехав. Высоченный Макс ударился башкой о крышу машины и зло выругался. Одновременно раздался тихий хлопок, и вся электроника в машине сдохла.
— Что?! — возмутился Макс. — Опять?!
Автомобиль проехал ещё несколько метров и, почти успев остановиться, врезался в забор. Пассажиров дёрнуло вперёд, но спасли сработавшие на случай отключения гравикомпенсаторов старые добрые ремни безопасности, так что на этот раз обошлось без травм.
— Что это было? — ошарашенно спросил Дима, потирая то место на груди, куда врезался ремень безопасности.
— Электромагнитная мина, — Макс лихорадочно оглянулся.
Вовремя.
Из-за калитки с правой стороны по соседству с ними показался мужик в чёрной одежде и в такой же чёрной маске. На груди у него гордо красовался символ «Спрута», а лежащий в руке пистолет уверенно смотрел в их сторону. К счастью Макса, тот оказался шоковым, с виду таким же по мощности, какой был у него некоторое время назад, не гражданский. А это означает только одно — он его купил на чёрном рынке за приличную сумму.
Макс расслабился: даже если тот выстрелит и попадёт в машину, то им ничего не будет, поскольку на такие случаи автомобиль имеет защитный контур. Если только этот идиот-напарник не…
— Пистолет! — воскликнул Дима и отворил свою дверь, намереваясь выскочить с левой стороны.
— Стой, дебил! — успел выкрикнуть Макс.
Ну как, успел. Дверь Дима открыл, но вылезти — не вылез.
Разряд угодил аккурат в правое боковое стекло, где сидел Макс. Тот его не заметил, но зато вполне ощутил, как по всей машине этот разряд растёкся. И если бы не открытая дверь, то внутрь бы он не проник.
Их скрутило, нещадно тряся от электрического разряда, но тот потерял большую часть своей мощи из-за большой площади покрытия автомобиля. Уже через две секунды Макс достал из бардачка запасной пистолет и кинул его Диме. Тот, к радости Макса, не растерялся, мгновенно схватив пушку и, вмиг пройдя идентификацию, выскочил наружу и первым же выстрелом попал в напавшего на них. Тот пошатнулся, растерянно отошёл на пару шагов назад, но быстро очухался и спрятался за калиткой. Спустя секунду до них донёсся его крик — он предупредил товарищей о прибытии полиции.
Тут же над их головами раздался ещё один хлопок, куда более громкий, но звучащий более глухо, словно через подушку. Макс и Дима подняли взгляды. В окнах девятого этажа что-то дважды сверкнуло голубой вспышкой, после чего раздался ещё один хлопок, и из окон на улицу повалил дым.
Напавший воспользовался моментом и ловким выстрелом отправил Диму в глубокий нокаут, тот даже пикнуть ничего не успел.
— Дьявол! — ругнулся Макс.
Он выполз через левую дверь наружу и, схватившись за пистолет в руке напарника, проорал в него: