Чтение онлайн

Эйлау (Прейсиш-Эйлау) — город в Восточной Пруссии, близ которого 26–27 января 1807 г. имело место сражение между французской и русской армиями в ходе войны Франции с антифранцузской коалицией (Россия, Пруссия, Англия и др.). Сражение было кровопролитным с обеих сторон, и его результат до конца оставался неясным. Атаки конницы Мюрата, успешная диверсия Даву на правом фланге и прибытие Нея на левом вынудили русских отступить.

"Политики первого апреля" — это, вероятно, те сенаторы, которые 31 марта 1814 г. пребывали в Париже и откликнулись на приглашение Талейрана, в руках которого находились все нити интриг в пользу Бурбонов, и собрались для того, чтобы без возражений выслушать предложение Талейрана об учреждении Временного правительства. Сенаторы выслушали предложенный бывшим министром иностранных дел проект состава правительства, и ни у кого не возник вопрос о том, насколько законны предложение Талейрана и обсуждение этого предложения. В правительство вошли некоторые из личных врагов Наполеона; возглавил правительство сам Талейран, по предложению которого Наполеон был объявлен отрешенным от власти, а народ — свободным от присяги на верность императору. Сенатская комиссия, избранная для составления проекта конституции, в своем обращении к народу опубликовала некоторые из принципиальных пунктов этого проекта. Среди них особенно важными были следующие: проданные национальные имущества должны были остаться в руках покупателей; французы не будут подвергаться преследованиям за политические убеждения. Вскоре, однако, стало ясно, что Временное правительство не в состоянии обеспечить соблюдение вотированной им конституции. "Политики первого апреля" подготовили Реставрацию Бурбонов, но Людовик XVIII отказался подписать проект конституции на том основании, что он подготовлен "слугами узурпатора".

Речь идет о Марке Порции Катоне Младшем (95–46 до н. э.), который, когда в Риме началась гражданская война, был против каких-либо уступок Цезарю и бежал вместе с Помпеем, но при этом заявлял, что победа любой стороны в этой войне его равным образом огорчила бы. После победы Цезаря многие из знавших К. хотели просить для него милости у победителя, но К. отклонил это, говоря, что он не побежден и не преступник; покончил жизнь самоубийством.

Ганнибал, великий карфагенский полководец, совершил свой знаменитый переход через Альпы в 218 г. до н. э., во время второй Пунической войны, проведя через горные перевалы и реки боевых слонов и конницу. "Ганнибал взял Альпы штурмом, мы же обошли их с флангов" — так говорил Наполеон о своей первой Итальянской кампании в 1796–1797 гг. Но в 1800 г. Бонапарту пришлось идти тем же путем, по которому две тысячи лет назад шли войска Ганнибала. Австрийцы сосредоточивались в южной части Северо-Итальянского театра войны, по направлению к Генуе. Австрийский генерал Мелас не считал возможным, что Бонапарт пройдет самым трудным путем из Швейцарии через Сен-Бернар, и не оставил там большого заслона. 16 мая 1800 г. начался подъем на Альпы, 21 мая сам Бонапарт с главными силами был на перевале Сен-Бернар, а впереди, на склонах, ведущих в Италию, уже начинались авангардные стычки со слабым австрийским заслоном. Австрийские войска были опрокинуты, и внезапно вся армия Бонапарта, дивизия за дивизией, стала в последних числах мая выходить из южных альпийских ущелий и развертываться в тылу австрийских войск. Уже 2 июня 1800 г. Наполеон вступил в Милан.

Генрих VIII (1491–1547) — английский король (с 1509 г.), который в связи с бракоразводным процессом с Екатериной Арагонской, в котором Папа занял неуступчивую позицию, и женитьбой на фаворитке Анне Болейн в 1534 г. порвал с Папой и был провозглашен парламентом главой английской (англиканской) церкви ("Акт о супрематии", 1534). Наполеон давно задумывался над проектом установления верховности императорской власти над духовной; в особенности он оказался восприимчив к подобным проектам, когда возникла необходимость преодолевать трудности отношений с Папским престолом. Вероятно, момент осуществления этого грандиозного замысла должен был приблизиться с установлением континентального мира и с завершением наполеоновской системы в Европе. Но чтобы соединить две пирамиды мирового владычества, государство и церковь, писал Д. Мережковский, Наполеону надо было "что-то существенно изменить в христианстве". Что же именно? "Я старался не задевать догмата", — говорит Наполеон простодушно, как военный человек о невоенных делах. Но не задевать догмата было трудно — труднее, чем он думал, ведь к самому существу догмата относится вопрос: кто истинный Владыка мира — Богочеловек или Человек-бог? Но он все-таки начал это трудное дело, объявил, что нет двух наместников Христа, Папы и кесаря, а есть один-единственный — кесарь. По Наполеонову катехизису: "Бог сделал императора наместником Своего могущества и образом Своим на земле" (Мережковский Д. С. Наполеон М., " 1993. С. 31). Это было весьма существенно, и Наполеон уже не видел препятствий, чтобы довести дело до конца, но политика и военное противоборство в Европе отодвинули окончательное решение этих вопросов на неопределенное время. "Что последовало бы за моим победным возвращением? — спрашивал себя император на Св. Елене, имея в виду возвращение из русского похода. — Тогда я добился бы наконец желанного отделения духовной власти от светской, смешение коих предосудительно для святости духовной власти и вносит смуту в общество, а между тем должна оная пребывать средоточием согласия и мира: с этого момента сверх всякой меры я вознес бы Папу, окружил бы его почетом и великолепием, a он перестал бы и сожалеть о мирском; я сделал бы из него кумира; он жил бы рядом со мною; Париж стал бы столицей христианского мира, и я правил бы миром духовным так же, как и светским. Это явилось бы верным средством соединить все союзные части Империи и удержать в мире всех, кто находился за ее пределами. У меня проводились бы религиозные соборы наравне с сессиями Законодательного собрания; мои Советы были бы представительством для всего христианства, а Папы лишь председательствовали в них; я открывал бы и закрывал эти собрания, утверждал бы и издавал их решения, как то делали императоры Константин и Карл Великий; и ежели в прошлом эта верховность ускользала из рук императоров, то это потому, что они допускали ошибку, позволяя духовным вождям пребывать вдали от них" (Dansette Н. Napoleon. Pensees politiques et sociales. P. 180–181).

Сражение между французской армией и союзной русско-прусско-австрийской армией близ Дрездена имело место 14–15 (26–27) августа 1813 г. Несмотря на значительный численный перевес союзников, Наполеон в этой битве одержал решительную победу. Это была последняя крупная победа Наполеона в 1813 г., одержанная при участии контингентов Рейнского союза.

Сражение при Танау имело место 30–31 октября 1813 г. Баварский главнокомандующий граф фон Вреде, присоединив к своим силам австрийский корпус, имел в своем распоряжении около 56 тыс. солдат; с этими силами он потерял несколько дней на овладение Вюрцбургом и затем попытался преградить французам путь к Рейну. Но его армия была гораздо малочисленнее. той массы войск, находившейся в распоряжении Наполеона; сверх того, он сам себя ослабил, неблагоразумно отделив от своей армии несколько отрядов с разными маловажными поручениями. Подле Ганау дело дошло сначала до нескольких отдельных сражений, которые переросли в решительную схватку. Плохая распорядительность Вреде привела к печальным для союзной армии последствиям. Преодолевая мужественное сопротивление баварцев, Наполеон одержал победу, прорвав в ходе двухдневного сражения неприятельские линии, взял Ганау приступом и проложил себе путь к Рейну. Наполеон мог нанести австро-баварской армии еще более тяжкое поражение, если бы не стремился как можно скорее достигнуть Рейна.

Речь идет о событии, которое имело место в Париже в конце октября 1812 г. Французский генерал Клод-Франсуа де Мале (1754–1812), удаленный ранее со службы за заговорщическую деятельность и пребывавший сначала в тюрьме Ла-Форс, а затем в госпитале, куда попал, притворившись больным, в ночь с 22 на 23 октября 1812 г. бежал, освободил из тюрьмы своих единомышленников генералов Гидаля и Лагори, привлек на свою сторону батальон гвардейцев, введенных в заблуждение генеральским мундиром и тоном, с Мале прочитал им подложный указ Сената о будто бы последовавшей в России смерти Наполеона, "пораженного ядом", и о провозглашении Республики. Переполох длился два часа. В конце концов Мале был узнан, схвачен, предан суду и расстрелян. "Его ярый республиканизм, — писал о Мале префект полиции Парижа Этьенн де Паскье (1767–1862), — не охладили даже ужасы Революции. Он принадлежал к тем, кого в армии называли террористами" (Pasquier.E. de. Histoire de mon temps. V. II. Paris, 1893. P, 12–13); так и было в действительности: известно, например, что якобинец Мале входил в состав особого трибунала Безансона, а отряд под его командованием участвовал и арестах и казнях роялистов и неприсягнувших священников. Естественно, что Мале и ему подобные явились решительными противниками Бонапарта 18 брюмера, пожизненного Консульства, а затем и Империи. Заговор 1812 г. был далеко не первым заговором генерала Мале. После 18 брюмера он, будучи комендантом Дижонского военного лагеря, участвовал в заговоре с целью ареста Бонапарта во время инспектирования им войск. Известен и заговор 1808 г., когда якобинско-бабувистские заговорщики уполномочили Мале руководить восстанием (см. Туган-Барановский Д. М. Наполеон и республиканцы. Из истории республиканской оппозиции во Франции в 1799–1812 гг. Саратов, 1980. С. 114–130). Что же касается заговора 1812 г., то, как и прочие выступления, этот мятеж был с самого начала обречен на провал. Заговорщики отлично понимали, что субординация необыкновенно удобна, когда речь идет о необходимости отдать приказ таким-то и таким-то частям занять Сенат или Пале-Рояль, но военные лишь до поры до времени пребывали бы в заблуждении, а дальше обман непременно бы открылся, ибо невозможно было бы бесконечно долго обманом удерживать вовлеченных в. заговор военных. 22 декабря 1812 г., после доклада о заговоре Мале, в Государственном совете выступил Наполеон. "Вот печальное следствие наших революций! — обратился он к Совету. — При первом же известии о моей смерти по приказанию официально никому не известного лица офицеры ведут свои полки силою брать тюрьмы и захватывать главные властные учреждения! Швейцар прячет министров в привратницкой! Префект столицы по требованию каких-то самозванцев соглашается предоставить свою парадную залу для сборища мятежников! И это в то время, когда есть еще и императрица, и Римский король, и мои министры, и все высшие власти государства! Неужели все заключается в одном человеке? А государственные институты, а присяги на верность — это разве пустой звук?!"

Франсуа д'Обюсси, виконт де Ла Фёйлад (ок.1651–1725), — маршал Франции, полковник французской гвардии и кавалер ордена Св. Людовика, благоустроил площадь Побед в Париже, для чего приказал разобрать одно из принадлежавших ему зданий и воздвигнул в центре этой площади конную статую Людовика XIV. На пьедестале позолоченной конной статуи короля была выбита надпись: "Viro immortali".

Грегуар Анри (1750–1831) — аббат, священник по призванию и по профессии, деятель Французской революции, депутат Генеральных Штатов, в своей речи 21 сентября 1792 г. назвал историю королей мартирологом народов, выступал за суд над королем, но предлагал отменить смертную казнь, как варварский обычай. В Конвенте Г. сотрудничал в комитете народного просвещения, был инициатором декрета о свободе богослужения. При Директории — член Совета пятисот, президент Законодательного корпуса. В силу конкордата 1801 г. вместе с другими так называемыми конституционными епископами должен был отказаться от сана, но продолжал считать себя законным епископом. Граф Империи (1808). Подвергался преследованиям при Реставрации Бурбонов со стороны роялистов и духовенства, был лишен причастия и христианского погребения. Автор многих сочинений по истории церкви.

Речь идет об императоре Священной Римской империи Карле V (1500–1558), последнем императоре эпохи средних веков, который на 52-м году жизни должен был убедиться в бесплодности своих усилий в противодействии росту самостоятельности германских государей внутри империи и развитию религиозной Реформации.

Эгьенн Шарль Гийом (1777–1845) — французский писатель-драматург, автор водевилей, либретто опер, комедий; вице-президент Палаты представителей, пэр Франции (1839).

После насильственного отстранения от власти шведского короля Густава IV 13 марта 1809 г. риксдаг избрал на место низложенного государя его дядю, герцога Зюдерманландского, под именем Карла XIII. Его наследником был признан принц Кристиан-Август Голштинский, но тот умер в следующем же году. Претендентов в наследники шведского престола было немало; риксдаг склонялся в пользу старшего брата покойного принца, но неожиданно возобладала кандидатура маршала Франции Жана-Батиста Бернадотта, принца де Понтекорво; многим в Швеции было памятно человеколюбие, которое проявил Б. по отношению к шведским пленным, многие знали его лично. Естественно, при согласии Б. надо было заручиться согласием и самого императора французов. Наполеон заявил шведской депутации, что не стесняет воли риксдага, и 21 августа 1810 г. Б. был провозглашен шведским наследным принцем. По состоявшемся избрании Наполеон рассчитывал получить от Б. обещание не воевать против Франции. Такое обещание Б. дать отказался. Отчуждение между Францией и Швецией усилилось, когда Наполеон занял своими войсками Шведскую Померанию с целью заставить выполнять условия Континентальной блокады, вслед за этим Б. стал искать сближения с противниками Наполеона, с Англией и Россией. В связи с вопросом о престолонаследии в Швеции. Александр I поначалу действительно полагал, что выбор Наполеона склонялся к тому, чтобы поддержать Бернадотта; сведения об этом он получил через полковника А. И. Чернышева (Депеша Чернышева министру иностранных дел Н. П. Румянцеву от 13 (25) июля 1810 г. // Сборник Императорского Русского исторического общества. Т. 121. СПб., 1905. С. 75–80), и, хотя в разговорах с тем же Чернышевым 21 и 23 октября 1810 г. Наполеон отрицал поддержку Францией кандидатуры Бернадотта, предположения на этот счет еще имели место до того момента, как были получены определенные доказательства лояльности Бернадотта по отношению к России.

Речь идет о наиболее ярком примере античной рабовладельческой демократии — таким был строй древних Афин (5–4 вв. до н. э.), где верховным органом власти было народное собрание (экклесия), собиравшееся около 40 раз в год. Существовавший также совет (буле) играл роль комиссии, подготавливавшей проекты решении народного собрания. Все должностные лица были подотчетны экклесии и избирались путем жеребьевки. Вся эта система, включая и суд присяжных, обеспечивала широкое участие народа, в том числе и беднейших граждан-мужчин, в управлении государством. Однако не только громадное число рабов, но и тысячи постоянно проживавших в Афинах лично свободных греков из других городов-государств были лишены каких-либо политических прав.

Хартия, "пожалованная" Франции в 1814 г., объявила католицизм государственной религией. Это послужило явным доказательством того, что отныне отношения между светской и духовной властью будут проникнуты новым духом. Людовик XVIII вернулся с твердым намерением положить конец тому трудному положению, в которое была поставлена католическая церковь во Франции разрывом Наполеона с Папой. Неоднократные протесты Пия VII и его упорное нежелание утвердить в должности назначенных Наполеоном епископов, в результате чего несколько епархий оставались вакантными, протесты некоторых эмигрировавших епископов, места которых были упразднены еще в 1801 г., и желание короля вернуться к старому порядку вещей — все это вызывало необходимость в новом конкордате. Получивший утверждение Папы и короля в июне 1817 г., новый конкордат восстановил конкордат 1516 г., а т. н. Органические статьи 1802 г. отменил, "поскольку оные стояли в противоречии с вероучением и законами католической церкви". Папская булла от 2 августа 1817 г. увеличила число французских епархий с 50 до 92, дала инвеституру дожидавшимся мест епископам и создала три кардинальских места. Период Реставрации был в известной степени благоприятным для монашеских орденов, которые начали основываться или возрождаться вновь. Первым из вновь возникших орденов был орден иезуитов, восстановленный Пием VII во всем христианском мире в 1814 г. буллой "Sollicitudo omnium ecclesiarum". Другие ордена, рассеянные Революцией и пришедшие в упадок при Империи, также почти все возвратились во Францию. В высказывании речь идет о представителях двух монашеских нищенствующих орденов — августинцах (образован в середине XIII в., устав приписывается св. Августину, утвержден Папой Александром IV в 1256 г.) и францисканцах (кордельерах) (основан в 1207–1209 гг. св. Франциском Ассизским, утвержден Папой Гонорием III в 1223 г.). К моменту Реставрации большинство августинских и францисканских монастырей было закрыто, а их собственность перераспределена в результате секуляризации церковного и монастырского имущества в эпоху Революции и Империи. Поэтому о возрождении монастырей этих двух орденов не могло быть и речи, но под влиянием частично восстановленных религиозных орденов и католических обществ временно придавленный Революцией дух прозелитизма вспыхнул во Франции с новой силой, что выливалось как в активную проповедническую деятельность внутри страны (т. н. внутренние миссии), так и в расширение масштабов проповеди христианства за ее пределами — в Африке, на Дальнем Востоке, в Леванте и Америке. В высказывании же имеются в виду главным образом деятельность внутренних миссий и религиозные диспуты между францисканцами и августинцами.

Медичи — знаменитый итальянский род неаристократического происхождения, правивший во Флоренции в 1434–1737 гг. Сохраняя на первых порах видимость республиканского правления, М. правили полновластно; с XVI столетия правление М. превратилось в открыто монархическое: Флорентийская республика стала герцогством (с 1532 г.), затем Великим герцогством (1569). Наиболее крупные представители дома М.: Джованни деи Биччи (1361–1429), Козимо Старший (1389–1464), Лоренцо Великолепный (1449–1492) и др. М. оказывали поддержку и покровительство художникам и гуманистам, способствовали развитию культуры Возрождения.

Война за Испанское наследство в Европе продолжалась в 1701–1714 гг. и была порождена длительной борьбой Франции с австрийскими Габсбургами за гегемонию в Европе. Предъявив права на испанский престол в конце XVIII в., Людовик XIV исходил из того, что у испанского короля Карла II Габсбурга не было наследника, и на этом основании французский король добивался завещания испанской короны французскому принцу. Война "большого альянса" (Англия, Голландия, Австрия, Дания и др.) против Франции была в целом неудачной для Людовика XIV. Он потерпел ряд поражений — при Гохштедте (13 августа 1704 г.) и др. и вынужден был начать переговоры о мире; после возобновления войны и новых поражений Франции международная обстановка претерпела перемены (в особенности изменилось отношение союзников к Австрии после воцарения нового императора Карла VI), а относительное улучшение военного положения позволило Франции заключить в апреле 1713 г. мир, но политическую гегемонию в Европе она утратила. Далее в высказывании речь идет об отречении испанского короля Карла IV (1788–1819), которое в конечном счете было вызвано борьбой придворных партий в Мадриде. Во главе одной из этих партий стояли королева и ее фаворит Годой, во главе второй — наследник престола Фердинанд и его жена Мария-Антуанетта Неаполитанская. Со смертью Марии-Антуанетты (1806) Фердинанд вознамерился вступить в брак с одной из принцесс из династии Бонапартов и стал искать сближения с Наполеоном. Анонимное известие о преступных умыслах наследника против отца побудило короля отдать приказ об аресте сына (октябрь 1807 г.) и предании его суду. К. предполагал лишить его трона и передать наследование престола другому своему сыну, Карлосу; но счел нужным выяснить отношение к этому делу Наполеона. Народный бунт и падение Годоя имели последствием отречение К. и провозглашение Фердинанда королем (18 марта 1808 г.). Через несколько дней К. признал свое отречение вынужденным и обратился с жалобой на сына к Наполеону.