Мальчик по соседству
Шрифт:
– Эй.
Мама Мэд спешит к папе, но Мэд не двигается в своем кресле. Она сощуривает глаза, смотря на меня.
– Ты знал.
– Я только узнал, Мэд, я клянусь. И к тому же, это что-то изменило бы?
Она смотрит прямо на меня.
– Я не могу доверять тебе вообще, понимаешь? Я слышала тебя у Игоря в кабинете. Ты думаешь, что можешь что-то исправить, просто придумав новый план?
– Нет, Да. Я имею в виду, да, что-то я хочу исправить. Я люблю тебя, Мэд.
Она отворачивается к стене. Она не говорит, но ее слова эхом отдаются у меня в голове. Некоторые вещи ты не переиграешь.
53
Мэдди
Мама отвозит мня домой часом позже. Я направляюсь в кровать, но не могу уснуть. Сначала я потеряла Гейба, потом лед, теперь…
Папу? У моего отца рак головного мозга. Шишковидная астроцитарная опухоль, первая степень… медленно растущая, не распространяется… поддается лечению. Ни одно из слов мистера Нильсена не было приятным
Слова новой папиной речи, которая завтра повиснет в воздухе, а мы с мамой перечитывали сегодня ночью, крутятся у меня в голове:
Цитата одного из наших величайших президентов, Франклина Делано Рузвельта, «Пришло время сказать правду, всю правду откровенно и смело». Недавние фотографии вызвали много размышлений о моей новой правой руке-мужчине. Десмонд Эвертс мой старый армейский друг, который помогал мне с разными тайными операциями… как нянька. С октября я прохожу химеотерапию, чтобы победить рак мозга. Следуя моим просьбам, мой персонал и моя жена сохраняли мою борьбу в тайне. Я не желал, чтобы все считали меня слабым, и чтобы думали, что я не смогу стать лидером. Я не понимал тогда, что такой выбор, выбор лжи, не делает меня лидером совсем. Я так горжусь своей дочерью, Мэделин, чьи достижения в фигурном катании вы видели в новостях. Мэдди и я много говорили о спорте, что неважно выиграешь ты или проиграешь. Главное, надо смотреть, как ты играешь. Я не честно играл. Единственным ограничением для наших реализаций завтра, будут наши сомнения сегодня. Я не могу просить жителей Канзаса выбрать лидера, который сегодня сомневается. С большим сожалением за мое отсутствие веры в Вас… поэтому я отзываю свою заявку на переизбрание.
«Единственным ограничением для наших реализаций завтра, будут наши сомнения сегодня». Эта строка волнует меня, потому что это тоже цитата ФДР. Из речи, которая не была сказана… потому что он умер за день до ее подачи. Я встаю с кровати и ползу вниз по лестнице. На островке в кухне, я подбираю папин парик, который мама швырнула вчера, когда мы пришли домой. Каждый волосок все еще идеален. Папа обещал мне, что будет честен со мной. Он не был откровенным, но и не лгал мне. Истина, в конечном итоге, восторжествует, и показать ее не больно. Теперь я понимаю эту искаженную цитату. Он не хотел, чтобы я искала правду, потому что он пытался защитить меня.
Я касаюсь прядей, коричневых, но не касаюсь седых.
Сколько месяцев назад у меня из рук упали на пол его настоящие волосы? Папа потерял аппетит, его юмор, его странные сны, это все были доказательства. Я складываю парик и возвращаю его на островок.
В переднем зале, я беру свои коньки из сумки в шкафу и сажусь на пол. Коньки лежат на коленках, и я пробегаюсь пальцами по царапинам, выбоинам, и по потертым отметинам на некогда девственной коже.
Я слышу, как щелкает дверь на кухне. Блондинистые волосы Гейба появляются будто приведение в полумраке зала. Он забирает у меня коньки и откладывает их. Берет меня на руки и несет меня по лестнице.
– С твоим папой все будет хорошо.
Он укладывает меня и ложится рядом.
Но никто из нас не спит.
54
Гейб
На следующее утро, Игорь сразу начинает занятие. Его серые глаза изучают нашу разминку. Я откатываю схемы, но Мэд мысленно не рядом со мной. Ее катание технически правильно, но настроения нет с первых шагов. Ромео тоскует как всегда, а Джульетта уже умирает у него на руках.
Когда мы завершаем разминку, Игорь отводит Мэд в сторону к бортикам. Независимо от того, что он ей говорит, Мэд только трясет головой. Игорь включает музыку.
Мы переходим от начальной позы к тройной подкрутке [109] . Я запускаю Мэд в воздух, сердце совершает миллиард ударов, когда я ловлю ее. Я хочу держать ее вечно. Я хочу быть здесь, чтобы всегда ее поймать.
Она напряжена в моих руках, она не хочет быть пойманной мной. Даже не хочет смотреть на меня. Кристен. Пайпер. Лизетт. Вот как это чувствуется?
109
Партнер подбрасывает партнершу над головой, партнерша совершает обороты в горизонтальной плоскости, партнер ловит ее и ставит на лед в позицию выезда.
Отвлекшись, я теряюсь в музыке. Я спешу в синхронных прыжках. Теряю свой тройной прыжок перед Флипом. Я не могу докрутить обороты. Цепляюсь за ногу, начинаю комбинацию вращений раньше, и мы не можем набрать скорость до наших нужных позиций. Все кончено.
– Прости,- шепчу я Мэд. – Прости. Прости, мне так жаль.
Музыка льется, вторя моему отчаянию, когда Мэд едет слева от меня, располагаясь спиной ко мне перед выбросом. Я кладу руки ей на талию, сгибаю колени, поворачиваюсь и подбрасываю.
Не вовремя, очень не вовремя. Мэд тяжелее, чем должна быть. Мертвый груз.
– Стоп,- орет Игорь.
Но уже слишком поздно, я уже далеко, чтобы остановить это, она летит в воздухе вне досягаемости, и все что я могу делать – это смотреть на это шоу ужаса…
– Мэд!!
55
Мэдди
На бок падать больнее все…
56
Гейб
Уже разгруппировавшись, она ударяется о лед, ее тело с такой силой летит к бортикам, что слетают наши бутылки с водой. Я подъезжаю к ней в то же время, что и Игорь.
– Кейт!- орет Игорь. – Звони 911, а потом позови миссис Расготру! Сейчас же!
Он отталкивает мои руки от белого лица Мэд:
– Не трогай ее, - он трогает ее пульс и проверяет дыхание одновременно.
– Мэделин? Ты слышишь меня?
Коньки Кейт лязгают, когда она поднимается по лестнице и бежит в холл. Мелодия эхом витает над катком. Я не могу стоять здесь и ничего не делать. Я сделал ей больно. Она лежит здесь, сломанная. Я виноват в этом! Я бью кулаками в непробиваемый стеклянный барьер.
Крис оттаскивает меня и хватает мои кулаки в свои.
– Самая наитупейшая чертова пьеса в мире! Я не позволял тебе быть реальным Ромео! Трагедия заканчивается здесь - она упала. Это случилось! Дерьмо случается, но это не значит, что ты должен сдаваться! Сейчас приедет скорая к Мэдди. Ты ее партнер или нет?
Ее партнер. Она больше чем мой партнер. На самом деле, катание не имело значение. Все всегда было из-за Мэдди. Все эти годы, она гонялась за мной по барам. Я всегда был больше, быстрее, сильнее. Я всегда мог обогнать ее. Но никогда не делал этого. Сейчас я понимаю, что где-то глубоко внутри, я всегда знал. Как ботинок и лезвие, мы всегда означали пару. Нам суждено быть вместе.