Мальчишки из Икалто
Шрифт:
В полдень в калитку академии громко постучали. Грозный прервал свою работу в саду и пошёл открывать.
Перед ним стояла экспедиция в составе четырёх человек: вожатый Гиви и Георгий Бахсолиани с двустволками за плечами и неразлучные друзья — Сандро и Гоги. В руках они держали заступы, а из-за их ремней торчали самострелы особой усовершенствованной конструкции.
Члены экспедиции знали: для того чтобы навеки завоевать признательность Грозного, нужно осмотреть его опытный участок, разбитый в саду академии, и они направились прямо туда.
Участок был ограждён проволокой и поделён на аккуратные квадраты. Грозный провёл членов экспедиции за ограду:
— Здесь у меня новый сорт шелковицы. У неё плоские большие листья. А это саженцы нынешнего года — дичок, скрещенный с культурной яблоней. Там вы видите антоновку, а с этой стороны александровка — первая и вторая. Здесь шафран, а там крупная вишня и поздняя черешня…
Потом Грозного попросили открыть вход в туннель. Старик не заставил себя упрашивать.
— А где ваша остальная бражка? — спросил он у Сандро.
— Пока нам ни к чему всем спускаться в подземный ход. А Снайпер наш так набедокурил, что уже три дня никто из ребят с ним не разговаривает. Если бы ты только видел его, дедушка Димитрий: ходит как убитый!
— Что он такого натворил?
— Петуха в школу приволок и на уроке выпустил, а потом, когда ему велели привести родителей, он привёл папашу нашего нового учителя и уверял, что это его собственный отец. Но учитель-то лучше знал, чей это отец!
При этих словах все рассмеялись, а старый садовник нахмурился и сказал:
— Врать, конечно, нехорошо, но, если он сам это понял, нужно простить его.
— Конечно, мы так и сделаем, дедушка Димитрий.
Все вместе подняли люк, ведущий в подземелье.
— Осторожнее, лестница скользкая… — Тут Грозный увидел заступы в руках у мальчишек. — А это что такое? На что вам заступы?
— Они расковыряли в подземелье какую-то стену, — кивая на мальчишек, объяснил Бахсолиани, — и уверяют, что за ней туннель продолжается.
— Кто расковырял? Где? Что ты несёшь?
— Да вот они. Спустились туда и продолбили стенку.
— Когда это было? Почему я не видел? — заволновался Грозный.
— Ну уж об этом они позаботились — ночью туда лазили.
— Ночью? Да что ты мелешь, дурная твоя башка! Я туда днём боюсь спуститься, а они — ночью?
— Хм, трусить — это не по-ихнему.
— Ты смотри! Вот нечистая сила! Когда же они туда спускались-то?
— Да недельки две назад, — сказал смущённо один из мальчишек.
— Вас двое было?
— Нет. Всё звено и ещё человека четыре посторонних. А помнишь, дедушка Димитрий, когда ты увидел чертей со свечами? Это тоже были мы!
— Не может быть! Неужели вы?
— Да, мы!
— Так это вы спасли корову Мелано?
— Да, — закивали мальчишки.
Старик, восторженно улыбаясь, оглядел их и покачал головой.
— То-то я удивился: замок вроде стал шалить. Сказали бы мне, я бы вам ключи дал.
— Мы думали, ты рассердишься.
— Однажды ты уже погнал нас отсюда.
— Э-э, тогда я просто был не в духе. А туннель я для того и караулю, чтобы люди могли осмотреть его. Я и сам пробовал туда спускаться, лестницу хотел подремонтировать, да в одиночку ничего не получилось. А эти чертенята, а? Хороши!.. Слава богу, что не оступились нигде…
Гиви и Георгий изумлённо озирались по сторонам. Лучи их фонариков блуждали по ямам, стенам и влажным подтёкшим сводам.
На исходе тропинки послышалось шипение. Звук словно выползал из-за стены.
Подошли поближе.
— По-моему, это вода. А? Что скажешь, дедушка Димитрий? Вот и сквозь щель натекло.
Садовник внимательно рассматривал щель в стене.
— Я тоже так думаю, сынок. Наверное, там ключ бьёт из земли, и булькает, и шипит.
— Погляди-ка, Георгий. Видно, это место выложено позже всей стены.
— Верно, здесь был вход. Вероятнее всего, дверь, которую потом почему-то заложили.
— Попробуем разобрать…
Целый час все пятеро работали. Наконец проход в стене сделался таких размеров, что в него можно было пройти почти не сгибаясь.
Шум, доносящийся из-за стены, усилился.
Гиви и Бахсолиани с ружьями наперевес нырнули в проём. За ними последовали остальные.
Откуда-то снизу под напором била вода, и её мельчайшие капли брызгали в лица мальчишкам.
Члены экспедиции сбились в кучу и затаив дыхание прислушивались к вздохам, всхлипываниям и шёпоту воды, доносившимся из разных концов подземелья.
Здесь подземелье казалось огромным. Возле стены было что-то вырыто. Зияющая чернота привлекла внимание экспедиции.
— Видимо, сюда была подведена вода, это похоже на водохранилище.
— Да. Только теперь оно засыпано.
Бахсолиани достал нож и принялся копаться в бассейне.
Дед Димитрий удивлённо озирался и трогал влажные стены. Сколько лет знал он об этом подземелье, лет десять чуть ли не жил в нём и ни разу не подумал, что здесь, за стеной, есть что-то более интересное, чем по ту сторону стены.
— Труба! — крикнул в это время Георгий. — Я нашёл трубу! — Он стал руками разгребать землю — не могло быть никаких сомнений: через бассейн тянулись глиняные трубы древнего водопровода.
Георгий на ощупь двинулся за трубами туда, где журчала и булькала бегущая в глиняном русле вода.
— Потише! Потише! — вдруг закричал старый садовник. — Не расколи!
Бахсолиани присел на корточки и стал руками очищать трубу от мокрых комьев.
— Я так и знал! — воскликнул он. — Вода течёт откуда-то издалека, в этом месте труба кокнута, и часть воды бьёт наверх, а другая часть несётся вниз, к Роднику бессмертия!..
— Гиви, Гиви! Смотри, что мы нашли: миски и кувшин, сломанный правда… Тьфу, червяк к нему прилип! Вот, погляди… — Гоги и Сандро обнаружили в стене что-то вроде ниши и шарили в ней.
Гиви внимательно стал разглядывать остатки глиняной утвари.
— Это не простые черепки. Видите, на них голубовато-синие разводы. Такую посуду и сегодня делают в Икалто. А этот осколок к тому же разрисован. В древности такие кувшины назывались кашанури, по иранскому городу Кашана, откуда завозилась краска. При раскопках часто находят ожерелья, браслеты, серьги, а также оружие, посуду и другие предметы материальной культуры… Всё это помогает изучать жизнь наших предков.