Чтение онлайн

Когда я отстранился и посмотрел на нее, то ее глаза потускнели от желания. Она уже таяла в моих руках. Оставалось недолго до того момента, как я смогу привязать Джессику к кровати, а ее задница будет вилять в воздухе, прося меня трахнуть ее.

Я провел пальцем по ее ключице вниз к мокрому соску. Кажется, я не смогу держать свои руки далеко от нее. Ее влажная кожа, покрылась мурашками под кончиком моего пальца. Я продолжил свой путь вниз к ее животу до пупка. Ее кожа была, как шелк. Неправильно с ее стороны покрывать свою кожу дешевым хлопком.

Опустив руку в карман, я вытащил карту и положил ей в ладонь, закрыв ее пальцами руку.

– Что это? – спросила она, открыв свою руку.

– Это для тебя, ты можешь тратить деньги, как пожелаешь. У меня только одно пожелание, избавься от хлопковых трусиков. Твое тело заслуживает шелк и кружево.

Она шокировала меня, пихнув карту обратно в мою руку.

– Нет, Себастьян. Ты сделал достаточно. Я не могу взять это. Кондоминиум, машина, блузка, все это… кстати, спасибо за блузку. Даже не хочу знать, как ты узнал, что я примеряла ее.

– У меня свои способы.

Я не сказал ей, что Мартин вышел из машины на прогулку и увидел, какой счастливой она выглядела в магазине, совершая покупки со своей подругой. Он купил блузку и передал мне. Как уже говорил, я платил ему большие деньги по заслугам.

– Ну, это чересчур. Не говоря уже о том, что я пока не сделала ничего, чтобы заслужить все это.

Я усмехнулся. Она была так невежественна и мила. Удивительно, что Нью-Йорк еще не съел ее живьем.

– Не волнуйся, сделаешь.

Ее лицо побледнело, застенчивость проявилась на ее лице, и я усмехнулся.

– Пройдись по магазинам. Купи себе что-нибудь, что сведет меня с ума. Я заберу тебя сегодня вечером в семь. Будь готова и оденься так, чтобы убить.

Я не стал ждать ее ответа. И ушел. Если я сейчас не уйду от нее, то совершу нечто глупое. И оттолкну ее, прежде чем она будет готова - лежать на кровати и ощущать, как я помещаю себя глубоко по самые яйца в ее тугую киску.

Я имел полное право сделать с ней все, что захочу. И знаю, что она пошла бы на это, потому что, очевидно, чувствует себя обязанной мне. Но не это моя цель. Я желаю, чтобы она захотела меня так же, как и я хочу ее. Желаю ее насквозь влажной и просящей мой член и все остальное, что я могу предложить. Чтобы получить это, я подожду – даже если это и убивает меня.

Как только Себастьян покинул комнату, я позволила себе расслабиться. Он не испугал меня, но заставил осознать, что я физически хочу его, а он меня. То как мое тело реагировало на него, было тем, к чему я не привыкла.

Мои соски болели, и чувствовалось жжение от его внимания, а между ног было влажно. Каждая частичка меня была сверхчувствительна. Когда я взяла полотенце и обернула его вокруг своего тела, крошечный вздох вырвался из меня.

Я осталась одна. И внимательно слушала, как двери лифта открываются и закрываются, чтобы удостовериться в том, что Себастьян ушел. Итак, я медленно скользнула руками по телу, касаясь ладонями своих твердых сосков и чувствуя пульсацию чуть ниже живота.

Недолго до того как я начну умолять его о том, что он предлагает, но в сочетании с оплатой… мысль об этом на самом деле разъедает меня изнутри. Не говоря уже о том, как я ненавижу, что он называет меня Джессикой.

Кто, черт возьми, эта Джессика, в конце концов?

Как я могу пойти на что-либо интимное с ним, зная, что он даже не хочет узнать меня? Все это чувствуется таким неправильным, но в то же время и столь правильным. Это сбивает с толку.

Спустя немного времени после того, как я оделась, Кайл вышел из лифта. Могу сказать сразу, что-то беспокоило его.

Он бросил свою сумку на пол в угол и пошел на кухню за едой, которая была там, когда мы переехали. Подростки едят больше, чем взрослые мужчины.

Наклонившись, я взяла его тяжелую сумку с пола и убрала на стол, чтобы он смог начать выполнять свое домашнее задание, как только поест. Белый конверт выпал из бокового кармана и приземлился у моих ног.

– Что это такое? – спросила я, открывая конверт.

– Это приглашение на художественную программу, которая будет проходить этим летом, - пожал он плечами.
– Это не грандиозное событие, - его рот был полон чипсов, а голос был приглушен.

Я пробежалась глазами по письму. Художественная программа была известна – так как в нее приглашались только тридцать студентов со всего штата Нью-Йорка каждый год. И все же, мой младший брат сумел стать одним из них.

– Похоже на довольно грандиозное событие для меня. С тех пор…, как давно ты занимаешься искусством? – спросила я, держа письмо.

– Всегда, я просто отчасти всегда держал это в себе. Затем мисс Гелдинг, мой учитель по искусству, поймала меня за тем, как я рисую в блокноте. Она отправила мою работу организаторам программы.

Я была ошеломлена. Думала, что знаю все о своем младшем братике... теперь понимаю, что была неправа.

– Могу я посмотреть твои работы?

Он вытащил желто-коричневую папку из своего рюкзака и протянул ее мне. Внезапно погрузившись в это искусство, я увидела изображения Нью-Йорка, которые смотрели на меня с рисунков. Линии, нарисованные совершенно, и штриховка во всех нужных местах, сформировали точное представление города. Это было красиво – намного лучше, чем красиво.

Перевернув рисунок, я наткнулась на картину, от которой мое сердце перестало биться. Это была Бабушка, улыбающаяся в ответ мне, и ее лицо с морщинками святилось от счастья. Это было идеальное сходство – в точности так, как я ее запомнила.

– На одном из них есть и ты, – упомянул Кайл, посмотрев в мою сторону.

Я не знала, что он наблюдал за мной, и быстро вытерла слезы, появившиеся на глазах. Я провела пальцами по следующему рисунку. На нем была я, смотрящая в зеркало. Линии запечатлели мой хмурый взгляд, а мои глаза были полны печали.

Убрав рисунки назад в папку, я передала ее ему.

– Они удивительны, Кайл. Я не могу,… не знаю, что сказать. Ты просто потрясающий. Ты должен поехать. Нет, ты поедешь.

И я имела в виду это. Это будет одинокое лето, но это честь быть приглашенным в такое место и, обладая таким талантом, он должен поехать. Не говоря уже о том, что происходит у меня с Себастьяном и новым местом, возможно для Кайла уехать куда-то, это не самая плохая идея.

– Я не могу, - сказал он сурово, положив свою папку обратно в рюкзак.