Чтение онлайн

Поцелуй был сначала нежным, потом... безумным, всепоглощающим, заставляющим забыть обо всём, отдать себя, раствориться друг в друге, показать всю ту любовь, о которой они так долго молчали или не понимали. Сумасшедший. Безудержный. Искренний. Непредсказуемый. Как поток горной реки. Как солнце в зените. Он ломал привычные рамки, заставлял забыть обо всём мире, увидеть истину и... утонуть друг в друге.

Всё что существовало для них в эти мгновенья(?), минуты (?), часы(?)... это прикосновения, сводящее с ума желание принадлежать друг другу, раствориться, отдаться, раскрыться друг перед другом до конца, ничего не утаивая, ничего не приукрашивая... Ведь, когда ты любишь, принимаешь своего любимого таким, какой он есть, со всеми его недостатками, всеми поступками, которые он совершил в прошлом, всеми страхами, которые ему ещё предстоит преодолеть. И сам раскрываешься перед ним полностью, без остатка. Ведь ты - это он. А он - это ты. И ты знаешь, что никогда, ни при каких обстоятельствах он не обманет твоего доверия, не причинит тебе намеренной боли. А он знает, что ты всегда сделаешь тоже для него. Это и есть любовь.

Они целовались и не могли и не хотели остановиться. Каждый раз обещали себе, что вот, вот сейчас я прикоснусь к её/его губам в последний раз и всё. И каждый раз этот 'раз' оказывался предпоследним.

– Я тоже люблю тебя. Очень сильно.
– прошептала Дери между поцелуями. На мгновение они замерли... а потом вновь кинулись с головой в бушующее море собственной страсти, нежности и любви.

Дери уютно устроилась на ложе из травы, которое они как-то всё же умудрились создать, правда заклинание сработало лишь с третьей попытки. Но попробовал бы кто-нибудь из её преподавателей стихии земли правильно произнести формулу, когда... сзади к тебе прижимается сильное, безумно волнующее тебя тело любимого мужчины, покрывающего всё до чего он может дотянуться поцелуями и недвусмысленно расстегивающего твои брюки с ещё более недвусмысленной целью добраться туда, где уже и так всё изнывает без его ласк и прикосновений. Когда эти нахальные руки всё же осуществляют свои диверсионные намерения и начинают творить там, демон знает что, от чего по твоему телу прокатываются волны жара, удовольствия и безумного всё нарастающего и нарастающего желания...

Попробовал бы кто-нибудь в таких условиях правильно произнести нужное заклинание.

Когда с губ вместо слов древнеэльфийского срываются лишь тихие стоны, ты непроизвольно выгибаешься, подчиняясь не своей воле, а умелым и знающим каждую клеточку твоего тела рукам, горячим, нежным губам. Когда ты плавишься в его руках, не зная, не понимая ничего, кроме того, что ты любишь этого мужчину больше жизни, что сходишь с ума лишь от одного его присутствия рядом, что он для тебя ВСЁ.

И когда заклинание всё же срабатывает (что в данных обстоятельствах вызывает у тебя искреннее удивление), и вы, обнажённые, падаете на поддерживаемое магией ложе, так и не оторвавшись друг от друга, и твоё тело извивается под любимым мужчиной моля о большем, а он, усмехнувшись и хитро блеснув глазами, жадно целует тебя, а его руки ласкающие, гладящие, проникающие туда, где сейчас так пусто и горячо, с каждым движением всё ближе и ближе подталкивают тебя к заветной пустоте, и когда твоё тело, окончательно утратившее всякий контроль, выгибается навстречу этим движениям, когда с губ срываются стоны мольбы и удовольствия... когда внутри всё сжимается, напрягается до предела, тело выгибается так, что это кажется невозможно и вдруг... вдруг внутри что-то обрывается, как будто струна лопается на самой высокой ноте, в этот миг ты безвольно замираешь, запрокинув голову и тихо постанывая от счастья и удовольствия... Ты лежишь, подчиняясь ласковым рукам своего мужчину, нежно гладящими тебя и слышишь тихий страстный шёпот...

В такие секунды ты понимаешь, что уже не сможешь жить вдали от него, что теперь, узнав это счастье - быть рядом с любимым, ты никогда не сможешь согласиться на что-то меньшее, что теперь жизнь без него будет просто существованием, серым и тоскливым, а радоваться каждому дню, улыбаться, смеяться, загораться от страсти и умирать от удовольствия, теперь ты будешь только в его объятьях.

А потом... потом всё вновь перестаёт существовать. Твои руки сплетаются с его, он нависает над тобой, чтобы уже через мгновение скользнуть внутрь и вновь и вновь доводить тебя до безумства, сводить с ума до такого состояния, что ты будешь царапать его спину и кричать в голос, задыхаться и вновь цепляться за него, как за последнюю соломинку, связывающую тебя с реальным миром, а потом, когда всё безумство схлынет, оставив после себя чувство неги и умиротворённости, ты будешь лежать в его объятьях, тихо тая от нежности.

Вновь и вновь прокручивая в голове те бессвязные обрывки, всё-таки сохранившиеся в её памяти, о недавно творящемся на этой безлюдной поляне безумии, Дери улыбалась. Она тесно прижималась к Шиагрону, положив голову ему на плечо и наблюдая за ним из под полуопущенных ресниц, таяла от нежности к этому невероятному, невыносимому, но такому любимому дракону. Он же лишь ещё крепче прижал её к себе и поцеловал куда-то в макушку.

– Я хочу, чтобы ты кое-что носила, - наконец проговорил он.

– Мы всё-таки дошли до обручальных колец?- тон эльфийки был скорее ехидным, чем заинтересованным.

– Вот ещё, даже не надейся. Если я когда-то и буду что-то носить, то только браслет. Я хочу, чтобы ты одела вот это, - с этими словами Шиа снял со своего пальца родовой перстень, что-то прошептал над ним на драконьем, от чего тот засиял и стал уменьшаться в размерах, и одел этот светящийся ободок на средний палец правой руки эльфийки, не забыв эту самую ладошку поцеловать. Кольцо ещё некоторое время сияло, потом вспыхнуло в последний раз и погасло.

Дери с любопытством рассматривала своё новое украшение. То, что это был родовой перстень, не вызывало никаких сомнений, точнее скорее даже печатка. Выполненная из мирикария, традиционно используемого драконами для ювелирных украшений и при изготовлении оружия, этот метал лучше всего воспринимал магию, обладал свойствами аналогичными серебру, но в несколько раз усиленными, кроме того, имел повышенной прочностью. Единственным недостатком являлось то, что все его обнаруженные на сегодняшний день месторождения находились в драконьих горах, а представители крылатого народа свои секреты хранили, ещё надёжнее, чем столь лелеемые ими сокровища. Так что о цене этого колечка было лучше даже не задумываться.

– Это родовой перстень моего рода. Он создан нашими магами, - Дери при этих словах увеличила примерную цену колечка ещё так раза в два-три, - с его помощью я всегда смогу найти тебя, а некоторые господа сразу поймут с кем будут иметь дело, если тронут хотя бы волосок на твоей голове.

– Шиа, не преувеличивай. Я просто растерялась, и он застал меня врасплох, неужели ты думаешь это первый мужчина, решивший ко мне поприставать.

– Маленькая, мне всё равно кто и как пытался к тебе приставать когда-то, я даже попыток не допущу.

– А ты собственник!
– шутливо попеняла она ему, проведя ноготками по груди.

– Я дракон.

– Что, в принципе, одно и тоже. Хорошо, я буду носить твоё кольцо, доволен. Но даже не надейся, что я перестану работать и превращусь в благовоспитанную леди.
– Эльфийка приподнялась и уперлась в грудь дракона.

– Любимая, я не ставлю перед собой невыполнимых задач.

– То-то же! Потому как в противном случае, я превращу твою жизнь в чертоги демонов, причём исключительно от скуки.

– Хорошая моя, я не враг самому себе.
– Дракон поднял руки, показывая, что не собирается ограничивать её ни в чём.

– Вот-вот!
– Покрутив новое украшение на пальце, Дери прищурившись посмотрела на Шиагрона.
– Это же твоё кольцо, что ты тогда сам собираешься носить?

– Маленькая, я это кольцо заказывал специально для того, чтобы не выделяться на фоне имперских лордов, у нас родовые перстни не носят.

– А что носят?

– Ничего. У нас для этого есть фершхеры.

– Что-что?

– Руны на лбу.

– А... так вот как они называются! То есть рисунок родовой.

– И родовой в том числе. Но вообще, в нём отражается вся информация о драконе.

– То есть в течение жизни он меняется?

– Да, моя хорошая, меняется.

– Не надо смотреть на меня с такой снисходительностью! Мне правда интересно.

– Любимая, хорошо, что ты не шпионка, ты у меня информацию выведываешь на раз.

– Вот ещё!
– Возмутилась Дери и решила закрыть эту тему, а то неизвестно до чего можно договориться. Её внимание вновь обратилось на кольцо.
– Я надеюсь это единственная побрякушка, которую ты намерен заставить меня носить.