Чтение онлайн

Ручки заскользили по бумаге, пальцы застучали по клавиатурам.

— Доктор Родхаус, можете ли вы рассказать о грибном субстрате, найденном на теле Грейс и вокруг него? Это ритуальное убийство?

Лайонел молитвенно сложил руки и открыл рот — как ботаник-любитель, он обожал разговоры о грибах.

— Образцы грибов…

Лайла встала, заставляя его замолчать.

— Определенная информация не разглашается в интересах следствия. Однако я могу подтвердить, что мы рассматриваем сказочные элементы на месте преступления — включая золотые туфли, мышей и тыкву — как ключевую линию расследования.

— Какую сказку, по-вашему, Гримм-Потрошитель выберет следующей? — крикнул кто-то. — И считаете ли вы, что он убивал кого-то до Грейс?

— У нас нет доказательств, подтверждающих это. — Лайла бросила взгляд на Терезу. Та закрыла блокнот и хранила молчание.

Когда конференция закончилась, и репортеры бросились передавать материалы (а заодно подкупать или изводить офицеров в надежде на новые утечки), Лайла подозвала Лайонела.

— Можем выпить кофе в каком-нибудь укромном месте? — спросила она так тихо, как могла. — Через час или около того, когда все эти стервятники свалят и не смогут за мной уследить?

— Подальше от участка и жадных ушей? — отозвался Лайонел. — Конечно. Есть паб рядом с моим домом. «Три поворота». Буду там в одиннадцать.

Пока Лайонел, подобно шаткой лестнице, пробирался сквозь рой журналистов, к Лайле подошла Тереза.

— Ты отлично держалась.

— Ты не задала ни одного вопроса.

— Я же сказала, я ничего не выдам. Я просто хочу помочь и искупить вину. — Тереза наклонилась к самому уху Лайлы. — Раз уж мы об этом… я подумала, тебе стоит знать. Крыса — в твоей команде, — прошептала она, косясь на Джимми. — Ходят слухи, что это мужчина.

Глава 20. Гарри и Джемма

«Смерть близнецов» К. Т. Хексен

Джемма обожала моменты, когда они с братом-близнецом Гарри оставались в доме одни. Как сейчас: мама уехала забирать младших из школы, и они могли спокойно играть в шахматы, не боясь, что мелюзга убежит куда-нибудь с их ладьей.

В этот момент машина матери въехала на дорожку; пятилетние близнецы, Рейчел и Барни, махали руками с заднего сиденья.

Рейчел вбежала в комнату и бросилась к Джемме, опрокинув пешки на пол.

— Можно с вами?

— Нет, — отрезала Джемма, высвобождаясь из перемазанных бананом объятий Рейчел. — Мы с Гарри уходим.

— И куда вы на этот раз? — спросила мать, занося пакеты с покупками.

— В кино, — ответила Джемма. — Но нам нужно полтинник.

— Нет! — отрезала мать. — У нас с отцом ни гроша лишнего.

Гри вытащил две пачки чипсов прямо из пакета с продуктами.

— Ладно, но тогда дай хоть на бензин — машина-то твоя.

— Машину вы тоже не получите, — ответила мать. — Я сегодня расставляю товар на полках с восьми вечера до трех утра.

— И зачем тебе такая дерьмовая работа? — спросил Гарри, растягиваясь на диване, который занимал всю стену их маленькой кухни-гостиной. Он бесцеремонно закинул ноги Джемме на колени.

— Я не хочу этого делать. Я обязана.

— Найди тогда что-то, что тебе нравится, — Джемма включила телевизор. — И где платят больше.

— Всё, с меня хватит, — мать повернулась к старшим близнецам, её щеки пылали. — Я слишком долго вас нянчила. Пора вам съезжать. Рейчел и Барни нужны свои комнаты, а мне нужно, чтобы вы перестали мозолить мне глаза.

Джемма рассмеялась. Мать и раньше говорила подобное, но была слишком слабой, чтобы довести дело до конца.

Закусив губу, мать разбирала продукты, среди которых был большой пакет мятных леденцов.

— Я хочу конфету! — заявила Рейчел.

— А я хочу пять! — добавил Барни.

— Никаких больше сладостей, — ответила мать, пряча пакет в карман. — Вы уже съели один пакет из тех, что я купила сегодня. Это папино ежемесячное лакомство.

Рейчел и Барни начали спорить из-за синего кубика Лего. Мать покачала головой, темные круги под её глазами стали еще заметнее.

Младшие близнецы родились аккурат в двадцать первый день рождения старших, окончательно и бесповоротно испортив им все праздники с тех пор. Они стали «сюрпризом» пременопаузы. Когда живот начал расти, мать сказала, что в этот раз сделает всё правильно.

Как и Джемма с Гарри, пятилетки были двойняшками и совсем не походили друг на друга. У Джеммы и Барни были светлые кудри, а у Гарри и Рейчел — прямые каштановые волосы.

— Ладно, бери, — сказала Рейчел, отдавая Барни кубик.

— Нет, ты бери. — Барни поцеловал сестру в щеку и вложил кубик ей в руку.

— Не можешь выгнать их поиграть на дорогу или еще куда? — спросила Джемма. — Желательно, когда там едет грузовик.

Барни заплакал.

— Вот поэтому я и хочу, чтобы вы убрались отсюда, — сказала мать, не глядя на старших. — В этот раз я не шучу.

— И где нам, по-твоему, брать деньги? — спросила Джемма.

— Мы едва зарабатываем столько, чтобы хоть что-то откладывать, — добавил Гарри.

— Для начала перестаньте покупать всё это тряпье и игры, — мать потерла глаза. — Мы с отцом это обсудили. Вам придется что-то придумать.

— Скорее, ты поставила отца перед фактом, — вставила Джемма. Их отец был человеком-зефиркой: мягким, сладким и склонным таять под огнем. Он до смерти боялся разочаровать тех, кого любил. Особенно маму.