Чтение онлайн

Мамка кажется дозрела.

— Так все, я больше не намерена это слушать, убирайся вон из моего дома! — встала и пальцем на дверь указывает.

— Подождите, это я ещё главного не сказала. У мамы брат есть, родной, так он это того, больной на всю голову. Когда с человеком разговаривает, его так трясет, что он даже и наброситься и убить может. Но вы не волнуйтесь, его не сажают, он же псих. Таких полечат немного и опять выпускают.

Мамаша затряслась в трясучке.

— Воооон! Воооон!

Я вскочила и бегом к выходу. Чтоб не передумали.

Марат подскочил.

— Мама, да она врёт все!

— Убирайся проститутка! Чтоб я тебя тут не видела! — мать орёт.

На лице сквозь пудру краснота проступила. За сердце схватилась, папаша к ней

— Нина, ну ты чего, девочка шутит!

— Вон! — пролепетала она, — дрянь! Шалава! Проститутка!

Марат за голову свалился. Такого не ожидал.

Я у двери задержалась.

— А дядя мой скоро из тюрьмы выйдет! — добиваю уже до последнего, контрольный в голову, чтобы уже никто из них и никогда больше не захотел меня видеть.

— Убирайся тварь!

Я повернулась и пошла на выход.

Фух!

Это было несложно. Ворота открылись сами собой. Видно все слышали как мать орала и поскорее выпустили меня наружу.

Вот это я слегонца так не понял, чё это сейчас было?

Пока мать орала я немного завтыкал и Прохор видно тоже. Потому что, когда я отошел от всей этой зверской шубутни, моей лягушонки в коробченке уже и след простыл.

Драпанула зараза.

Скажу откровенно, сначала и сам в эти ее байки поверил. Но на пятой минуте начал серьезно понимать — какого хрена это малая делает?

Мать в шоке, горничная выскочила с каплями.

Отец ржет, что аж живот колыхается, а я стою как обосраный, между этими двумя перепутьями. Уйти не могу, мамка меня с дерьмом смешает. И Дианка сучка упорхнет, бегай, ее потом ищи.

Найти то не проблема в принципе. Куда она может деться, только на хату к себе, больше некуда.

А если есть?

Ну, тогда чуть больше времени понадобится. Но я её лягушку, из — под земли достану, на том конце света найду.

Ладно, решил пока с мамкой остаться. Чтоб успокоить и сказать, что Диана моя артистка, каких поискать и что она в театральном кружке, как раз эту роль репетировала. А тут чутулю перепутала, подумала, вы с отцом таланты ее хотите узнать. Ну и выдала то, что днями и ночами зубрит. Вот такую пургу буду гнуть.

Мать конечно не поверит.

Но хоть какая — то версия правдоподобная. Не скажу же я, что девка над вами постебалась по черному. Мамка тогда в тайную киллера наймет.

А мне пока с красавицей дивной прощаться рано. Не распробовал ещё, в чем суть и особая для меня притягательность. А если она действительно — та самая…

Вышел за дверь, смотрю на свою, самую правую руку,.

— Прохор, — шепчу, — Найди эту маленькую квакушку, возьми её за жабры и пощупай ей рёбра… вернее не щупай ребра, я сам пощупаю… И ничего не щупай. Из — под земли достань. Свяжи, скрути и ко мне на хату.

Прохор усмехается:

— Девка огонь.

Я тоже улыбнулся:

— Ну да, я этот огонь разжёг я и тушить буду.

— Короче я повернулся и за мамкой в спальню побежал.

Типа за ручку подержать да поуговаривать.

Чёртовы шпильки застревают в черноземе. Куски земли на подошве моих любимых, сексуальных шпилечек. Ну Барс, я тебе этого никогда не прощу.

Иду по полю и смеюсь, и плачу.

Смеюсь, вспоминая лицо мамаши, опухшее от красных пятен и падающей штукатурки, а чуть не плачу, потому что не знаю, где нахожусь.

Когда из ворот выскочила, побежала так быстро, что даже на дорогу внимания не обратила. Бегу по улице, между такими же дорогими и красивыми домами, как дом Барсиковых родителей.

Неожиданно увидала зазор между заборами и туда нырнула с глаз подальше, если кто будет за мной бежать. Но вроде погони не видно.

Вышла за домами, там по — над кустами, огородами. Пипец вообще какой — то. Где я, и где огороды. А тут всё слилось.

Возмущение зашкаливает. Юбка тесная, шагу нормально не могу ступить. Пришлось задрать её повыше, чтобы шире шагать.

Короче, когда остановилась, осмотрелась вокруг, передо мной вдалеке только крыши тех домов откуда пришла. А где какой дом, фиг его знает. Пронесло короче. Сбежала от настырного Барсикового внимания.

С одной то стороны хорошо, чем дальше, тем лучше. А с другой — идти куда?

Марат, со своим чурбаном Прохором, если в погоню бросится, обязательно догонит. Он — то местность знает, а я нет.

Вот и иду по полю. По направлению к домам попроще, стоящим в отдалении.

Пришлось снять туфли. Потому что на шпильках по полю никак. А когда сняла сразу побежала зайцем. Вприпрыжку. С кочки на кочку. Юбку ещё сильнее задрала, почти до задницы.

Добегаю до сельской улицы. У первой встречной женщины спрашиваю:

— Здравствуйте. Подскажите, до города далеко?

— Десять километров, — отвечает и меня подозрительно обсматривает.

— А автобус ходит? Или такси может есть.

— Ходит автобус. Через каждый час. Иди вон туда, там остановка, — щурится недоверчиво.

— Вот спасибо, — улыбнулась я ей пошире, чтобы успокоить, и довольная побежала в ту сторону, куда указано.

Села на остановке, сижу, автобус жду.

Телефон достала, на работу бы позвонить. Глянула, связь плохая, но есть одна полоска.

Набираю телефон Светки из соседнего кабинета.

— Алло, привет, слушай ты скажи Грымзе, что я заболела сегодня…

— А она тебя уже уволила, — Светка отвечает.

— В смысле, как это, я же заболела! — подскочила и кричу в трубку, что — то совсем плохо слышно и помехи пошли.

— А она сказала, что с утра позвонили и сказали, тебя нужно срочно уволить.

— Кто позвонил? — я прямо вся взбешенная таким заявлением.

— А я откуда знаю, вроде начальство позвонило, а им ещё кто — то.

— Ничего не понимаю! За что? Я же больная!

— Не знаю Диана, приходи, сама разбирайся! — Светка тоже уже злится.

Я была так возмущена, что в ярости расхаживала по остановке и прямо кричала на Светку. Сливала на нее весь гнев за такую несправедливость. Махала руками и требовала.

— Кто позвонил, кто?! Скажи мне — кто позвонил!

Хожу, хожу, а потом упёрлась во что — то мягко — твердое, обернулась — черный пиджак. Поднимаю взгляд — квадратное лицо Прохора. Я так рот и открыла.