Чтение онлайн

— Я позвонил.

Улыбка его, как улыбка Шрека, добрая, но от нее веет глупой силой.

Я замерла на месте, телефон у уха держу, глазками блымкаю.

— Здрасти, — кивнула.

Мой вид, для его взгляда, тоже наверное глупый.

Он телефон из руки моей вытягивает, пихает в свой карман.

— В машину пошла, — говорит спокойно.

— Ага, сейчас.

Делаю вид, что поворачиваюсь, а потом с разворота к — а–а — к дам ему коленом по яйцам.

Он глаза выручил и замер. И теперь улыбка его говорит — Ну зачем так жестоко.

— Сука, — выдавил он.

Занёс надо мной лапу, но я выскользнула в самый последний момент и как побегу.

Чёртовы шпильки. Теперь я прыгала и снимала их на ходу и бросала в разные стороны.

— Прощайте! — кричу, убегая от амбала.

Он за мной. Скрутило его, держится за яйца и смотрит ооочень гневно.

Подозреваю, если попадусь в его лапы, несладко мне придётся.

Бегу, снова не знаю куда. Вдоль по дороге быстро, быстро.

Может попутка будет идти. Смотрю, амбал все никак не разогнётся, а я уже далеко. Вижу, машина едет.

Я так скакать начала, и руками махать, что чуть на ту машину не упала, когда она остановилась.

— Пожалуйста, подвезите до города! — кинулась я к водителю старику в очках.

— Садись, — прокряхтел.

Я быстро вскочила в ржавую колымагу.

Поехали.

— А ты знаешь, забавная девчонка. Беру ее в невестки, — мы вошли в кабинет, — Понравилась мне эта ее театральщина. Только вот с матерью нужно что — то решить. Эта на пушечный выстрел не пустит, увидела в ней конкурентку.

— Чему? — не понял я.

— Она ж думала, амебу приведешь, а ты вон какую языкатую, да ещё и красавицу. Мать в своем доме кроме себя красавиц видеть не хочет.

— Так мы же не здесь будем жить. Чё ей волноваться.

— Ну ладно, придумаем что — нибудь. Утрясем. Но придется постараться. Что ж она от тебя бежать вздумала? Ты там это, ее не очень ругай и сильно не наказывай. А то так всех невест распугаешь, а нам с матерью ещё внуков надо. И побыстрее.

— Да не, я чуть — чуть трону, только одним пальцем, — усмехаюсь.

У отца на губах улыбка растянулась.

— Да, было время. Когда я телок направо и налево шпарил. А потом вот такая языкатая меня в Загс потянула.

— Какая языкатая? — не понял я снова.

— Мать твоя, какая ещё! О господи, долго догоняешь Марат. Не в меня ты мозгами, ох, не в меня. В мать свою и пошел. Силу бог тебе дал, да не там где надо.

— Да ладно, ты придираешься. Я вообще — то универ закончил.

— За мои бабки, даже осёл закончил бы универ. Не льсти себе.

Он прошел к столу, выдвинул справа и достал папку, кинул на стол.

— На вот, почитай на досуге. Досье на нее.

— Это что? — чё — то мозг мой сегодня отключился от волнительных переживаний.

— На Орлову твою, все с самого рождения.

— Это как?

Смотрит снова, как на дурака.

— А так, пока ты никак не натрахаешься, мои люди уже всю информацию достали. Что мать у нее училка, а папаша помер. И вообще, она вся хорошистка и отличница и в школе и в Вузе. Общественная работа, лагерь молодых следопытов. Спортсменка. Лёгкая атлетика и прыжки в длину. Там у нее знаешь сколько грамот. Тебе и не снилось. Всю эту комнату можно обклеить. Пока ты под забором три букваря скурил, она в кружке юного химика занималась. Чуешь, что говорю?

Я — то чую, но только от сказанного отупел слегка. Мне и так от природы не слишком поворотливый ум достался, а от вылитой информации притормозил и чуть вообще не прекратил свое существование мой мозговой центр.

— Пока ты эту свою козу шпилишь, Рашид уже полное досье на неё собрал.

— Опять этот Рашид, — я недовольно потянул ноздрями и тихо стукнул кулаком по столу. Ну, считай не стукнул, так только коснулся.

— Ты его не тронь. Он в отличие от тебя, делом занимается. Вот сейчас чего стоишь? Давай вперёд, у нас куча работы. Недоборы кругом, а он стоит рот открыл. Бери своих горилл и вперёд, работать, раз уж встреча наша с невесткой так быстро закончилась.

Ага, отдохнул, блин называется. Придется сейчас идти долги выбивать.

— Ты давай сегодня в два ночника загляни к Ашоту и к Саньку. Что — то давно от них гонцов нет. Может кинуть меня решили. Разберись Марат. Пора и тебе уже таблом маячить, показывать кто наследник империи Барсуковых.

— Сделаем па, не волнуйся, — я взял папку со стола и пошел к двери.

— А чего мне волноваться, это ты волноваться должен.

— Ну ладно. Я пошел?

— Иди, и ты это, — смеётся, — Орлову эту береги, девка — огонь.

Я усмехнулся.

Конечно, буду очень беречь. Когда поймаю сучку, так отшлёпаю, что вся задница будет синяя.

После дистанции на пару километров я точно лошадь, вся в поту и пыли с полей.

И ещё в мерзком запахе дизтоплива от старческой драндулетки, которая, слава всем святым, хоть до города доехала. Как только я завидела приличное такси, пришлось тормознуть старика и попрощаться.

Таксист недовольно глянул, когда я своими грязными босыми ножищами на его стерильные коврики залезла. Судьба у него такая — таксистная, на ножищи и на коврики гневно смотреть.

Но сегодня у него был счастливый случай ещё на что — то посмотреть.

И опять же, в какой раз благодарю бабушку за наследство, которое через поколение передалось, потому что маме оно не досталось.

Если бы грудь моя была хотя бы на размер меньше, точно водила в салон авто не впустил бы.

А так, зависнув взглядом на моей груди, он великодушно сплюнул на асфальт сквозь щербину в зубах и проговорил:

— Ладно, кидай задницу. Но чтоб не елозила, а то убирай потом после вас.

Дома я сразу закрылась на все, какие есть, замки и только тогда почувствовала себя в безопасности.

Выдались сегодня ночка и день. Приключенческие.

Скинула с себя одежду, на кухне нарезала в блюдце огурец и пошла в ванную. Включила горяченькую водичку, чтоб набиралась. Плеснула пены. Зажгла свечи ароматические. Приглушила свет. Создала атмосферу.

После стресса нужно срочно погрузить тело в успокоительные эликсиры.

Обожаю поваляться в ванной после трудового дня.