Чтение онлайн

Впрочем, его особо и не искали. Не до того было.

Слухи о новом указе распространились по городу, как пожар. По пути распространения они обрастали все новыми подробностями, а сам налог все увеличивался, и ближе к обеду за этот налог можно было купить небольшое поместье, а к вечеру и вовсе половину города.

Народ боялся, возмущался и обещал всякое. Причем не только императору и королю Золотых Туманов, но и советникам, потому что, как оказалось, Милана кто-то там узнал. Или не узнал, а подсказал кто-то.

К вечеру народ не успокоился, а подогревшись выпивкой в разнообразных заведениях и немного подискутировав на улицах и площадях, решительно двинулся к дворцовому комплексу, задавать интересующие вопросы самому императору. И эту идею народу точно подали какие-то ушлые молодчики. Но вовсе не те, которые должны были. И зельями никто воспользоваться не успел. А те, кто их скупал, вообще некоторое время не могли решить, что теперь делать. А когда решили и отправили своего посланца, не сообразили, что следует закрыться и никого не впускать. Ну, или хотя бы разойтись, а не дожидаться результата под вино и игру в карты. Так что явление стражи и каких-то непонятных молодчиков стало для них большим сюрпризом. Впрочем, как и то, что люди, грохотавшие по воротам самодельным тараном и требовавшие императора, выслушав речь вышедшего к ним со-Яруна, вдруг возьмут и печально разбредутся, с таким видом, словно вообще не понимают, где находятся и как тут оказались.

Ларама была великим магом-мозголомом. Ей только энергии обычно не хватало. Но на энергию временный глава службы контроля и защиты не поскупился.

Ромул сидел и старательно читал. Вопли и требования собравшихся у ворот людей к нему не доносились, несмотря на открытое окно. Книга была приятная, биография одного из полководцев. У дверей дежурили стражники. И император лениво размышлял о том, как отреагируют охотники на императора, увидев их там в таком количестве? Наверняка удивятся, хотя Тиваш утверждал, что страннее будет, если стражу не усилить в связи с происходящим.

Ждать Ромулу быстро надоело, и он задумался о том, а не лечь ли спать. С одной стороны, он вроде бы должен переживать: не снесет ли толпа ворота и не придет ли его убивать? С другой — штурм был довольно бестолковый и до дворца пока никто не добежал, не говоря уже о том, чтобы в него вломиться и начать прорываться сквозь заслоны стражников и просто любителей подраться.

Радда вроде бы его послушалась и спряталась. Даже другие невесты, на удивление, сообразили закрыться в комнатах и не высовывать оттуда своих прелестных носиков. Ларама что-то творила у ворот, обещая, что люди разойдутся, как пришли, стоит только ей щелкнуть пальцами.

Мален что-то обсуждал с Тивашем и старался никому не попадаться на глаза, чтобы не спугнуть неизвестного мага, который точно находится во дворце.

А Ромул читал, и ему было скучно. Даже спать захотелось.

И когда в комнату, постучав, заглянул стражник и обрадовал императора тем, что к нему тут пришел второй дворцовый маг, чтобы обсудить какую-то важную проблему, согнать с лица неуместную радостную улыбку оказалось очень непросто.

— Впусти, — велел Ромул и удобнее устроился в кресле.

Второй маг, мужчина немолодой, но сильный и умелый, выглядел озабоченным и даже несколько испуганным. Он оглянулся на закрывшуюся дверь, семеняще подбежал к императору, поклонился по всем правилам и уставился на него с собачьей преданностью. А услышав приветствие и разрешение говорить, рухнул на колени и стал каяться.

Рассказал о том, что не успел закончить начатую работу, и защита все еще недостаточно сильна. Покаялся в своей неспешности и желании отложить неприятное дело. Потом стал нести какую-то чушь о том, что среди собравшихся у ворот людей есть какой-то взломщик магических защит, что у бедного второго мага из-за его работы и сопротивления ломающему защиту плетению уже голова болит, но он из последних сил прибежал к императору, чтобы предупредить и оградить.

Ромул сидел, старательно делал серьезное лицо и похлопывал ладонью по книге.

— Вам нужно бежать, спрятаться где-то, я уверен, что во дворец рвутся убийцы, прикрываясь народным гневом! — наконец патетически сказал маг и замер в покаянной позе.

— У меня стража, — напомнил император.

— А у стражников родственники в городе. К которым они ходили недавно, я узнавал. Вы уверены, что их никто в это время не заколдовал?!

Прозвучало столь убедительно, что Ромул даже бровь приподнял, а потом задумался.

— Вы уверены? — спросил, подумав.

— Я уверен, да и что вы теряете? Когда этот нелепый бунт закончится… а его наверняка устроили ради взломщиков и убийц, люди даже не понимают, что делают…

— Да? — удивился Ромул.

— Да, — торжественно подтвердил маг.

И, словно это слово стало для кого-то сигналом, за дверью послышались удары, вопли и звон железа.

— Быстрей! Здесь же должен быть потайной ход, должен, через дверь мы не пройдем! — заорал маг.

Ромул едва не спросил, а откуда он об этом ходе знает? Но сдержался, посмотрел на дверь, за которой орали все громче и сплошь нецензурно, а потом решительно встал и пошел к камину.

Маг за ним наблюдал с явным интересом, но вряд ли уловил, как именно Ромул открыл потайной ход. А потом бодро затолкал императора за камин, дождался, пока проход закроется и заявил, что им следует пойти в сад. Там, мол, ждут императора верные ему люди, которые выведут и спасут.

— Да-да, — отозвался Ромул. — Туда и пойдем.

Маг торжественно кивнул.

А Ромул окинул его взглядом и совсем тихо пробормотал:

— Поиграем в кошки-мышки.

И смело шагнул вправо. Повернувшись к магу-спасателю спиной.

Что не следовало это делать, он понял именно в тот момент, когда получил чем-то по голове, возможно даже заклинанием. И заподозрил, что маг придумал, как обойти защиту императора дворцом. Но было поздно. Да и тьма над Ромулом сомкнулась как-то слишком быстро.

Храбрая девушка, чужие секреты и черный кораблик

Когда Ромул очнулся, первым ощущением была жгучая боль в запястьях. Казалось, там кожу кто-то сдирает, медленно и со вкусом. Пошевелиться император не мог, тело не слушалось, в голове стоял звон, а при попытке открыть глаза перед ними неспешно заколыхался серо-красный туман и начало тошнить.

Пришлось лежать, прислушиваться к боли и медленно соображать, что болят запястья, скорее всего, из-за веревочных щитов Ларамы. И очнулся Ромул тоже благодаря этим щитам, какую-то часть непонятного воздействия они все-таки поглотили. Понять бы теперь, что происходит и сколько времени прошло.

Зрение возвращаться и чем-то Ромулу помогать упорно отказывалось, только туман немного посветлел. Зато как-то неожиданно вернулся слух, и император чуть ли не над головой у себя услышал глухой удар, словно палкой об палку, и почему-то знакомый женский голос непотребно заругался.