Чтение онлайн

Оказывается, земля для души нечто вроде испытательного полигона. Мы сами решаем прийти в этот мир, и попадают сюда только самые сильные души. Мы всегда приходим за тем, чтобы чему-то научиться, например смирению, терпению или надежде, — вот почему для всех без исключения жизнь представляет собой поток неприятностей. Без труда не вынешь рыбки из пруда. И когда незнакомые люди встречаются и узнают друг друга, это происходит потому, что они на самом деле уже встречались на небесах и договорились о встрече на Земле перед своим воплощением. Когда встречаются родственные души, они узнают друг друга, даже если до этого не были знакомы.

Ты радостно приветствуешь появление Брайана в своем жизненном потоке. Даже не описать, как он тебе помогает. Когда вас заставляют мастерить клетки для птиц или рисовать свои «эмоциональные пейзажи», Брайан тебя смешит. Вы держите друг друга за мизинцы во время церковной службы, сидите рядом во время обеда, играете в покер по вечерам, перед каждым сеансом групповой терапии ты занимаешь ему место рядом с собой и обычно смотришь на него в течение всей встречи. Ты от него без ума.

Ваши отношения развиваются от влечения до возбуждения (как это обычно и происходит), и однажды вы оказываетесь вдвоем в чулане. Губы Брайана солоноватые, мягкие и теплые. Ты не можешь поверить в то, что его влечет к тебе, и пытаешься быть сексуальной, что довольно сложно, когда ты находишься в крохотном помещении, полном промышленного размера кадок с глиной для лепки. Не говоря уже о том, что из-за малоподвижного образа жизни и токсинов, от которых стремительно избавляется твое тело, оно стало сонным и распухшим.

Но единственное, чего ты хочешь, — это чтобы он напомнил тебе, каково это — быть собой. Он расстегивает твои джинсы и стаскивает их с тебя.

Если ты переспишь с Брайаном, перейди к главе 146.

Если ты не переспишь с Брайаном, перейди к главе 147.

Ты соглашаешься принять квартиру. В конце концов, ты ведь этого достойна, разве нет? Женщина, которая использует секс как оружие, заслуживает каждого заработанного ею пенни. К тому же у секса с пожилым мужчиной есть свои преимущества. Ты всегда можешь рассчитывать на разнообразие прелюдии. Пожилые мужчины нежны и не тратят время на глупые вопросы, вроде: «Лучше так или этак?» Они замечают, от чего ты делаешься влажной, не оставляют без внимания стоны. С другой стороны, задницы у них как кульки с бутербродами, а пенисы какие-то странно мягкие, как куски арматуры, завернутые в тесто.

Филиппо был в ярости, когда ты съезжала, у выхода пытался схватить тебя за руку, но ваш сосед Стефано остановил его. Филиппо хотел знать, куда ты едешь и кто тебе помогает, но ты ничего ему не ответила. Он шел за тобой по улице, крича и размахивая кулаками, и между ним и пожилым владельцем дома, где находится твоя новая квартира, состоялась пренеприятная сцена. «Vie via scemo!» [8] — кричал хозяин дома Филиппо, который клялся убить того, к кому ты переезжаешь.

Пережив этот сложный момент, ты понимаешь, что твоя новая жизнь тебе подходит. Это la dolce vita, сладкая жизнь, с просторной квартирой-пентхаусом, возможностью обедать в пятизвездочном ресторане на первом этаже, тоннами украшений (серьги с черными жемчужинами, кольца с сапфирами) и бессчетное число пар туфель (Сандро нравится, когда в постели ты надеваешь туфли с каблуками-стилетами). Он джентльмен до кончиков ногтей. Когда вы встречаетесь, что, к слову сказать, происходит не слишком часто, он очарователен, внимателен и осыпает тебя комплиментами: «Твоя кожа как сливки», «Твои глаза как далекие огоньки» — и так далее.

Вы ездите в Париж и Вену, и на виллу Belle Laure — («Прекрасная Лаура»), его небольшое французское имение на острове Амальфи. Он требует от тебя больше времени проводить с ним, и за всеми этими поездками и вечеринками ты в конце концов забываешь об учебе. В любом случае, образование, которое дает Сандро, тебе нравится куда больше. Он водит тебя в оперу и на балет, на благотворительные ужины и небольшие эксклюзивные вечеринки, посвященные различным культурным событиям. Он приходит в рестораны, не заказывая столик заранее. Разумеется, часто в этих местах весело, как в морге, да и богатые люди, похоже, самые скучные представители человечества, но шампанское всегда течет рекой, а иногда бывает даже «Vin Mariani», вкусное бордо с добавлением кокаина, к которому ты в последнее время стала очень неравнодушна.

А потом однажды у вас выходит ссора. Повод совершенно пустяковый — то ли ты опоздала, то ли он не понял, где именно тебя встретить, в общем, что-то в таком духе, но после этого как будто гаснет свет. Он отменяет ужины и не переносит их на другое время. Он больше не приглашает тебя в театр и вообще прекращает звонить. Когда ты звонишь ему сама, он не отвечает и больше не приходит к тебе в квартиру. Ты перестаешь получать еженедельные денежные чеки. И вскоре домовладелец, ничего не объясняя, оставляет у тебя на двери записку о том, что мистер Кандрева хочет, чтобы ты съехала.

Ты больше не «сладкая девочка» и не «свет его очей». Теперь ты рубленая печенка.

У тебя совершенно нет денег, и тебе негде жить. Ты сидишь на ступеньках дома, где жила, и плачешь. Синьора Росси, милая старушка с первого этажа, замечает это и приглашает тебя в свою крошечную тесную квартирку выпить граппы и поболтать. «Sbagliando s'impara, — вздыхает она. — Мы учимся на своих ошибках, а мужчины — это всегда ошибки».

После долгой беседы и бутылки обжигающей жидкости она звонит паре своих восьмидесятилетних приятелей и через них находит для тебя две вакансии. Одна — это работа в крошечном обувном магазине в переулке у виа Гибеллина, а другая — работа на кухне в маленькой пекарне у дворца Питти. Обе эти должности похожи на жалкий отблеск твоей прежней блестящей жизни американской гейши.

Если ты пойдешь работать в обувной магазин, перейди к главе 228.

Если ты пойдешь работать в пекарню, перейди к главе 221.

Ты отказываешься принять квартиру. Это не значит, что ты отказалась бы взять деньги и не стала бы спать с женатым мужчиной. Дело в том, что ты боишься его жены. Эти блестящие серебряные волосы, суровое голубое платье. Мрачная улыбка. Она — женщина, привыкшая получать то, что хочет, и если она пожелает твою голову на блюде, то получит и ее. Не стоит недооценивать пожилых женщин. Может, ноги у тебя и стройнее, зато у нее больше терпения и денег.

Так что Сандро отвозит тебя домой, и ты забываешь обо всех этих приятных вещах. Их нет. С Сандро ты больше не встречаешься. (Хотя нет — была еще одна встреча: ты видела его с юной блондинкой в модном кафе на людной площади, он обнимал ее за талию, она смеялась и выглядела настолько непростительно счастливой, что тебе хотелось ткнуть ее лицом в феттучини.)

Вернувшись в квартиру, ты чувствуешь себя по-другому. Неуютно. Как будто ты что-то забыла. Филиппо готовит омлет с розмарином и просит тебя натереть сыр. «Я не могу, — отвечаешь ты. — Все кончено».

У него в одной руке лопатка, а в другой — пучок розмарина. Он смотрит так, будто неправильно тебя понял — там, где люди говорят на разных языках, это не редкость.

«Я ухожу. — Ты слышишь собственный голос как будто со стороны. — Мне нужно то, чего здесь нет». Вот как бывает иногда. От давления что-то внутри ломается, раскрывается, и наступает озарение.

«Ах ты, чертова стерва, — кричит Филиппо, размахивая лопаткой. — Что, ты думаешь, тебе светит?»

Простой вопрос. «Что-то другое, — отвечаешь ты. — Определенно что-то другое». Это не значит, что ты хочешь быть с Сандро или с кем-то вроде него, просто должен быть кто-то средний между Сандро и Филиппо, кто-то, на кого можно положиться, ответственный, но в то же время сексуальный и веселый. Где-то должен быть такой человек. Но может быть, его и нет. Все равно твои сумки уже собраны. Ты приезжаешь на вокзал и делаешь глубокий вдох.