Чтение онлайн

Редкие газовые фонари на бульварах и улицах давали уже не больше света, чем светлячки на болоте в лунную ночь.

Как только наступил вечер и белесый туман заполонил собою улицы, площади и переулки, люди в страхе попрятались по домам и даже закрыли ставни на окнах.

Именно в этот момент на одной из центральных улиц появилась четверка молодых людей в несколько странных одеяниях. Они будто бы сами соткались из этого белесого тумана.

На каждом были высокие сапоги с ботфортами, светло-голубые камзолы и шляпы с черными перьями. Поверх камзолов красовались роскошные, шитые золотом, перевязи с прикрепленными к ним длинными шпагами.

Четверо молодых людей оглядывались по сторонам и с удивлением обменивались многозначительными взглядами.

— Давненько не бывал я в славном городе Париже! — громогласно заявил самый крупный из них. Он таращил свои голубые, выразительные глаза и сторонам. И явно не узнавал окружающих зданий.

— Без малого, двести лет, — отозвался другой, задумчиво пощипывая себя за мочку уха. На лице его блуждала легкая улыбка.

— Париж изменился не в лучшую сторону! — присоединился третий, поразительно похожий на Дон-Кихота. Кончики его красивых усов воинственно торчали вверх. — Помню, когда я впервые въехал на своем желто-рыжем коне через Сент-Антуанские ворота…

— Дорогой Д, Артаньян! — вежливо перебил его тот, который непрерывно дергал себя за мочку уха. — Историю вашего появления в Париже знает любой, умеющий читать мальчишка. В любой стране, на всех континентах. И нет никакой необходимости просвещать нас на этот счет. На зубах навязло!

— Послушайте, Арамис! — несколько раздраженно отозвался тот, которого называли Д, Артаньяном. — Вы меня постоянно перебиваете! Я не мальчишка! Мне это уже порядком осточертело!

— Что вы хотите этим сказать? — так же вежливо поинтересовался Арамис. Но в глазах его будто сверкнула молния.

— Только то, что сказал!

— Можете это повторить?

— Сколько угодно!

— Друзья мои! Арамис! Д, Артаньян! — добродушным тоном попытался примирить их самый крупный. С голубыми глазами. (Наверняка, его звали Портос. Как же еще!). — Вы как дети, даю слово!

— Нисколько!

— Удивляюсь, что вы до сих пор не продырявили друг друга вашими шпагами.

— Всегда к вашим услугам! — с вызовом ответил Д, Артаньян.

— Если у вас есть хоть малейшее сомнение насчет моей готовности, быть к вашим услугам, вы глубочайшим образом заблуждаетесь! Я тоже всегда готов к вашим услугам!

Вымолвив эту длинную тираду, Арамис равнодушно посмотрел по сторонам, и демонстративно зевнул, прикрыв рот платком.

— Ах, вот вы ка-ак!!! — воскликнул Д, Артаньян.

Неизвестно, чем бы закончился этот, вспыхнувший на пустом месте, конфликт, не вмешайся четвертый. Его красивое благородное, бледное лицо было непроницаемо.

— Друзья мои! — равнодушным взглядом окидывая незнакомые здания, сказал Атос. — Я вовсе не для того назначил вам эту встречу. Нам предстоит долгий путь. И ответственная миссия.

— Вынужден отказаться! — тут же заявил Д, Артаньян. Он еще явно не успел остыть. — Мне необходимо срочно навестить госпожу Бонасье. Речь идет о чести королевы, черт возьми! И дело не терпит ни малейших отлагательств. А посему…

— Я тоже предпочел бы потратить время на изучение богословия. Как вам известно, я намерен стать аббатом. Сейчас тот самый подходящий случай.

Атос понимающе кивнул и перевел взгляд на Портоса.

— Что касается меня, и шага не сделаю, пока не наполню свой желудок. Я голоден, как стая волков, — возмущенно ответил Портос.

— В таком случае, прошу прощения, что потревожил вас! — ответил Атос. — До скорой встречи, друзья мои!

Атос отвесил всем троим легкий поклон и, резко повернувшись, пошел вдоль по улице. Один.

Трое друзей, молча, смотрели ему вслед. Атос не оглядывался. Еще немного и его фигура уже скрылась бы в белесом тумане.

— Один за всех! — неожиданно вырвалось у Д, Артаньяна.

— И все за одного! — едва слышно, как эхо, отозвались Портос и Арамис.

— Атос! Атос! Погодите! Мы с вами! — крикнул Д, Артаньян.

Атос замедлил шаг, остановился. Медленно повернувшись, оглянулся. Расстояние до него было значительным, и трое друзей не могли видеть едва заметной улыбки, мелькнувшей по его губам.

Портос трижды громко хлопнул в ладоши. В то же мгновение сзади послышался цокот копыт. На пустынной улице появилась четверка великолепных, уже оседланных коней. Каждый из них послушно подошел к своему хозяину и даже слегка наклонил голову.

Четверо мушкетеров вскочили в седла и, покачивая перьями на шляпах, медленно двинулись к центру города.

— Не узнаю! Ничего не узнаю! — качал головой Портос.

За долгие годы отсутствия молодых людей, город, действительно, изменился до неузнаваемости. Все без исключений здания подверглись кардинальной перестройке. Возникли целые новые улицы и переулки. Некогда двухэтажные здания выросли до пяти, шести этажей.

Только Люксембургский сад остался прежним. Пересекая его по диагонали, четверка молодых людей обменялись довольными улыбками. У каждого были свои воспоминания, связанные с этими местами. Дуэли, тайные свидания, дуэли, опять свидания…

Но уже в квартале, примыкавшем к Люксембургскому саду, проезжая мимо театра «Одеон», мушкетеры опять перестали узнавать окружающее. Даже сам центр города, знаменитый Собор Богоматери, и тот подвергся реконструкции. Сплошное разочарование.

Все дальше молодые люди удалялись от центра города. Все быстрее становился бег их конец. И ни на одной улице они не увидели ни одного прохожего. Город буквально вымер.

А когда они выехали за городскую черту, Атос, скакавший первым, обернулся и, стараясь перекричать громкий топот коней, воскликнул:

— Наш путь лежит на Север!

Не разбирая дороги, перескакивая через поваленные бревна и даже мелкие реки, через поля, луга и леса, стремительно летела четверка отважных всадников. И было что-то завораживающее в этой стремительной, безудержной скачке.

Так и мчится эта великолепная четверка сквозь годы, сквозь столетия и по сей день…

Въехав на центральную площадь, вернее, на центральную лужайку деревушки, всадники дружно соскочили с коней, привязали их к большому ветвистому дереву, растущему около покосившегося от времени трактира и, не сговариваясь, устремили взгляды на возвышавшийся в отдалении старый, полуразрушенный замок.