Чтение онлайн

– Она расскажет, - он сильно сглотнул и медленно стал спускаться по лестнице, а я стояла и ждала, пока его широкие плечи закроют свет, струящийся из окна во входной двери.

– Мне нужно уехать до возвращения Коннора, - сказал он тихо, оглядываясь на меня через плечо. Я одеревенела, парализованная страхом.

– Иди сюда, - позвал он, его голос был абсолютно безэмоциональным.

Я спустилась вниз по ступеням, удивляясь, как мне удалось не споткнуться о собственные ноги.

– Эй, - пальцы Колина коснулись моего подбородка, и он заглянул мне в глаза.
– Все будет хорошо. Обещаю.

– Ладно, - я знала, что скорее всего прибываю в шоке, но в этом онемении было некое облегчение от болезненной душевной муки, посетившей меня мгновением ранее.

Его рука безвольно упала, и Колин покачал головой.

– Будь хорошей, малышка.

Мои пальцы взлетели и коснулись серебряного крестика, который все это время висел у меня на шее. А Колин открыл двери и ушел, даже не оглянувшись.

Я переключил передачу, когда моя машина мчала вдоль шоссе, но мой разум был сосредоточен на Аннабель. Образ светлых волос и зелени глаз навсегда был выжжен в моей голове.

Держать ее в своих руках было почти что так же радостно, как то, что я должен был делать в прошлом... почти что. Мысль о том, чтобы разделить с ней свои грязные и развратные действия... ужасала. Я мог чувствовать это глубоко внутри живота в виде ударных волн, накатывающих на все мое тело. Я хотел гнева, контроля и сомнительной нравственности. Все это я хотел прямо сейчас, и меня убивала внутренняя борьба против сего этого, но Энни стоила этой борьбы. Заставить ее слепо согласиться с неизвестностью, лишь потому что она доверяла мне - никогда не считал, что такое возможно.

Вдох.

Ощущение ее ароматной плоти напротив моего тела. Одна только мысль вызывает учащенное сердцебиение и смещает мой мир к ее оси. Я все еще чувствую это, ощущаю на вкус.

Выдох.

Ощущаю, как убираю золотистые локоны с ее лица, провожу пальцами по ее ушибленному лицу. Она была намного сильнее, чем когда-либо был я. Требуется гораздо больше мужества, чтобы выстоять перед лицом страха, чем для того, чтоб запугать слабых.

Вдох.

Она смотрела на меня так, словно могла видеть человека, которым я был призван стать, не извращенное проявление больного растления Тэйлора. Она поверила, что я могу быть спасен, что для меня еще осталась надежда.

Выдох.

Мне пришлось собрать последние капли логики и морали, чтобы оставить ее, дать ей шанс на борьбу. С ней все будет в порядке. Никто не усомнится в том, что я ее принудил ко всему этому. Это был единственный способ, которым рано или поздно все должно было закончиться. Я заслужил, чтобы люди узнали, каким монстром я был в действительности. Она наконец-то сможет быть свободна.

Вдох.

Я нажал на газ, стараясь не думать о том, что Энни утешится в объятиях Джейкоба. Невозможно было отрицать, что из двух зол, он был меньшим, но эта мысль все равно убивала меня. Я наконец ощутил вкус того, что никогда не мог иметь. Я увидел, какой бы моя жизнь могла быть, если бы я был героем в рассказе Энни.

Ради этого я бы с радостью пережил каждую полученную мною порку. Боль была удобным балансом, но этой боли, этой тупой, калечащей смерти из-за потери Аннабель, было слишком много.

Я проснулась, задыхаясь, и села на кровати. Обведя взглядом темную комнату, я подтянула синее одеяло Колина к лицу и вдохнула все еще сохранившийся запах его одеколона. Я подумала о том, чтобы принять одну из таблеток его снотворного, просто чтоб увидеться с Колином хотя бы в своих снах. Но я так сильно боялась, что стану скучать по нему еще сильнее.

Его мир был хаосом, а его когда-то идеальная комната сейчас была отражением внутренней растерянности, пережитой им за все эти годы. Схватив свой телефон с его ночного столика, я отправила Коннору еще одно сообщение, в добавок к уже отправленной ранее дюжине смс. Коннор уже возвращался, оставив все свои дела и стремясь поддержать меня, но я-то знала, что если Колин не захочет чтобы его нашли, то мы и не найдем.

Выбравшись из кровати, я подумала о том, что нужно себя чем-то занять, довести до истощения свой мозг и тело. Потому, покинув комфорт его кровати, я включила свет и оценила масштаб погрома. Собирая по кусочкам, я неспешно восстанавливала порядок в комнате Колина.

Я бы хотела последовать за ним, уговорить взять меня с собой. Я бы с удовольствием оставила все позади, но вместо этого я сама стала тем, кто остался позади.

Через три часа я расставила все вещи по своим местам, единственное чего не хватало - это самого Колина. Он ушел вместе с моим сердцем, которое я отдала ему еще в тот день, как вошла в его домик у Тэйлора. Сев на пол и прижав к груди одну из старых футболок Колина, я медленно уснула.

– Просыпайся, Энни.

Мои веки затрепетали, и я моргнула, ощущая истощение.

– Что ты делаешь?
– спросила я, когда Колин сжал мою руку. Кадык на его горле качнулся, когда он сильно сглотнул.

– Мне нужно, чтобы ты кое-что для меня сделала, - его голос был нечетким с затаившимися нотками печали.

– Что?
– я была вся во внимании, переживая о том, что же такое произошло, о чем Колину поручили мне рассказать.
– Я что-то не так сделала? У меня проблемы?

– Нет, - его захват на моей руке усилился, и встретившись со мной взглядом, он пошатнулся.
– У тебя все еще есть сумка с вещами матери?
– спросил он.

– Да. Под моей кроватью.

Он кивнул и отпустил мою руку; опустив голову, Колин заглянул под кровать и вытянул мою грязную маленькую книжную сумку. Резкий звук расстегивающейся молнии раздался в ночной тиши, когда он открывал сумку. Покопавшись внутри, Колин достал несколько вещей, которые я хранила внутри. Подняв бутылку с таблетками, он повертел ее в руке и, сузив глаза, попытался прочесть надпись на этикетке; из-за лунного света это было довольно непросто.