Чтение онлайн

Ройя не знала, можно ли делиться своими сомнениями с Зари, но ведь это была ее единственная сестра.

– Его последнее письмо было немного странным, – призналась она наконец.

– О-о? – Зари взяла зеленую сливу и вонзила в нее зубки.

– В нем он беспокоился, что случится переворот и премьер-министра Мосаддыка свергнут.

– Как романтично.

Ройя легла на ковер и положила руки под голову. Солнечные лучи ласково касались ее лица, хотя Маман наверняка не одобрила бы это. Она боялась солнца, боялась веснушек и загара. Она считала, что ее дочки должны всегда оставаться белолицыми. Все иранцы считали, что чем кожа белее, тем она красивее, и Ройю это злило.

На ее глаза навернулись слезы. Она хотела быть рядом с Бахманом. Биологическая ли это потребность или детская глупость – неважно, Ройя ничего не могла с собой поделать и не могла прогнать свое желание.

Внезапно испачканные соком сливы пальцы Зари погладили ее по щеке, вытерли слезы.

– Ладно тебе. Хватит. Я уверена, что у него все нормально. Скорее всего, он исчез по… веской причине. Я уверена, что они сейчас где-нибудь на севере у моря, вот и все. Всем известно, что его мать любит хвастаться их тамошней виллой. Хочет утереть нам нос. Ладно тебе, сестрица. Я уверена, что с ним все в порядке.

– Он сказал бы мне, – возразила Ройя, пока липкие пальцы Зари продолжали гладить ее лицо. – Вероятно, он арестован. Или прячется от полиции. Он сообщил бы мне, если бы просто поехал на виллу.

Крики торговца дынями, толкавшего свою тележку по улицам, в безжалостную летнюю жару звучали печально, почти как призыв к молитве.

– Вставай, сестрица. Возьми себя в руки. Пойдем в «Канцтовары». Я уверена, что тебя там ждет письмо.

Когда Ройя зашла в магазин, господин Фахри разговаривал с покупателями. Она терпеливо ждала, когда он закончит все расчеты, и опасливо поглядывала на полузнакомых людей. Теперь уже никто не знал, кого следует опасаться. Шахские шпионы ходили всюду.

– Я извиняюсь, Ройя-ханум, но мне нужно заполнить бланки заказов. У меня инвентаризация, – сказал господин Фахри, когда ушел последний покупатель.

– Конечно. – Его прямота застигла ее врасплох, но может, он просто был слишком занят. – Я просто подумала, нет ли у вас… чего-нибудь для меня?

Звякнул колокольчик, и они оглянулись на дверь. Какая-то женщина быстро повернулась к ним спиной, и Ройя не видела ее лица.

Господин Фахри, казалось, онемел от неожиданности.

– Подождите минутку, – рассеянно сказал он Ройе.

Он скрылся в подсобке и пробыл там дольше обычного. Наконец вернулся с конвертом. Ройя испугалась – ведь он не спрятал его в книге. В руках господина Фахри конверт выглядел беззащитным и опасным. Она пожалела, что книготорговец не убрал его в книгу.

Он словно прочел ее мысли.

– Когда тут никого нет, я могу просто отдать вам письмо. Сейчас его можно не прятать.

Ройя посмотрела по сторонам. Женщины нигде не было видно.

– Ой, – сказала она. – Я просто подумала, что… ну, не важно. Спасибо.

Она взялась за конверт, но господин Фахри крепко держал его. На секунду Ройе показалось, что он передумал, и она решила, что, может, в дверь незаметно вошел полицейский, или та женщина, которую она только что видела, или, может, из-за полок внезапно появился подозрительный незнакомец.

– Господин Фахри?

Он с тревогой поглядел на нее, но разжал пальцы.

– Ступайте, Ройя-ханум. Ступайте. Но только… – Он шумно вздохнул. – Пожалуйста, будьте осторожной.

– Конечно, – сказала Ройя, озадаченная его тоном.

Письмо было кратким, но в нем было все.

«Я больше не могу выносить это. Я возвращаюсь. Я все тебе объясню. Пожалуйста, прости меня, Ройя-джан. Я знаю, что тебе было нелегко. Я не хочу, чтобы мы снова разлучились. Я не могу дождаться, когда буду с тобой, по-настоящему буду с тобой. Знаю, свадьба запланирована на конец лета. Знаю, что твоя мать готовится к ней. Но я хочу предложить тебе вот что. Ты пойдешь со мной в отдел браков и разводов? Мы совершим там короткую официальную церемонию и станем законными супругами. Для меня это будет огромным счастьем. Если ты согласна, пожалуйста, напиши мне и отдай письмо г-ну Ф. как можно скорее. Мы поженимся, я обещаю тебе, любовь моя. Жди меня на площади Сепах, в центре, через неделю после сегодняшнего дня. Это будет среда, 28-е мордад [3] . В полдень. Или чуть позже, если не успеешь. Мы встретимся там и раз и навсегда будем вместе. Радость близкой встречи поможет мне прожить эти дни.

В надежде снова увидеть тебя – очень скоро!

Ты любовь моя.

Бахман».

В ночь на 15 августа 1953 года полковник Насири и его соратники, офицеры шахской гвардии, явились к дому премьер-министра Мосаддыка с указом шаха о его аресте и смещении. Однако, как Ройя узнала впоследствии, Мосаддык заранее знал об этих планах и был готов ответить на них. Полковник Насири был арестован и объявлен предателем. На следующее утро Баба, всегда слушавший «Радио Тегерана» ровно в шесть часов утра, даже стукнул по приемнику, потому что он молчал. Наконец, часом позже, дом наполнили громкие звуки военных маршей. Вероятно, Баба включил полную громкость, надеясь хоть что-нибудь услышать. Диктор сообщил стране о предательской попытке переворота. Потом выступил сам премьер-министр Мосаддык; он объяснил, что шах и иностранные державы пытались совершить государственный переворот, но проиграли. В стране все нормально. После этой новости Баба не мог прийти в себя целых пятнадцать минут.

– Все в порядке, Баба. У них ничего не вышло, – заверила его Ройя.

– Мне просто не верится, что они решились на такой шаг, – заявил помрачневший Баба.

– Но их планы провалились. Мосаддык в безопасности. Все скоро наладится, – сказала Ройя, успокаивая отца, а заодно и себя. Через несколько дней она увидится с Бахманом, и все будет хорошо.

В новостях они услышали, что шах с женой ночью улетел на самолете в Багдад.

Баба был в ярости.

– Какой позор! Он пытался свергнуть замечательного премьер-министра, а потом сбежал, когда ничего не получилось! Вот что бывает, когда ты позволяешь алчным империалистическим странам диктовать тебе условия. За этим стоят британцы, попомни мои слова. Возможно, и американцы.

– Американцы? Они никогда не пойдут на такое. У них не хватит на это опыта, – возразила Маман.

В душе Ройи боролись облегчение и страх. Бахман оказался прав: против Мосаддыка готовился заговор, и указом шаха на его место был даже назначен генерал Захеди. Но Мосаддык, слава Аллаху, разрушил коварные планы. В последующие дни прошли аресты все новых и новых заговорщиков, и Ройя считала дни и даже часы. Она не могла дождаться, когда наступит среда. Больше всего ей хотелось увидеть Бахмана. В безопасности ли он? Был ли он как-то связан с недавними событиями? Если нет и он просто прятался, что он думал об этом безумии?

На следующий день после попытки переворота Ройя и Зари вышли из дома, но не решились уйти далеко. Всюду стояли полицейские. На улицах висели фотокопии шахского указа о назначении премьер-министром генерала Захеди.

– Как же они сумели так быстро напечатать столько копий указа? – удивилась Зари.

Ройя пожала плечами.

– В Америке есть машины, умеющие делать много копий, – сказала она.

– Ты тоже веришь в теорию заговора? – спросила Зари.

– Джалех Табатабаи сказал…