Маленький принц и Синевой цветок
Шрифт:
Глава третья
Неожиданная встреча
Начиналась новая эпоха на заре двадцатого века, когда загадки этого мира стали таять, как воск с горящей свечи, деревянные шхуны и галеоны начали исчезать. На их место стали приходить цельнометаллические корабли. Металлических судов становилось всё больше, теперь даже паровые двигатели начинали уступать место дизелям. А китовый жир, который так хорошо освещал ночные улицы, постепенно заменили электрические лампы. Это было практически повсеместно, мир стремительными темпами начинал вступать в эпоху прогресса. Мир менялся. Маленький принц, скрываясь от пиратов, вынужден был ехать в большие города Франции, она только начинала оправляться от войны, как и вся Европа. Разруха была повсеместно. А Маленький принц всё так и не мог отыскать Синюю птицу, о которой ему сказали Ненастные Ветры.
– Как же мне найти её? Время уходит, а я ещё ничего не сделал, не приблизился к цветку ни на шаг.
И сколько бы Маленький принц ни зажигал свечей, они все хранили молчание, всё так же были равнодушны к нему. Шли дни, проходили годы, в этих поисках птицы счастья он совсем потерял покой. Совсем отчаявшись, устав от скитаний и постоянных преследований пиратов, он как-то вечером зашёл в заведение Cent de la ville, где подавали вкусную утку и молодая певичка исполняла романтические песни под блюзовую музыку, больше похожую на летнюю самбу. В свете приглушённых абажуров витала магия этого вечера. Вдруг пламя только что зажжённой свечи ожило, словно поманив его к себе своей луковой головкой. Он посмотрел на девушку, что её зажгла, та мило улыбнулась, проведя своей рукой по его плечам, и снова поднялась на сцену. Это была та самая певичка.
– Где же я мог её раньше видеть? – спрашивал себя Маленький принц.
У него была очень хорошая зрительная память на лица и места. В большинстве случаев увиденное однажды он никогда не забывал.
– Точно, это та девушка, которая пила свой ирландский кофе в том голландском пабе, сидя в углу, – вспомнил Маленький принц.
Грозный и могучий фрегат «Дитя Грома», снаряжённый дальнобойными орудиями и мощным двигателем, шёл по Сене к Парижу. Маленький принц чувствовал сладостно тягучее предвкушение новой встречи с пиратами, оно всегда возникало как-то внезапно, когда они были уже близко. Вскоре концертная программа подошла к концу и певичка вновь подошла к Маленькому принцу. Она была в чёрном вечернем платье, усыпанном звёздами. Её сильно открытое декольте и вырез на спине были прикрыты вуалью, её чёрные шёлковые волосы, почти до колен, переливались в игре света. Когда её тёмно-синие глаза встретили взгляд Маленького принца, девушка спросила разрешения сесть рядом.
– Я Вас вспомнил, – сказал Маленький принц, приглашая её за стол. – В тот раз Вы были совсем в другом амплуа.
– Да, сегодня я в другом туалете. А Вы внимательны, как я погляжу.
– А у Вас отличный французский.
– Что же сегодня заставило Вас, монсеньор, обратить на меня внимание, неужели мой вечерний туалет?
– Совсем нет, – ответил ей Маленький принц.
– Тогда что же?
– Это Вы сделали?
– Что именно?
– Зажгли свечу, разумеется.
Она опять подарила ему милую улыбку, немного прищурив глаза.
– Я всегда, когда на сцене, иногда кому-нибудь из слушающих зажигаю свечу на столе, это такой приём, – сказав это, она хитро улыбнулась.
– У Вас красивая улыбка, впрочем, как и голос, с Вами приятно беседовать, но, к сожалению, мой с Вами вечер уже подходит к концу, скоро сюда ворвутся люди и мне придётся уносить ноги.
– Вы о тех флибустьерах, которые идут сюда? О, не волнуйтесь, они здесь будут ещё нескоро. Чтобы поговорить, минут пятнадцать у нас есть.
– Кто Вы, мадмуазель?
Она опять мило заулыбалась Маленькому принцу.
– Всего лишь певичка в этом заведении.
– И сколько раз в неделю Вас можно здесь увидеть? – спросил её Маленький принц.
– Первый и последний, – неожиданно для себя услышал он ответ.
– Как? Разве Вы…
Она его перебила, не дав договорить.
– В этом мире слишком много прекрасного, чтобы этим пренебрегать – например, сегодняшним вечером.
– Я это учту, но всё же ответьте мне.
– Мы можем помочь друг другу. Видите ли, у меня есть друг, которого я очень люблю, хоть он и не питает ко мне тех же чувств сейчас. Ах, как это было давно, – произнося эти слова, она откинулась на спинку стула. – Ему нужна моя помощь, и Вы можете мне в этом помочь.
– Помочь Вашему другу? Кто он?
– Когда-то его звали «Уравнителем земной тверди, спрятавшейся за солнцем».
– Никогда не слышал о нём.
– Он не из этого мира, впрочем, как и Вы, как и я.
– Чем же я могу Вам помочь?
– Всего лишь освободить Феникса из морского плена.
После этих слов она опять мило заулыбалась Маленькому принцу.
– Он мой младший брат.
– Так ты и есть Синяя птица?
– О, trebean! – она захлопала в ладоши от восторга. – Как Вы догадливы, монсеньор!
– Но почему Вы не освободили своего брата раньше?
– Видите ли, у него очень скверный характер и дурной нрав. Он не всегда был таким, это длинная история, и я бы не хотела Вас утомлять столь долгим рассказом. Хоть он мне и очень дорог, но, думаю, это заточение ему должно пойти на пользу.
– А Вы не слишком жестоки к нему?
– Вовсе нет, он чуть не сжёг дотла целый мир, который я так люблю.
– Но почему Вы просите об этом именно меня?
– Потому что ты умеешь дружить. А эту науку я постигла далеко ещё не в полной мере. Видишь ли, кроме всего прочего, его может отыскать только Морской Змей (Левиафан), а мы с ним, как бы Вам это сказать, не совсем в ладах, вернее, вообще не ладим после того, как я ему отказала, сбежав с осеннего бала с другим. Правда, было это сто лет назад, но, как оказалось, он злопамятный мужчина, а я не люблю злопамятных мужиков, и с тех пор нрав у него лучше не стал. Сожрать может. Но Вы с ним, думаю, подружитесь. Я знаю, где он, если уйдём сейчас, то сможем ещё до рассвета застать его.
– Я обещал Могучим Ветрам найти…
– Знаю, знаю, – она снова его перебила. – Семь золотых монгольских стрел.
– Да, да.
– Какой тебе смысл терять время, вдруг, ну, скажем, твоя ненаглядная Роза ошибётся и подумает, что нашла тебя, а это окажешься не ты?
– Этого не произойдёт, не волнуйся.
– Почему ты так уверен?
– Потому что у неё есть компас, чтобы меня отыскать, и называется этот внутренний компас Любящее Сердце.
Маленький принц посмотрел на пламя свечи и улыбнулся ему, увидев в нем её – в пальто, с чемоданом садящуюся в вагон поезда. Или это было всего лишь его фантазией.
– А ты и вправду можешь превращаться в птицу? – спросил её Маленький принц.
– Да, могу, но сейчас, к сожалению, мой зооморфный облик мне не подвластен. Когда я помогу своему другу, тогда вновь стану птицей, буду летать по разным экзотическим местам, как раньше. Ах, как же мне надоели эти самолёты, поезда и пароходы, меня всё время в них укачивает. Она опять слегка откинулась на спинку стула и поднесла правую руку ко лбу развёрнутой ладонью, немного запрокинув голову назад и уронив левую руку так, словно на лету коснулась плавно воды своим изящным крылом.