Чтение онлайн

Когда Торми покинул столовую и расположился на диванчике в холле, с приятным чувством насыщения, он подумал, что у Анемона есть прекрасная черта характера. Он имел склонность устраивать грандиозные завтраки/обеды/ужины (как придется) по случаю приезда кого-либо. И возвращение Лайнерии не стало исключением, а наоборот. Осушив несколько бокалов вина, Анемон изъявил желание станцевать в честь приезда своей племянницы, и немедля приступил. Два танца Торми стойко выдержал, он даже свистел и орал слова поддержки, но на третий заход, его, как говорится, корова языком слизала. Мальчик был, конечно, рад, что Тея накануне не прибила сенсея (он не был уверен даже в том, что она его нашла), но все имеет предел.

Торми зевнул, подложил под голову валик, обтянутый красной парчой. (Что и говорить, денежки у Анемона водились. Быть может, потому он и проводил большую часть жизни в медитациях, то есть бездельничал).

–  Ты чего?
– появилась в дверях Лайнерия и, неслышно ступая, прошла к креслу, с которым соседствовала деревянная кадка с разросшимся щучьим хвостом.

Девочка села и положила на колени меч; дымчатые волосы упали на глаза. Это серое платье с красной вышивкой очень ей шло, подчеркивая индивидуальность - такое незаметное и… кровавое.

–  Чего- чего, - безрадостно молвил он.
– А-то ты сама не знаешь.

Лайнерия прищурилась, будто пытаясь проникнуть за завесу тайны.

–  А ты это… - Торми перетек из лежачего в сидячее положение.
– Магистра Тараканиана видела там… в Каланхоэ?

–  Пару раз. Издалека, - ответила Лайнерия, ничуть не расстроенная провалом операции по захвату старикашки.

–  Его тут тоже ищут вовсю. Анемона два раза допрашивали.

–  А тебя?

–  Ага, так я им и дался. Как пришли, так и ушли… два таких невзрачных хмыря. Сразу видно - ищейки. Юлили, как могли, и не сказали, в чем повинен магистр. Только намекнули, что дело темное, и за такое как минимум лет десять в императорской тюрьме сидеть. И мне даже кажется, что не будь у сенсея столь высокая репутация в городе, и его бы повязали за одно. Типа за укрывательство и все такое. Тея после их прихода - она их, кстати, чуть за шиворот не вышвырнула за дверь, а то мне казалось, они ночевать тут будут - напилась, как… хрюшка. Видно сильно расстроилась. А я в шкафу чуть не помер.

–  Почему?

–  А ты думаешь, как я узнал, о чем они с сенсеем разговаривали? Три часа на одном месте! И как я выжил?! М-да… Похоже, Тараканиану конец, явись он только.

На этих словах в комнату действительно явились. Но не магистр Тараканиан, а сенсей собственной персоной, будучи слегка навеселе. Он улыбнулся, словно что-то предвкушая. Торми уж было обеспокоился, что Анемон и тут, в холле, учинит свои пляски, но учитель, пробормотав под нос, что праздник праздником, а некоторые детали не сложившейся миссии уточнить надо, сцапал Лайн за руку и уволок в сторону кабинета. Торми недовольно хмыкнул - ну не нравилось ему, когда у кого-то от него секреты имеются - и выскочил следом. Прокрался по коридору, и только приноровился подслушать, как чья-то рука легла ему на плечо.

Буквально окоченев, Торми оглянулся. Вот если тетушка, тут же не оберешься! Хотя после приезда Лайнерии, Люциль как-то присмирела, и чуть ли не заикалась при ней. Надо же, кто бы мог подумать, что Лайн так подействует на нее! Но опасения Торми были безосновательны. То оказалась рука Теи.

–  Чем занят?
– осведомилась она, обворожительно улыбаясь.

–  Как раз и думаю, чем бы заняться, - соврал Торми, огорченный несвоевременным появлением девушки.

–  Прогуляться не хочешь?

–  Ну… - Желания, разумеется, не было, но разве Теи откажешь.

В следующее мгновение его поволокли дальше по коридору в направлении кладовки, где хранились разные хозяйственные принадлежности. Тея впихнула мальчика между ведер и швабр, которых у нее скопилось десятка два. Покопалась в темноте, чиркнула огневиками и зажгла свечу.

–  Ну-у?!… - протянула она, держа свечу перед собой.

Огонь заплясал в ее глазах, и мальчику сделалось нехорошо.

–  Что?
– ни то спросил, ни то пискнул он.

–  Ты мне поможешь?

Торми огляделся.

–  Здесь?

–  Вообще.

–  А-а… - тянул он время. Может, удастся сбежать?
– Смотря в чем.

–  Я Анемона того… - Тея сжала фарфоровую плошку с горящей свечой с такой силы, что та треснула, - спросила насчет чая, - добавила она, все еще пытаясь держать себя в руках.
– А он сказал, что ведом не ведает о каком чае идет речь. Только зря такую добротную палку сломала.

–  Об Анемон-сенсея?
– не удержался Торми. Уж больно любопытно.

–  Хотелось бы, - с какой-то тоской отозвалась она.

–  А я-то тут при чем?

–  Я как раз насчет этого и хочу поговорить.

–  Ну, так и?
– Чего вокруг да около ходить?

–  Не мог бы ты… это… вот как-то так, - сделала девушка движение кистью, как будто изображала рыбку или ужа.

–  Что? Я много чего могу. А что надо-то?

–  Ну, ты чего такой недогадливый?! Я же ясно сказала, - вспылила Тея, но, переведя дух, вроде бы успокоилась, хотя наверняка знать никак нельзя, особенно с Теей.
– Я хочу, чтобы ты поискал.

Торми нахмурился.

–  Поискал?

–  Поискал чай. Тот самый.

–  Ты уверена, что правильно назвала то, что мне предлагаешь сделать?

Тея смерила его взглядом. Серьезным.

–  Что ты хочешь от меня в награду?

Торми тут же изобразил обиженную мину и, сложа руки на груди, забурчал о чистоте своих помыслов и благородных порывах души. И вообще, как Тея могла подумать, что он способен обчистить учителя?

–  Сенсей для меня многое сделал, - вещал он, с подступающими к глазам слезами, и одновременно пытаясь вспомнить, чего же такого для него сделал учитель. Анемон порой даже и не замечал его.

–  Мне горько и больно…

–  Да ладно. Я все поняла. Можешь не продолжать, - раздосадовано оборвала его Тея.
– Не хочешь помочь раскрыть тайну Анемона, заставлять не буду. Я же не мучитель какой.

–  Если только раскрыть тайну, - тихонько молвил Торми, пряча глаза.

–  Только раскрыть и все!
– пообещала девушка, с такой твердостью, будто клялась в чем-то.
– И за это два мешка шоколадных конфет.

–  Хорошо. Идет. Я сделаю это!
– Мальчик рванул на выход, мимо зазевавшейся похитительницы, и, оказавшись на свободе, в коридоре, обернулся.

Тея стояла с открытым ртом, удивленно хлопая глазами. Видимо, сильно резкое согласие никак не укладывалось у нее в голове, но сказать по этому поводу она ничего не успела. Торми кивнул и спешно смылся с поля зрения.

Значит так, теперь первостепенная задача отыскать чай учителя. Торми потер ручки, горя желанием начать. Два мешка конфет еще никому никогда не вредили.

–  Приступим!

Это же надо до такого додуматься! Запихнуть искомый чай в банку из-под чая с хризантемой! А Торми по всему дому рыскал, не догадываясь, что тот преспокойно лежит на положенном месте среди остальных чаев. Иногда сложно понять, о чем думает сенсей (если вообще о чем-нибудь думает).