Малыш: мамино счастье
Шрифт:
– Что же это такое, как нам быть? – спрашивали они эскулапов.
– Все скоро получится, не оставляйте попыток, – таков был ответ.
Потянулись тяжелые будни. Не было дня, чтобы Оля не задавалась вопросом – почему так? за что? за какие грехи небеса не дают мне ребенка? Сколько всего передумано и перечувствовано было за это время. Оля кляла себя за то, что раньше каждую задержку воспринимала с ужасом – ой, только не это, не дай Бог забеременеть. А теперь? Да она все на свете отдала бы, лишь бы очередная попытка увенчалась успехом. Но успеха не было. А было крепнущее чувство собственной неполноценности, разочарование и обида.
И так день за днем, мысль за мыслью… «Если мне не могут помочь на земле, – как-то подумала Оля, – надо обратиться к небесам». Стала выяснять, кто из святых помогает бездетным. Оказалось – Матронушка, блаженная слепая старица, чьи нетленные мощи лежат в монастыре на Таганке. Оля рванула туда, приложилась к мощам, помолилась о малыше и стала ждать.
Безрезультатно.
Оля почувствовала внутри и вокруг себя застывшую пустоту. Она продолжала работать, общаться с друзьями, но все это делала как будто на автомате. Поменялось отношение к сексу. Из удовольствия супружеский долг превратился в механический акт. В процессе Оля думала только о том, как бы все поскорее закончилось.
А потом, как советовал врач, еще полчаса лежала с поднятыми вверх ногами и глотала горькие слезы.
Вскоре состояние безразличия ко всему сменилось настоящим психозом. С криками, истериками и нежеланием так жить. Все сразу опротивело: нелепые попытки, постоянные спринцевания. Измерение базальной температуры стало восприниматься как унижение собственного достоинства.
Видимо, в этот момент на небесах решили, что Оля достаточно настрадалась, смилостивились над ней и послали … нет, не ребенка. Ей послали прозрение.
Однажды утром Оля проснулась с мыслью: «Все! Я так больше не могу! Поднятые после секса ноги, градусник, который я готова сожрать, графики – видеть их больше не хочу! Я набегалась по врачам. Я перемолилась всем святым. Я даже приглашала биоэнерготерапевта [10] . Все зря! Я устала. Я должна отключиться. Мне нужен “отпуск для головы”».
Волевым решением были прекращены все специальные действия, направленные на достижение цели, и манипуляции с собственным организмом. Проблема «я хочу, но не могу зачать» была вычеркнута из списка приоритетных. Было восстановлено прежнее отношение к сексу – Оля просто ложилась в постель с любимым мужем, а не для того, чтобы…
Она сменила прическу. Увлеклась фотографией: начала осваивать недавно купленный фотоаппарат, экспериментировать и делать интересные снимки. В общем, зажила прежней полноценной жизнью.
На «отпуск» Оля отвела три месяца, пообещав себе, что после их истечения они с Олегом возобновят целенаправленные попытки зачать.
Я думаю, вы уже догадались, что случилось во время этого «отпуска»? И вам показалось такое развитие событий сюжетом из плохой мелодрамы? Вот, мол, оказывается, как все просто! Старались-старались, а как только успокоились – все у них тут же и получилось? Не слишком ли примитивно?
В жизни именно так и бывает. Оля потом специально интересовалась, как удалось зачать парам, которые, как и они, долго мучились. Оказалось – так же: «отключив» голову и настроившись на другую волну.
…На УЗИ Оля пошла к знакомому врачу. Та провела ей датчиком по животу и спрашивает:
– Ты беременна? Что-то я ничего не вижу.
Внутри у Ольги все оборвалось. Как? Она ошиблась?
– Подожди, – сказала врач, – давай посмотрим, так сказать, изнутри.
Оля даже боялась дышать.
– Ах, вот ты где, маленький, – заулыбалась доктор. – Нашелся карапуз!
На прощание протянула Оле распечатку изображения – первый снимок ее малыша. Оля увидела на этом снимке ма-а-а-ленькое пятнышко, похожее на фасолинку. И с этой фасолинки, которую ждали полтора года, началась совсем другая жизнь.
Причины «психологического бесплодия»:
Основная психологическая причина «бесплодия неясного генеза» – неблагоприятное эмоциональное состояние и повышенный уровень тревоги у будущей мамы.
Эта тревога может быть вызвана:
• «зацикленностью» на зачатии, страхом неудачи, стремлением все предугадать, проконтролировать и чтобы «все было по плану»;
• прежними неудачными попытками забеременеть;
• чрезмерным беспокойством после долгого лечения от различных заболеваний;
• подсознательной неготовностью стать мамой (неуверенность в себе, в поддержке близких, чувство неполноценности; безотчетный страх лишиться прежней жизни; сложные отношения с собственными родителями; неосознаваемый страх оказаться связанной с выбранным мужчиной);
• постоянными тяжелыми стрессами.
Причины разные, но механизм один – женская нервная система воспринимает тревогу как сигнал о неблагополучии, решает, что момент неподходящий, и, стремясь уберечь потомство от неблагоприятных факторов, блокирует процесс размножения – откладывает зачатие до лучших времен.
Что делать, если сознание хочет, а подсознание не дает?
Если все дело в «зацикленности» на зачатии, расхожая рекомендация в таких случаях – перестать думать о беременности, довериться природе, убрав «жесткий контроль», увлечься чем-нибудь, сменить обстановку, вникнуть в проблемы других людей и попытаться им помочь.
Психологическая неготовность к родительству – проблема куда более серьезная. Здесь нужно копаться в себе, в своем детстве, чтобы понять: что мешает личностно «дозреть» до того, чтобы стать мамой и принять на себя ответственность за ребенка. Очень часто причина «психологического бесплодия» кроется в собственных отношениях с матерью.
Шесть лет надежды
Как часто жизнь кажется несправедливой. И в голове, словно назойливая пчела, жужжит одна мысль: почему Бог посылает детей тем, кому они не нужны, кто стремится от них избавиться, а ты и хочешь, и готова, и стремишься к этому всей душой – и ничего?
Моя подруга Лана жила с этой мыслью долгих шесть лет.
Со своим любимым мужчиной, ставшим затем ее законным мужем, Лана вместе уже двадцать лет. Первые десять они радовались жизни, друг другу, упивались своими чувствами и считали, что все на свете еще успеют, в том числе и нарожать детей.
Перспектива стать папой и мамой замаячила совершенно случайно. Лана с Мишей тогда подумали, что раз Бог дал, надо «брать», и решили рожать. Но Бог, видимо, передумал. На третьем месяце у Ланы случился выкидыш. Причина – неразвивающаяся беременность, замершая на сроке 4 – 5 недель.
Конечно, это было время сильных переживаний. Именно тогда к Лане и Мише пришло понимание, что время беззаботной жизни проходит, что все в этом мире непросто. И к рождению ребенка нужно подходить осознанно.
Осознание того, что «пора», пришло три года спустя. Оба уже очень сильно хотели детей, но беременность не наступала. Лана приготовилась к серьезному обследованию. Из женской консультации ее направили в Центр планирования семьи и репродукции на Севастопольском проспекте (ЦПСиР). Там предложили сделать диагностическую лапароскопию.
Лапароскопия – современный метод хирургии для обследования органов брюшной полости, проведения диагностических и лечебных процедур. Показания к применению – бесплодие, острые гинекологические и хирургические заболевания, кисты яичника, миомы (доброкачественные опухоли) матки, эндометриоз [11] и другие. Проводится под общим наркозом. В брюшную полость накачивают углекислый газ, делают несколько надрезов, в один разрез вводят специальный прибор – лапароскоп, оснащенный микрокамерой. Через другой разрез вводятся прибор-манипулятор. Врач видит четкое, цветное, увеличенное изображение органов малого таза на теле экране и получает самую полную информацию об их состоянии. Чаще все го лапароскопию используют для определения проходимости фаллопиевых (маточных) труб (через которые оплодотворенная яйцеклетка должна попасть в матку) и одномоментного хирургического лечения обнаруженных отклонений (спаек, очагов эндометриоза, кист, миоматозных узлов и других).
Лана, не задумываясь, согласилась на операцию, но, увы, лапароскопия не выявила никаких физиологических отклонений, которые бы мешали Лане зачать. Пришлось возвращаться к тому, с чего начали. Вновь анализы, исследование гормонального фона, измерение базальной температуры, графики… Выяснилось, что какой-то гормон «шалит». Назначили лечение. Потом другое. Еще и еще. Снова анализы, и так по кругу.
В этой бесконечной круговерти прошло три года. Три года тщетных усилий и непонимания, что же все-таки не так. Каждый месяц Лана, не дожидаясь возможной задержки, хваталась за тест. Рассматривала его чуть ли не через лупу. И каждый раз – страшное разочарование. За эти три года Лане делали три «стимуляции овуляции» .