Чтение онлайн

И вот теперь Лита заявилась по мою лару.

— Ну так то когда было? И потом, ты всегда прячешься, разговор не поддержишь, нового ничего не расскажешь, — вздохнула соседка.

— Потому…

— Необщительная какая-то, точно сглазил кто…

— Потому, — снова заикнулась я.

— А сглаз дело такое. Меня, знаешь, тоже недавно сглазили. О-о-о-ой, как ноженьки боля-я-я-ят! Колени не сгибаются, глаза слезятся…

— Потому что вы слова вставить никогда не даёте, — закончила я, не дожидаясь, пока Лита договорит.

Женщина, между тем, не смущаясь, перетащила стул у окна поближе ко мне, уселась, явно намекая на продолжительную беседу, и, нахмурив брови, без малейшего страха кивнула на Рока:

— А демон у тебя какой-то плюгавенький. Во у меня, знаешь, тётка, так у неё у кумы подруга знакома была с ведьмой. Ох, у той был демон! Во это я понимаю! Демон так демон! Глазищи — во! Рога — во! Крылья…

Рок с громким хлопком развернул предмет совей гордости и, небрежно пошлифовав ногти о куртку, предположил:

— Во?

Лита отпрянула, но тут же вернула самообладание, замотала головой, развела посильнее коротенькие пухлые ручки:

— Не. Во такие.

Фамильяр хмыкнул и незаметно подмигнул, довольный, что победил в битве размеров: всё-таки даже у демонов есть комплексы.

— Ну так я что подумала, — продолжила Лита. — Раз ты предлагаешь, по-соседски, по-дружески, так, можешь и мне помочь.

— Не могу! — как можно скорее, надеясь вставить фразу в промежутке монологов, пискнула я.

Но Лита была неумолима:

— Ну вот и я о том. Чего ж добру пропадать? Ведьма — дело такое. Ты — мне, я — тебе, как говорится.

Я умоляюще уставилась на Рока. Тот поднял руки вверх, не желая вмешиваться. Раньше я бы не отказала. Всё-таки соседи, да и разносимые Литой сплетни могли бы стать чуть более позитивными. Теперь… Может, и правда стоит немного позаботиться о себе?

Я нахмурилась, вспоминая невероятно сложное, но жизненно необходимое сейчас заклинание. Использовать магию на другом человеке? Опасно, тяжело, чревато. Но заманчиво, верно?

Ноготь скользнул вдоль дощечки на столе, перечеркнул и закончил завиток. Руна получилась кривой, но вполне узнаваемой. Я ещё раз посмотрела на Рока. Он ухмыльнулся. И не понять, подбадривает или снова смеётся? Я приложила палец к рисунку, сосредоточилась на ощущениях…

— Ну так тётка и говорит, а я же, сама знаешь, слова никому худого…

Наступила благостная тишина. Лита открыла рот ещё несколько раз, не понимая, что звуков из него больше не раздаётся, а потом в ужасе заорала. Попыталась заорать.

Тишина.

О, мне определённо нравится такая магия!

— Ки-и-ири! — в узких зрачках фамильяра удивление в равных пропорциях смешивалось с восхищением. — Плохая, плохая девчонка! Давно пора было показать эту свою сторону!

И только Лита так и не поняла, что произошло: она хваталась за сердце, норовила упасть в обморок, но, осознав, что никто не станет её подхватывать, передумала, пыталась мычать и топать ногами. Я с непроницаемым лицом выжидала, пока женщина успокоится и, в идеале, сбежит от злобной ведьмы. Но соседка оказалась не настолько умна. Она жестами потребовала бумагу с чернилами и криво нацарапала: «это муж сглазил; помоги или забью гада лопатой!». Рок дважды перевёл взгляд с упрямой физиономии «жертвы» на записку и обратно. Лита топталась на месте, готовая к боевым действиям. С неё ведь станется и правда поколотить бедного затюканного мужичка. Заклятие немоты пройдёт черед пару часов, так что времени на членовредительство у вредной бабы предостаточно. Надо было нацарапать руну сразу у неё на лбу, чтобы немота стала пожизненной. Я так надеялась избавиться от любопытной соседки раз и навсегда. Чтоб ты лопнула! Но это колдовство мне пока что недоступно.

— Показывайте вашего мужа.

Лита возликовала и затрясла кулаками, что определённо указывало на натянутые отношения в семье. Одного её зырка хватало, чтобы встреченные по дороге просители вдруг решили, что вполне способны справиться с бедами самостоятельно, без колдовской помощи.

Что в этой семье главная женщина, стало ясно сразу же. Стоило переступить порог, как супруг Литы, мужичок тощий, мирный и всё время будто бы разглядывающий собственную обувь, подскочил с лавки и, за неимением иных дел, принялся перекладывать с места на место дрова у камина.

Завидевший процессию издалека сынок Литы и вовсе с разбегу сиганул через забор, временно забыв, что слывёт болящим, сирым, убогим и не приспособленным к труду.

— Возлюбленная моя, что ж ты так рано вернулась? — якобы только что обративший на нас внимание Нико втянул голову в плечи и поспешил усадить жену поудобнее, снял с неё обувь. — Ножки же запаришь, — прокомментировал он.

Лита в благодарность попыталась заорать, не преуспела в начинании и укоризненно, поджимая губы, запыхтела.

Я скептически оценила бедного Нико.

— Это он-то вас сглазил? Очень сомневаюсь.

Но немая уверенно ткнула во впалую грудь мужа крепким пальцем, отчего тот слегка покачнулся.

— Милая! — Нико бросился на колени перед супругой. — Что не так? Слова не сказала, как пришла? Случилось что?

Я тактично прокашлялась:

— Видите ли, Нико, — пришлось ткнуть локтем в бок хихикающего Рока, — видите ли, вашу ненаглядную сглазили. Она на неопределённый срок… гм… онемела.

Обвинительный палец снова ткнулся в мужичка: у Литы не имелось никаких сомнений в том, кто повинен в её бедах.

Спрятать счастливую улыбку Нико не смог, хотя, надо признать, очень старался. Он покачал головой, изображая недоверие, удивлённо всплеснул руками и погрозил кулаком потолку. Однако гипотетический вредитель там не обнаружился и, как следствие, не устыдился. К сожалению, ни один из жестов не получился достаточно убедительным, а ликование пробивалось даже в горестных восклицаниях:

— Какой кошмар! Как земля носит таких людей! Ужас! Что же теперь… Йу-ху! Что же теперь будет делать моя прекрасная супруга?!

Супруга понятия не имела, что такое риторический вопрос, поэтому предпочла показать, что она собирается делать, а не размениваться на слова. Она схватила бедного Нико за шкирку, встряхнула и швырнула в нашу сторону. Если бы демон не подхватил мужичка под мышки, тот точно вписался бы в стену.

— Вы в порядке? — я помогла несчастному поправить одежду. Чувства собственного достоинства, к сожалению, это ему не вернуло.

Ответ поразил:

— Я-то да, а вот что с бедной мой жёнушкой случилось? Милая кири ведьма, — Нико с готовностью и прослеживающимся опытом плюхнулся на колени, — вы сумеете нам помочь? Кто бы не обидел мою дорогую Литу, он обязан понести наказание!