Мама, я демона люблю!
Шрифт:
Я шутку не оценила:
— Да, именно поэтому.
— Нет.
— Что «нет»?
Ну почему, почему он так спокоен? Словно знает что-то, чего не знаю я. Словно принял важное решение и ни за что от него не отступится. Сверкает своими фиолетовыми глазами, улыбается, медленно тягуче перебирает пряди окончательно распустившейся косы и совершенно не волнуется!
Только глубоко в зрачках, так глубоко, что кажется, будто это лишь отражение моих собственных слёз, бушует пламя. Но рассмотреть, добраться до этого костра никак нельзя.
— Нет, солнышко. Я не хочу уходить. И я никогда не причиню тебе боли. А ещё нет, я не продлю договор.
Я толкнула его и вскочила на ноги.
Слишком мало времени. Слишком мало! Каждое мгновение, каждый вздох, каждый взгляд, который мы не успели подарить друг другу, а вхолостую потратили на прохожих, облака и бутерброды. Каждый из них — бесценен. И я не хочу, не позволю им остаться только в памяти!
— Я обещала, что не прикажу тебе, — голос звучал хрипло, чуждо. — И я не сделаю этого, но ты знаешь, что могу. Мы продлим договор. Я хочу, чтобы ты остался со мной. Я пришла сюда попрощаться с Лунной жрицей, отречься от неё. Потому что выбираю тебя.
Рок не попытался подняться на ноги. Так и сидел на холодном полу, опираясь на собственное колено, и всё равно выглядел взрослее и увереннее меня. Он медленно саркастично хлопнул в ладоши. Раз, другой.
— Прекрасная речь, кири! — а потом сдвинул брови к кривой переносице и показал острые зубы. Демонские, смертоносные зубы. А я ведь уже почти забыла об этом. — Вот только ведьмочке не мешало бы читать мелкий шрифт.
Его крылья материализовались и медленно угрожающе покачивались. Хвост зло, как кошачий, бил из стороны в сторону. Но сам демон не двигался и не повышал голос. Был спокоен. Или казался таковым.
— М-мелкий шрифт? — я замотала головой. — Я прочитала весь договор! Там нет подвоха!
Фамильяр запрокинул голову, прислушался к шуму прощального дождя. Последнего в этом сезоне.
— Никаких подвохов, кири. Подземье ценит своих клиентов. Только мелкий шрифт под звёздочкой.
— Там не было ничего, что запретило бы мне продлить договор…
— Так уж и ничего? Или, скорее, никого?
Документ появился в его ладони сам собой. Рок зло кинул его мне, почти швырнул.
Я развернула бумагу, пальцем провела по давно выученным наизусть строчкам в поисках той самой, которую могла трактовать неверно…
— Ускорим процесс? — он появился за спиной, обхватил меня за талию и прижал к себе так сильно, точно пытался наказать. Аккуратный ноготь отчеркнул короткую строчку в середине, в водовороте букв: — «По обоюдному согласию договор продлевается на срок, равный оставшемуся сроку жизни ведьмы, после чего та переходит в полное и безвозмездное распоряжение Первого Тёмного в лице…». Соображаешь, кири? По обоюдному согласию.
— Рок, ты не можешь…
Он продолжил с садистским наслаждением, с каким я разве что мечтала лишить Антуана самых ценных для него частей тела.
— А я, рыжуля, такого согласия не выражаю. Договора не будет, ведьмочка. И скажи спасибо, что твой фамильяр не в настроении перечёркивать жизнь милым наивным круглоглазым девушкам.
— Нет…
— Я не намерен это обсуждать, рыжуля. Это моё решение. Я не позволю тебе отправиться в Подземье, даже если для этого сам… — он запнулся.
— Что? Что будет с тобой, Рок?
Проклятая Сели! Я не хотела знать про Завесу! Как приятно сладостное незнание, как спасительно!
Но демоны всегда лгут.
— Даже если мне придётся обломать рога самому Первому Тёмному, — быстро закончил он.
— Ты врёшь.
— Демоны всегда лгут.
— И отлично недоговаривают. Я знаю про Завесу, Рок. Что будет с тобой, если ты не приведёшь ведьму?
Он крутанулся. Демонстрируя во всех красе рога, крылья и хвост:
— А со мной сейчас что-то хорошее?
Пришлось привстать на цыпочки, поймать его лицо в ладони, заставить не отводить взгляд:
— Рок, тебя отправят за Завесу, если ты спустишься в Подземье без меня?
Его руки накрыли мои. Мужчина прикрыл глаза, успокаиваясь.
— Сели?
— Конечно, она.
— Если это трепло выжило после заклятья Крика, я заставлю её проглотить собственные уши.
Я невольно представила картину.
— А почему не язык?
— Проглотить язык слишком просто. С ушами мероприятие всяко забавнее, — с готовностью пояснил он.
Ну уж нет! Нельзя дать ему сменить тему!
— Рок, что случится, если ты вернёшься в Подземье без меня?
Он щёлкнул пальцами и повёл плечами, будто вспоминая приятную мелодию. Поддавшись неслышным свирелям, заставил меня провернуться под рукой. Поймал, снова прижал спиной к груди. Уже без злости, нежно и тепло.
— А кто сказал, что я собираюсь туда возвращаться?
Я пыталась повернуться, чтобы посмотреть ему в глаза, понять, откуда веет фальшью, где демон солгал на этот раз.
— Я не верю тебе!
— Я пока в своём уме, кири. Сели наверняка сказала тебе куда больше, чем стоило бы. Она вообще умеет нагнетать обстановку. Знаешь, какая между нами разница?
Я предположила и тут же смущённо покраснела до корней волос: общение с демонами приличную девушку до добра не доводит.
— А разница в том, что Сели хочет там, внизу, устроиться наиболее выгодным образом. А я хочу устроиться как можно дальше от этого поганого места.
— А если за тобой придут? Что мы будем делать без договора, без магии?
Он хмыкнул, подвёл меня к статуе Лунной жрицы. И та будто бы подмигнула демону каменным глазом.
— По-моему, на нашей стороне перевес.
Я зажмурилась, изо всех сил пытаясь не высматривать на бледном ледяном лице презрение и укоризну:
— Я предала её, обидела…
— Что же это за богиня, если она не умеет прощать?
— Но я отреклась от богини и захотела продлить договор! Я выбрала тебя!
Рок отскочил, растопырил руки и поклонился, демонстрируя себя во всём великолепии:
— И кто тебя за это осудит? Я же великолепен! — в качестве последнего аргумента он повернулся обтянутой штанами филейной частью и маняще вильную ею.
И правда, кто за такое осудит? Разве Лунная жрица — не женщина?
По крайней мере, очень хотелось саму себя в этом убедить.
— Мы встретим все неприятности вместе?
— Конечно! Убежим, уедем, спрячемся там, где нас никто не найдёт. Завтра. С самого утра.