Чтение онлайн

В офисе я с порога напоролась на подозрительно воодушевленную Ольгу.

— Ленка, ты чего такая смурная? — затараторила она, потрясая мобильником. — Глянь, какой красавчик мне в Тиндере попался! Всю ночь с ним эсэмэсились, такой эрудированный, начитанный. А какие комплименты мне отвешивал — закачаешься!

Я поморщилась. Вот только разговоров о мужиках мне сейчас и не хватало для полного счастья! Но вида постаралась не подать. В конце концов, не Ольгина вина, что я так сглупила с Димой. Пусть хоть она будет счастлива, раз уж мое женское счастье накрылось медным тазом.

— Рада за тебя, подруга, — выдавила я, старательно пряча глаза. — Только будь поосторожнее, ладно? Мало ли, вдруг он из этих… ну, знаешь, любителей поматросить и бросить.

— Ой, да ладно тебе! Можно подумать, первый раз замужем, — отмахнулась Ольга и состроила невинные глазки. — Не на ту напал, у меня на таких нюх. Поматросит он, ишь чего удумал!

— У самых наглых красавчиков обычно самые грязные тайны, — брезгливо процедил знакомый голос у меня за спиной. Я резко обернулась и уперлась взглядом в Романа. И судя по сальной ухмылочке на его небритой физиономии, явно приготовился сострить в своем репертуаре.

— Не твое собачье дело, Ромочка, — елейным голоском пропела Ольга, сверкнув глазами. — Лучше вон, Ленку просвети, раз уж такой всезнающий выискался.

— А че ее просвещать? И так по роже все видно — опять с хахалем своим виртуальным разосралась, — гоготнул Роман и повернулся ко мне, отвешивая шутовской поклон. — Что, Золушка, принц-то, выходит, лягушкой оборотной оказался? Ай-яй-яй, какая досада! А ведь я тебя предупреждал.

— Знаешь что, Рома? Иди-ка ты в пеший эротический тур, — процедила я, чувствуя, что вот-вот сорвусь и отхожу этого прохиндея степлером промеж глаз. — Без тебя тошно.

Но Ромку было не так-то просто пронять. Ухмыляясь во все тридцать два, он склонился к моему уху и с издевкой прошептал:

— А хочешь, по секрету скажу, в чем твоя ошибка? Думаешь, принцы на сайтах знакомств водятся? Как бы не так! Там одно отребье да извращенцы вроде твоего Димочки. Потому как приличные мужики нормальным бабам в реале знаки внимания оказывают. А не морочат голову виртуальными подвигами.

Договорив эту гадость, Роман удовлетворенно хмыкнул и, подмигнув мне напоследок, слинял в сторону курилки. А я так и осталась стоять столбом, не в силах сдвинуться с места.

Вот ведь… Как же хочется верить, что он не прав! Что Дима особенный, не чета этим похотливым ослам, что весь мир у его ног. Но факты… Будь они неладны, эти факты! Как ни крути, а Роман дело говорит. Нет дыма без огня. Не зря ведь Дима скрытничал, темнил, от ответов уходил. Будь он чист как слеза младенца — так и рассказал бы все как на духу.

Всхлипнув, я смахнула непрошеные слезы и уставилась в монитор невидящим взглядом. Работа, Лена, работа. Нужно сосредоточиться на том, что действительно важно. На Машке, на карьере. А принцы, будь они неладны… Как-нибудь и без них проживем. Не впервой.

Целый день я послушно отвечала клиентам, что-то бубнила в трубку, механически улыбалась. А в голове роились невеселые мысли. Как же так? Почему опять не сложилось, почему в который раз наступаю на одни и те же грабли? И будет ли когда-нибудь по-другому?

— Так, подруга, сворачивай тут губу бантиком, — безапелляционно заявила Ольга, плюхаясь рядом на обеденном перерыве. — Че-то ты совсем скисла. Давай-ка рвем когти с работы пораньше и плюхаемся по забегаловкам. Мозги проветрим, вискарика тяпнем, мужиков посмотрим. Глядишь, и жизнь налаживаться начнет!

— Да ну тебя, Оль! — вяло отмахнулась я, ковыряя вилкой безвкусный салат. — Какие мужики, какой вискарь? У меня Машка дома не кормлена, не гуляна. Да и настроение ни к черту.

— Вот именно! Надо исправлять! — не унималась подруга, сверкая глазами. — Кому сказала — собирайся! Хоть на пару часиков оторвемся, а то так и до старости в девках просидишь.

Кое-как отбившись от неугомонной Ольги, я поплелась домой. Все мысли — о Диме и наших разрушенных отношениях. Как же так? Почему он не поборолся за нас? Не попытался переубедить, успокоить? А, плюнул и растаял, даже извиняться толком не стал. Ну и черт с ним! Не очень-то и хотелось.

Но сердце предательски ныло, не желая верить в случившееся. Да и разум подкидывал сомнения — а вдруг и правда зря? Может, стоило поговорить начистоту, прежде чем рубить с плеча? Глядишь, и обошлось бы. А теперь поздно — Дима со своими секретами где-то там, а я тут — у разбитого корыта.

Войдя в квартиру, я устало прислонилась к двери и зажмурилась. Тихо. Мама с Машей, наверное, гулять пошли. Вот и славно, сил никаких нет изображать жизнерадостность.

Прошаркав на кухню, я поставила чайник и тяжело опустилась на табурет. Перед глазами все плыло от подступающих слез. Ну почему, почему у меня вечно все через пень-колоду? Другие вон, счастливые, с мужьями да детишками, а я…

Внезапно в прихожей истошно заверещал телефон. Кого это принесло на ночь глядя? Ольга, что ли, решила продолжить уговоры насчет "культурного отдыха"?

Не глядя, я схватила трубку и недовольно буркнула:

— Слушаю!

— Лена? Это я, Маргарита Павловна, — раздался незнакомый женский голос. — Мама Димы, помните? Нам нужно встретиться. Я должна вам кое-что рассказать…

38

Признаться, когда мать Димы позвонила и предложила встретиться, я опешила. Это еще что за новости? Мало мне душевных терзаний, теперь еще и его родственники в игру вступают? Нет уж, увольте. Хватит с меня этой семейки и их тайн.

Но что-то все же не давало покоя, заставляло прислушаться к настойчивому голосу в трубке. В конце концов, разве я не мечтала узнать правду? Так почему бы не рискнуть? В худшем случае получу еще одно доказательство лживости Димы. А в лучшем… Что ж, поживем — увидим.

Маргарита Павловна встретила меня в маленьком кафе на набережной. Элегантная, холеная дама с безупречной укладкой и ухоженными руками. Сразу видно — привыкла к хорошей жизни. Я невольно поежилась, чувствуя себя бледной молью рядом с ней.

— Здравствуйте, Елена, — сухо кивнула она, окидывая меня цепким, изучающим взглядом. — Рада, что вы все-таки пришли. Присаживайтесь, нам есть о чем поговорить.

Я опустилась на краешек стула, комкая в руках салфетку. В горле пересохло от волнения, по спине побежали мурашки. Интуиция подсказывала — этот разговор перевернет всю мою жизнь. Или даст надежду на счастье, или окончательно добьет.

— Я хочу рассказать вам о Диме то, чего он сам никогда не скажет, — начала Маргарита Павловна, помешивая кофе. — Его прошлое, его тайны… Поймите, у него были веские причины молчать. И если бы не крайние обстоятельства, я бы тоже унесла эту историю в могилу. Но мой сын… Я больше не могу видеть, как он угасает. Даже после смерти Милы и Роберта он не был настолько убит.