Чтение онлайн

— Прости еще раз. — Проговорила я, посмотрев на него.

— Глупая. — Хмыкнул он и очертил пальцем мой профиль. Провел по губам. Потом по подбородку. Нащупал родинку за ухом. Спустился к шее и начал приближаться к грудям. Я покрылась мурашками от прикосновений. Обвел соски. Наклонился и начал целовать один. Его эрекция никуда не делась, и я прижалась к нему бедром. Прикосновения творили чудеса. Он просто целовал и гладил, а я уже начала загораться.

— Я хочу еще раз попробовать. — Проговорила я.

Никита отрицательно мотнул головой и улыбнулся, разглядывая меня.

Я перевернулась и села на него сверху, зажав его достоинство, между нами.

— Почему? — Спросила я.

— Тебе же все еще больно? — Продолжая улыбаться, он уставился на мою грудь. — Давай постепенно.

Я склонилась, чтобы поцеловать его, так же покусывая, как и он недавно. А тазом начала медленно двигаться на нем. И откуда только смелость взялась! Я видела, что Никите это нравиться и начала чуть ускорять темп. Мне и самой было приятно. Болевые ощущения постепенно уходили, уступая место возбуждению.

— Наташа. — Глубоко дыша, простонал Никита, и закрыл глаза.

От его вздохов я еще больше воодушевилась. Так приятно наблюдать за его реакцией, будучи наверху. Я даже не знала, получиться ли у меня, доставить ему удовольствие. Понадеялась на интуицию и не ошиблась. Никита положил руки мне на ягодицы. Сжимая пальцы, начал помогать моим движениям. Тело начала бить дрожь. Я почувствовала, что сама приближаюсь к оргазму.

— Любимая, ты сводишь меня с ума.

— А ты меня.

Темп вырос, и я застонала. Никита сдержался, но я почувствовала, между нами, влажность.

Я упала ему на грудь, а он обнял меня, и мы оба пытались отдышаться.

— Не ожидал от тебя такого.

— Я тоже.

Он засмеялся и поцеловал меня.

— Нам срочно нужен душ.

* * *

Мы сменили лежачее положение на сидячее, а я воспользовалась паузой, во время которой Никита жадно пил из бутылки воду, и достала телефон. Папа написал сообщение, чтобы я позвонила, как только проснусь. Мне стало тревожно, но звонить в такую рань не хотелось. Он знал, как сильно я люблю понежиться в кровати, и даже экскурсионная поездка, в которую, я якобы отправилась, не могла изменить меня до такой степени. Да и при Никите я звонить не хотела. Часы показывали семь утра, поэтому, решив, дождаться девяти, я отложила телефон в сторону и посмотрела на Никиту. На секунду мне показалось, что он задумался о чем-то, глядя на меня. Вроде смотрел, но не видел. Я махнула рукой перед его глазами и улыбнулась.

— О чем задумался?

— Обычно я не очень разговорчив. — Вдруг произнес он, отвечая на мою предыдущую реплику. — Что-то срочное?

— Что? — Совсем не поняла я о чем Никита спрашивает.

— В телефоне. — Кивнул головой на мобильный.

— А, нет. — Махнула я рукой, хотя на самом деле, не будь его рядом, уже звонила бы отцу. — Папа написал, ждет звонка.

Никита понимающе кивнул, но взгляд так и остался отрешенным.

— Что-то не так? — забеспокоилась я и накрыла его руку своей.

Он будто очнулся.

— Вовсе нет. — Его улыбка казалась слегка вымученной. — Просто задумался. Может стоит позвонить ему, раз он написал в такую рань?

Я сомневалась. Конечно же, столь неожиданное сообщение не могло не встревожить. Однако случись что-нибудь серьезное, папа не постеснялся бы об этом написать. Или не решился бы? Я и сама толком не понимала, почему не звоню.

— Попозже. — Просто сказала я и замолчала.

Стало не по себе. Я словно ощутила изменившееся настроение Никиты. Оно незаметно просочилось сквозь кожу, заставляя внутренности неприятно сжиматься и скукоживаться. Захотелось спрятаться. Перестать дышать. Чтобы никто не видел и не слышал. Что это за ощущения? Какова причина их появления?

Видимо, скрыть свои чувства у меня не получилось, потому что Никита встрепенулся и придвинулся ко мне поближе.

— Зайка, что с тобой? Я тебя расстроил? Прости, я не хотел ничего подобного. Всего лишь на минутку мыслями улетел отсюда, даже не смей принимать на свой счет. Или что ты там надумала себе?!

Он крепко прижал меня к себе и это помогло. Подействовало, словно подзарядка положительными эмоциями. Отведенное для пикника время мы разговаривали о пустяках и не только. Никита был достаточно разговорчив, пытаясь стереть этот минутный эпизод из нашего отдыха. Я не сразу отогнала прочь свои мысли, но в конечном итоге он вновь заставил мое сердце учащенно биться от близости к нему. Корзину с продуктами мы не опустошили, мне кусок в горло не лез, а Никита лишь поддержал меня, сказав, что не хочет есть в одиночестве. Поэтому домой мы возвращались не только с грузом в руках, но и в душе. По крайней мере, в моей.

* * *

Будучи уже дома, я пыталась разложить по местам не съеденные продукты, одновременно набирая папу.

— Дааа… — Услышала я протяжное в трубке. И сразу поняла, по его мурлыкающему тону, что дело у него вовсе не срочное.

— Пап, ты зачем меня так пугаешь? Я уж было подумала, что-то случилось!

— Так и случилось! — вдруг возмутился он. — В итоге, ты мне вчера не позвонила!

Я облегченно выдохнула и закатила глаза.

— Я ведь написала сообщение.

— Да мало ли кто за тебя его мог написать! Мне нужно слышать твой голос и только тогда, я буду уверен, что с тобой все хорошо.

В этот момент рядом со мной возник Никита, взял у меня из рук огурец, с которым я зависла перед открытым холодильником и проговорил, вроде тихо, но получилось почти в самую трубку.

— Зай, замерзнуть не боишься?

Я икнула, и, показалось, что отец тоже в эту секунду, чем-то подавился. Мои глаза, полные отчаяния посмотрели на безмятежного Никиту и не нашли и доли вины о содеянном. После чего я упрекнула сама себя, что не рассказала о своем обмане. Никита продолжал греметь полками, а я быстро отошла от него и услышала голос отца.

— Это кто там рядом с тобой? — его подача вопроса мне совсем не понравилось, поэтому пришлось максимально быстро искать оправдание.

— Не обращай внимания, я тут в автобусе сижу. На соседнем сидении муж с женой беседуют.

Никита ошалело уставился на меня, а мне стало так стыдно, что пришлось отвернуться от него.

— В каком автобусе? И кто там может замерзнуть в тридцать градусов жары?

— Да тут кондеи над головами прям. Дуют сильно. — Я так желала сама поверить в бред, который несла, что начала представлять подобную картину перед глазами. Так было легче.

— Смотри, сама не простудись! Рано ты, однако, на автобус села. Выспалась хоть?

От волнения у меня начали дрожать руки, и голос слегка начал подрагивать.

— Не простыну, не волнуйся. — Попыталась я улыбнуться. — Честно сказать, спала не очень. Вне дома всегда плохо спится. — Хоть что-то правдивое я должна была сказать.

— Ладно, временно отстану от тебя. Не забывай обо мне, на своей этой экскурсии. Звони!

— Хорошо, пап. Люблю тебя.

Я отключила вызов и будто сдувшийся шарик опустилась на стул. Однако расслабляться было рано. Надо мной навис Никита и его аура давила на меня.