Чтение онлайн

– Именно, – кивает она, улыбаясь. – Правда, Александр попросил держать пока всё в тайне, особенно моё имя, чтобы Аракен не узнал. Поэтому официальной свадебной церемонии не было, нас втайне связал знакомый священник.

– А разве так можно? Не будут ли местные советники против тебя, когда узнают?

– Маловероятно. Я – Мара, с которой всё началось. Одно моё слово – и все узнают, что Ласнецовы никогда меня не предавали. Что они невиновны в этой войне. К тому же на моей стороне Морок. Не все, но самые приближённые советники тоже знают об истинной личности, что прячется под маской. Мало кто рискнёт даже заикнуться против нашего брака, помня, что за Северином всегда стоит его старший брат.

Я недоверчиво фыркаю, но догадываюсь, что она права. Окажись Морок просто каким-то другом Северина, то ещё была бы возможность его подвинуть. Но речь об Александре. Старшем принце Серата.

– После моего воскрешения Александр постоянно метался между Сератом и Аракеном, пытаясь узнать как можно больше о Юлии. К тому же следил за Даниилом, пока тот искал твою могилу. Я надеялась, что и тебя можно будет поднять.

Я внимательно слушаю, наблюдая, как она старается казаться спокойной, ковыряя лимонную начинку.

– Он уже собирался вернуться домой, навсегда забыть об Аракене и бросить идею найти тебя, потому что на протяжении года не было никаких продвижений, как вдруг Даниил отыскал место твоего захоронения. – Она поднимает на меня взгляд, и в нём есть что-то помимо радости, что-то, что меня настораживает. – Всё произошло слишком быстро, и у Александра не было возможности отыскать другого Морока и привести к Даниилу. А рисковать, чтобы тебя привязали к кому-то незнакомому, мы не могли. Ты же знаешь, что они могут контролировать тех, кого поднимают.

Я тяжело выдыхаю, только сейчас осознавая свою удачу. И правда, неизвестно, кто мог бы меня к себе привязать, если бы не Аарон.

– Но он всё равно идиот. – Эта фраза звучит слишком тихо и печально. Анна не смотрит на меня, когда запихивает в рот пару больших кусков пирога, напряжённо жуя.

С детства при печальных мыслях она всегда стремилась забить желудок чем-нибудь вкусным. И эта привычка так и осталась с ней.

– А чем ты занимаешься? – я меняю тему, не желая продолжать разговор об Аароне. Я всё ещё не знаю, как мне теперь себя с ним вести и что делать: просить прощения, благодарить или игнорировать за всю ложь.

– Я продолжаю разбираться с нечистью. – Сестра сразу оживляется, отбрасывая мрачные мысли, но так же быстро обиженно надувается, замечая недоверчивое выражение моего лица. – Нет, серьёзно! Я же сказала, что исправилась и честно выполняю свою работу, так как из-за меня Мар больше не осталось. Хотя у воскрешения есть свои последствия.

– Какие?

– Я старею, – кисло улыбается она, протягивая мне ещё один кусочек пирога.

– Как это? – удивляюсь я, проглатывая протянутую еду уже без возражений, вкус и в самом деле потрясающий.

– Обычно мы живём дольше и стареем медленнее. Но воскрешение – это как второй шанс, а он уже не столь приятен, как первый. Я всё ещё Мара, вижу нити, но продолжительность моей жизни теперь как у обычного человека. Поэтому за нечистью я хожу с Тенями Морока, он всегда оставляет во дворце как минимум двадцать человек, чтобы они меня сопровождали. Буду ли я стареть так же быстро, как все люди, Александр не знает, но то, что не проживу так же долго, как могла бы, – в этом он уверен. Однако я не расстраиваюсь, – жизнерадостно улыбается Анна, облизывая вилку. – Это лучше, чем ничего, и умру я вместе с человеком, которого люблю. Ведь Северин обычный смертный.

Не сдержавшись, я перегибаюсь через стол и глажу сестру по шелковистым волосам, как делала раньше, демонстрируя одобрение её хорошего поведения.

– Ты у меня совсем взрослая.

Она смеётся и с напускным возмущением сбрасывает мою руку.

– Я теперь старшая, не забывай, сестрёнка! С этого дня я буду следить, чтобы всякие принцы не крали твоё сердце.

– Только сердце? Что они меня кинжалом ранят, ты не боишься?

Анна фыркает, взмахивая столовым прибором.

– Если ты в одной сорочке сломала кровать, напугала Северина и разбила лоб Александру, то у остальных нет ни единого шанса.

Я счастливо смеюсь в ответ, чувствуя, насколько ближе мне такая Анна.

Мы проводим остаток дня вместе. Сестра показывает мне дворец, пока я слушаю её истории о жизни в Ашоре, о том, как складываются её отношения с Северином и скольких упырей ей удалось убить. Она рассказывает, что именно благодаря Александру, ей и Теням Морока в Серате почти не осталось нечисти, поэтому даже пограничный лес с северной стороны настолько спокойный. Я сразу ей верю, вспоминая, что не увидела и не почувствовала ни одной твари, после того как мы с Аароном пересекли границу.

– Я слышала, что в последние месяцы Серат нападал на отряды Аракена. Король Дмитрий постоянно жаловался, что враг вдруг начал пересекать границу. Что произошло? – Я вспоминаю, как король Аракена рассказывал мне новости на празднике.

– Это был не Серат, – со смущением поправляет сестра, виновато закусывая губу, – это была я.

– Ты? Одна?!

– Точнее, я и Тени Морока. – Хитро улыбаясь, Анна сворачивает в сторону моей комнаты. – И мы выходили несколько раз на их территорию. Вообще, Теням это запрещено, но в том, чтобы быть королевой, есть плюсы, хотя Марк точно с этим не согласится.

Я копирую её улыбку, соглашаясь.

– В первый раз мы разбирались с упырями в пограничном лесу и встретили одного из наших разведчиков, – продолжает Анна, когда мы заходим ко мне и удобно устраиваемся в мягких креслах. – Он рассказал, что ты и Морок на границе, собираете какие-то травы. Хоть все и отговаривали, но мне так хотелось убедиться, что ты жива. Поэтому я поскакала через границу, а Теням пришлось последовать за мной. Однако мы опоздали, вы к тому моменту ушли. А потом нас заметил отряд аракенцев, и пришлось убираться.

– Наверное, и к лучшему это. Марк наверняка был зол.

– Точно! Он остаётся за главного, если Александра с нами нет. В другой же раз мы случайно пересекли границу, пытаясь разобраться с оборотнем. Я глазам своим не поверила, когда увидела его, Агата! Но хуже то, что он был мёртвым, как самый настоящий упырь, только огромный, как медведь, и покрытый шерстью, но морда волчья. – Сестра активно машет руками, её глаза горят при рассказе об этом, а я внимательно слушаю, потому что подобные твари были настоящей редкостью при нашей жизни.