Чтение онлайн

– Трамвай по расписанию и дополнительные 50 грамм масла в месяц – это, конечно, важно. Но разве при этом не важна жизнь девочки Эдит и ее родителей? – голос Маргарет, а не малышки Мэгги звенел над столиками, стоявшими на открытой площадке.

– Эдит? А кто это? – наперебой спросили взрослые.

– Моя сестра Мюриел переписывалась с еврейской девочкой из Австрии. Когда Гитлер вошел в эту страну – и вошел через мирный аншлюс, не так, как сейчас в Польшу, – отец Эдит попросил ее приютить. Она жила у нас пару месяцев, пока не смогла уехать в Южную Америку к родственникам. Ее отец писал, что не знает, как будут разворачиваться события в Австрии, благодарил, что наша семья помогла его дочке. И в последнее время письма от него перестали приходить. По-моему, «события» в Австрии уже как-то «развернулись». Возможно, Эдит уже никогда не увидит своих папу и маму. Что ж, давайте объединяться с теми, кто это сделал!

Голос Маргарет, сначала звучавший металлическими нотками вдруг дрогнул и сорвался. «Только не плакать!» – подумала она и широко-широко распахнула глаза, чтобы сдержать слезы. Над столиками повисла гнетущая тишина.

– Ох уж эта Мэгги Робертс! Она всегда спорит! Недурно бы вам, молодая леди, научиться не перебивать взрослых, – попыталась переключить разговор хозяйка киоска.

– А ведь она понимает куда больше, чем девочки ее возраста. Да и многие взрослые, между прочим, – заметила молчавшая до того времени красивая девушка, пившая чай с молоком. – Не слушайте их и не думайте, что все англичане думают так же! Я, например, совершенно согласна с вами, а не с ними! И мои родители, и друзья тоже! – с вызовом сказала она и вдруг осеклась. – Ох, кажется и забыла представиться – Джуди Кэмпбелл. Я дочка мистера Кэмпбелла, владельца всех трех кинотеатров нашего города – наверняка вы бывали в каждом. А вы, как я понимаю, Маргарет Робертс, дочь хозяина продуктовых магазинов? – улыбнулась девушка.

Мэгги, не ожидавшая такой авторитетной поддержки, на сей раз не растерялась.

– Очень приятно познакомиться, Джудит. Я действительно дочь владельцев магазина на Норт-Парэйд, меня зовут Маргарет. Но в кино я не хожу – родители считают это недостойным развлечением, и я с ними согласна. Читать книги гораздо интереснее, они заставляют думать. А кино – на мой взгляд, оно несколько примитивно, – с апломбом заявила девочка.

– Если вас не пускают в кино – как вы можете о нем судить? Я еще только начинающая актриса, но уже заметила, что каждый видит в фильмах то, что способен увидеть. Вот, например, комедии с Чарли Чаплином. Одни зрители смеются над тем, как он в очередной раз падает, а другие задумываются над сутью тоталитарной власти, когда он пародирует ненавистного вам Гитлера, – просто сказала Джудит.

Наверное, это был первый раз, когда Мэгги прикусила свой острый язычок. Ей было ужасно неловко и стыдно – за свою горячность, за категоричность. Но она не привыкла сдаваться – тем более так быстро.

– Я видела афиши фильма, о котором вы говорите. Мне показалось, он должен быть глупым. Хотя иногда, если честно, мне бы хотелось побывать в кино, чтобы судить о фильмах, о которых говорят мои одноклассницы.

– Поверьте, если бы вы увидели этот фильм – вы бы не разочаровались. Я вас приглашаю, – и прежде, чем Мэгги успела возразить, Джудит продолжила. – А родители вам разрешат – оба наших отца – члены городского совета, они знакомы. Кстати, я думаю, с вашими внешними данными из вас тоже могла бы получиться актриса… А вот и мистер Робертс – как кстати!

Мэгги познакомила отца с новой подругой, и они вместе пошли к зданию мэрии. По дороге Джудит весело щебетала, и вскользь заметила, что недурно бы ему с семьей побывать в кинотеатрах, принадлежащих ее семье. Мэгги при этом отвернулась. Как ни был Альфред Робертс углублен в свои мысли, он заметил, как вспыхнули щеки его дочери. Он сразу все понял. Когда они остались с ней наедине, он сказал ей:

– Маргарет! Я не против того, чтобы ты бывала в кино. Ты просто должна понимать, что есть более достойные и сложные развлечения. Чтение, например, музыка, спорт – это творческие занятия, которые требуют определенных усилий от самой тебя, а не просто «глотания» готового продукта. Во многих же фильмах под видом реальности показывают красивую сказку, а жить нужно здесь и сейчас. Но я вижу, что ты – серьезная девочка, которая уже многое понимает. И сегодня ты подтвердила это. Я согласен с тем, что ты сказала, когда просила маму разрешить тебе носить новое платье. Во время войны нужно разрешать себе маленькие радости – чуть большие, чем в хорошие времена.

– То есть, я могу пойти в кино? – прямо спросила Мэгги.

– Если у тебя появятся новые интересы и новые достойные друзья – я буду только рад. Если отец Джудит предложит отправить тебя в гости к ним или в его кинотеатр – я не буду возражать. Не думал, что скажу это так рано, да еще и в первый день войны, но скоро тебе, птенчик, нужно будет выбираться из родительского гнезда. Боюсь, для моей Мэгги Грэнтем будет слишком тесным.

– Маргарет, если хотите, я могу разрешить вам завтра не приходить в школу, – сказала мисс Гиллис, директор школы для девочек.

– Но почему, мисс? Я что-то сделала не так? – спросила Мэгги.

– Думаю, в день рожденья вы имеете право хотя бы выспаться. И праздновать со своей семьей. Я уже нашла вам замену на завтра, – успокоила Мэгги директор.

– Спасибо большое! Но я все равно не стану долго спать – лучше подежурю в военной столовой, – ответила Мэгги.

– Вы успеваете работать на общественных работах? – удивилась мисс Гиллис.

– Да, трижды в неделю. Я работаю в военной части. Это самое большее, что мне разрешил отец. Я столько раз просила его брать меня также на его дежурства по противовоздушной обороне или на расчистку разрушенных домов… Но он сказал, что это неподходящее занятие для молодой девушки. А вот в столовой работать разрешил, – ответила Мэгги.

– Вы уже нашли симпатичного летчика, который бы вам нравился и которому нравитесь вы? – с улыбкой поинтересовалась мисс Гиллис.

– Что вы, конечно, нет! – вспыхнула Мэгги. – Если у меня и было немного времени в перерывах между мытьем посуды и нарезкой картошки, то я латынь зубрила…

Упоминание об изучении латыни смутило и директора, и саму Мэгги. Как обидно, что в прошлом лучшая ученица школы так и не получила стипендию для изучения химии в Оксфорде! Мисс Гиллис так старалась помочь Мэгги. Даже нашла ей учителя латыни в школе для мальчиков – ведь «ее» девочки не изучали этот язык, а для поступления в Оксфорд он был необходим. Она была уверена в блестящем будущем Мэгги – и тут такое разочарование, на первом же шаге! Мисс Гиллис, конечно, приняла выпускницу на работу в ее бывшую школу. Но что она могла предложить девушке без высшего образования, кроме работы «старшей ученицы», которая должна следить за дисциплиной в классах и помогать учителям? Все попытки мисс Гиллис убедить Мэгги подать заявку на химический факультет другого университета, местного, где одаренная девушка легко получила бы стипендию, наталкивались на каменную стену. «Или я буду учиться в Сомервилльском колледже Оксфорда или нигде» – неизменно отвечала Мэгги.

– Решайте сами, как вы проведете завтрашний день. Считайте ваш внеочередной выходной моим подарком. Ведь сейчас, во время войны, делать приятное друг другу сложно, но необходимо. Я уверена, что вы проведете этот день с максимальной пользой. До встречи послезавтра, в четверг, и счастливого дня рожденья! – сказала мисс Гиллис.

– Обязательно! Спасибо и до свиданья! – ответила Мэгги и помахала рукой. В этот момент она даже не могла себе представить, что это ее последний день работы в школе. Еще до того, как Маргарет Робертс ляжет спать, ее планы на будущее радикально изменятся.

Мэгги возвращалась домой. Путь был неблизкий – сорок минут скорым шагом и около часа, если спокойным. Сегодня вечером ей совсем не хотелось спешить – тем более, что у нее появилась такая замечательная возможность хоть немного выспаться.

Она зашла в столовую военной части и предупредила дежурившую там приятельницу, что завтра может быть пораньше, не к ужину, а к обеду. Та рассказала Мэгги, что сегодня с фронтов пришли хорошие новости.

– Русская армия окончательно вытеснила немцев в Крым. Она развивает успешное наступление в Восточной Белоруссии, а южнее заняла несколько плацдармов на правом берегу большой реки Днепр. Португалия предоставила англичанам и американцам возможность создать базы на Азорских островах. Там будут базы нашей военно-морской авиации и флот, – почти дословно процитировала она газетные заголовки.