Марионетка Черного колдуна
Шрифт:
Еще бы! Такой материал для его экспериментов пропадает. Но эта совсем еще юная девушка с загорелым круглым лицом, кажется, не понимала мотивов своего хозяина.
Захотелось истерично рассмеяться. А еще помыться. Долго теперь кожу до красноты, смывая даже воспоминания о случившемся.
Обхватив плечи руками, я постаралась успокоиться. Ничего ведь не случилось. Более того, обо мне явно заботятся.
На мне уже была чистая одежда, которая ничем не походила на ту рвань, в которую эти скоты превратили мое платье.
Щека не болела, да и в других местах, где должны были остаться синяки, их не наблюдалось. К тому же я лежала на мягкой кровати, а возле меня дежурила сиделка.
Звучит даже слишком хорошо для этого места.
Оглядевшись внимательнее, я с удивлением поняла, что мы находимся на том самом чердаке, с которым я уже успела сродниться. Только хлама больше не было.
Стало чисто и как будто даже светлее, хотя окон не прибавилось. В отдельных местах камень оказался задрапирован тканью. Да и в целом огромная комната теперь была поделена на зоны.
Кровать стояла там же, где я ее поставил Леон. Тут же находился торшер со свечами, секретер с резными ножками, чуть дальше виднелся массивный гардероб.
Зону спальни отделяла ширма, за которой виднелись диванчики, непонятно откуда взявшийся камин, ближе к самому крупному окну расположился обеденный стол минимум на четыре персоны.
Присутствовал даже стеллаж как в библиотеке, в котором сиротливо лежала одна единственная книжка. Наверняка тот самый трактат по алхимии, который я имела наглость утащить к себе.
Больше всего интриговала стена по правую руку от входа. Ее там не было. Как и везде там лежала гора хлама, а теперь, похоже, отдельная комната. По крайней мере, я видела дверь, которая обязана была куда-то вести.
— Что там? — кивком указала я на внезапно появившуюся комнату.
— Уборная, — сказала Берта без какого либо удивления, будто она всегда здесь была.
Ну, для нее может так и было.
— Иди, умойся, — снова сочувственно посмотрела на меня девушка. — Не торопись, я подожду сколько нужно.
— Зачем тебе меня ждать? — насторожилась я.
— Ну как же? К лекарю пойдем. Господин сказал сопроводить.
— Да я в вашу деревню больше под угрозой смертельного проклятия не пойду.
Иронию девушка не оценила, потому что с моей историей была не знакома, и только отмахнулась.
— Так я тебя в деревню и не зову. Пойдем в Эсслинталь. Господин разрешил.
— Что? Как?!
Я снова подскочила, но теперь уже по другой причине. Даже страх и отвращение на пару секунд отступили. Я снова попаду домой?
— Ты иди, умойся. Переоденься если надо. Хотя это, конечно, дело такое. Лекарь все равно осматривать будет, так что лучше надень что попроще.
— Зачем меня осматривать?
— Ну…
Девушка смутилась, опустив глаза. Она была на удивление тактична для крестьянки. И разговаривала не как деревенские, которых мне приходилось встречать раньше. Скорее напоминала жительницу столицы из хорошей семьи.
— Ничего не было, — сглотнув ком в горле, сказала я, когда поняла, к чему клонит Берта. — Они не успели.
— Было — не было, это тебе виднее, конечно. Но господин приказал тебя к лекарю отвести, а ослушаться я не могу.
Смысла этого мероприятия я понять не могла. Но перспектива выбраться из леса обратно в Эсслинталь оказалась слишком заманчивой. В прошлый раз колдун дал мне пятнадцать минут. Интересно, в этот раз я смогу хоть мельком увидеть Вилли?
А если я вообще сбегу, Берта приволочет меня назад за волосы? Или колдун сам сможет меня вызвать обратно в лес через контракт, который я подписывала с ним.
Эх, перспектива побега была заманчивой. Слишком заманчивой. Чтобы походить на мало-мальски причинный план.
***
В ванной комнате я провела почти час. Заперев дверь на массивный засов, я сначала как и обещала, терла себя мочалкой до красноты, а затем долго смотрела пустым взглядом в стену, пытаясь убедить себя, что ничего страшного не произошло.
Платье было выбрано максимально закрытое, хотя я понимала, что это глупо. Мои обидчики мертвы, а сам колдун, слава Огме, за все время моего нахождения в замке ни разу не проявил ко мне интерес. Но мне все равно хотелось застегнуться на все пуговицы, спрятать волосы и укутаться в бесформенную шаль, какие были популярны у женщин в преклонном возрасте.
Берта, посмотрев на мой выбор туалета, понимающе вздохнула и покачала головой, а затем предложила руку. Очень кстати. Меня все еще слегка трясло, и спускаться по достаточно крутой лестнице в таком состоянии было чревато самыми разными травмами.
Я ждала, что она отведет меня к Шаттенхарду, чтобы он, как и в прошлый раз переместил нас в город. Но спустившись на первый этаж, мы пошли не в сторону его башни, а в незнакомое крыло замка, после чего и вовсе начали спускаться в подвал.
— Мне же нельзя туда, — робко возразила я.
— Сейчас можно. Разрешили же.
Что именно разрешили и кто? Было любопытно, но я предпочитала пока помалкивать. Все равно ни на что повлиять не могу. Да и когда еще удастся спуститься в подвал, входить в который мне вроде как было запрещено.
В итоге мы вышли в просторное помещение, посреди которого находилась очень странная конструкция. Если анализировать, то больше всего здесь подходило определение «фонтан». На деле же это был проем по типу дверного, из верхней части которого потоком лилась вода. Только почему-то слегка фиолетовая.
А потом я присмотрелась и поняла, что это вовсе не вода. Пламя. Голубые и фиолетовые переливы струились, создавая ощущение водопада, но если посмотреть поближе, становились видны всполохи. Почти такие же, какие можно было заметить в глазах Шаттенхарда под капюшоном.
И снова, удивилась только я. Было ощущение, что Берта здесь уже бывала. Она оглянулась по сторонам — наверное, тоже ожидала, что колдун будет здесь. Но, не обнаружив его, она не расстроилась.
— Держи.
Берта протянула мне тонкую золотую цепочку со странным кулоном. Он тоже был фиолетового цвета, но спутать его с водой уже было невозможно. Наверное, из-за редких красных вкраплений он выглядел как раскаленный уголек. Казалось, если дотронуться до него, обязательно обожжешься.