Чтение онлайн

— Зато ты меня поцеловала, — расплылся он в улыбке, а потом заглянул мне в глаза. — И знаешь, если ты и дальше будешь пытаться удержать меня в горизонтальном положении, я восприму это как намек.

Я мгновенно отдернула руки с его плеч и убрала подальше. Даже сама отодвинулась.

Посмотрев на мою реакцию, Леон вздохнул, как мне показалось, разочарованно. А затем поднялся на ноги. Хоть и с кряхтением, но сам.

— Пойдем обратно в замок, беда ходячая. Соседство с мертвым кайрингом меня не слишком устраивает. И я не хочу ждать, когда к нему на похороны придут друзья.

***

Возвращаясь в замок, я увидела Шаттенхарда лишь мельком. Но он не спешил вызывать меня на казнь, а Леон уверил, что лучше без его приказа к нему с повинной не подходить — целее буду. Так что остаток дня я провела в своей комнате, думая о том, как мне теперь выполнять свою миссию.

Это и раньше было почти невозможно, а уж теперь, когда я познакомилась с доброй Бертой, когда я сблизилась с Леоном настолько, что… Внезапно вариант при котором я заберу сюда свою семью стал казаться не таким уж и абсурдным.

Вот и думай, кто страшнее. Знаменитый Властелин Теней или старейшины из уважаемого и даже почитаемого ордена Нуаду.

Что-то мне подсказывало, что они друг друга стоили. Хотя нужно признать, Шаттенхард явно проигрывал по кровожадности.

Вообще хотелось забрать семью на другой материк, а еще лучше — в другое измерение, где вообще магии нет. Наверное, это было бы даже проще, чем убедить маму переселиться в Заубвальт.

Да, я уже представляла ее реакцию и отчаянное сопротивление. Ей должно быть сейчас живется не самым лучшим образом, учитывая отсутствие денег. Но и уходить в лес она откажется категорически. А ведь маги тоже просто так не отпустят маму с Вилли.

«Плевать!», — подумала я.

Если нужно будет, я заключу с Шаттенхардом еще миллион сделок, но выкраду их из лап ордена.

"Посреди поляны, положив передние лапы на поваленный ствол дерева, стоял кайринг.

Мощное тело, в несколько раз превосходящее волчье, покрывали шипы, тянущиеся от холки к длинному, крысиному хвосту.

Когти проскребли по коре поваленного дерева, а рокот стал громче. Теперь я поняла его происхождение. Это кайринг оскалился сильнее, утробно зарычав"

После истории с кайрингом режим дня у меня сбился окончательно.

В то сумасшедшее утро я отключилась как только моя голова коснулась подушки, и проснулась уже под вечер.

И только потом вспомнила про свои записи, сделанные в библиотеке.

Перед сном я обнаружила их, снимая свое грязное и местами порванное платье. Буквы в некоторых местах были смазаны, но в целом вышло вполне читабельно.

Разумеется, продолжать свои исследования в библиотеке я не собиралась. Во-первых, еще раз провоцировать колдуна не хотелось. Во-вторых, было банально страшно заходить в то помещение, где я видела Тень со своим лицом. Особенно ночью.

Посмотрев на записи, я вздохнула, и спрятала их поглубже в шкаф, решив, что чуть позже посмотрю.

Возможно, было бы логичнее их сжечь, чтобы не провоцировать Шаттенхарда.

Но я малодушно решила отложить решения по этим записям. По крайней мере, сейчас я точно ими не собиралась заниматься.

Было страшно, что колдун ворвется именно в тот момент, когда я расшифровываю фактически украденные страны из его книг.

К тому же я собиралась заняться более неотложными делами. Где-то в замке Леон все еще пытался оправиться от ранений, и мне стоило, как минимум, проведать его.

Спустившись на кухню, я приготовила чай с бутербродами. Задумалась. Убрала бутерброды и заменила их на печенье с мармеладом. Добавила еще бисквит с джемом и решила, что так он точно останется доволен.

А потом поняла, что не знаю, где находится его комната. Я не представляла даже в каком крыле он живет.

Вроде бы я провела в этом замке больше месяца, но так и не познакомилась с обстановкой.

Пришлось выйти на улицу и обойти замок по кругу. Было уже достаточно темно, чтобы понимать, в каких комнатах горит свет. И на этот раз малочисленность жителей замка сыграла мне на руку.

Помимо некоторых тусклых отблесков из коридоров, освещались две комнаты. Одна горела колдовским фиолетовым светом, как глаза Шаттенхарда. Наверное, это и были покои колдуна.

Вторая находилась почти рядом. Только не на самом верху башни, а на третьем этаже того крыла.

Решив, что хуже не будет, даже если я наткнусь на колдуна — все равно вымаливать у него прощение, а так за чай с печеньем мне может быть зачтется, — я отправилась к цели.

Уже в замке я поняла, что инженер из меня не очень — понять, где именно находится та комната, свет в которой я видела снаружи, оказалось не так-то просто, когда находишься внутри замка.

Если бы не полоска света, пробивающаяся из-под двери, наверное, мне пришлось бы и вовсе оставить свою идею.

Замерев на секунду и поудобнее перехватив поднос с подношением, я на всякий случай приготовилась падать ниц, после чего постучала.

Немедленной реакции не последовало. Переминаться с ноги на ногу возле двери пришлось не достаточно долго. Я уже начала думать, что мне попросту не откроют.

Но как раз когда я уже собралась уходить, дверь распахнулась, а на пороге возник Леон с влажными как после ванны волосами и не застегнутой рубашкой, открывающий свежие рубцы.

— Ну надо же. А кто это снова нарушает правила? Ты ведь знаешь, что в эту башню тебе заходить нельзя?

Он прислонился плечом к косяку двери и насмешливо взирал на меня. Первым порывом было отвернуться. Но я заставила себя смотреть ему в глаза.

Вторым порывом было фыркнуть и вылить на него чай, который я так старательно заваривала. Специально именно так, как он больше всего любит.

— Формально это еще не башня, — пробурчала я.

— Тебе бы в суде работать.

— Не знала, что они здесь есть.

— Туше, — улыбнулся Леон. — Суд у нас один, причем бессменный — в черном капюшоне и с фиолетовыми глазами. Ты недавно имела возможность наблюдать за судебным процессом в действии.