Чтение онлайн

— Я конечно.

— И как Даша тебе позволила.

— Я ее связала.

Он поднимает на меня глаза и усмехается. Это все на что я могу рассчитывать.

Он съедает почти все, что было на подносе, выпивает свой черный кофе.

— А десерт?

— Ах да, совсем забыла, — убираю поднос, снимаю халат, оставаясь в подобие белья с разрезами в самых нужных местах.

Стоит мне это сделать, как тело реагирует мгновенно, а взгляд Арсения становится темным, прожигающим, застывшим. Как бы я ему не доверяла, как бы не боялась решений, по какому бы тонкому льду не ходила, желание принадлежать Арсению телом неискоренимо.

Словно он знает ключик, которым можно с пол оборота завести меня.

Может быть это способ снимать напряжение, в котором я живу ежедневно.

Беру с подноса соусник с малиновым сиропом, поднимаю над головой и лью на себя, чувствуя, как липкая субстанция стекает по коже, ощущаясь лавкой.

— Десерт… — хрипло, с придыханием.

Арс тут же дергается, садится на кровати, забирая у меня соусник и откладывая его в сторону. Его глаза скользят за сиропом, потом снова поднимаются.

Он трогает мой живот пальцем, пробует на вкус.

Резко зажимает меня руками и бросает на кровать, нависая сверху.

Ладонью проводит от шеи до живота, собирает сладость и накрывает ноющую промежность. Тут же спускается туда же, прижимаясь губами.

Я тут же собираю пальцами простынь, выгибаюсь, чувствуя, как волны сладкой дрожи растекаются сиропом по венам.

Становится невыносимо жарко, тело бьет ток.

Я открываю рот, но вырывается лишь хрип, пока губы и язык Арса мучают меня, тело. Он пьет сироп, но выпивает меня.

Двигает языком резко, танцуя им по клитору, выводя меня на другой уровень наслаждения. Пытаюсь дергаться, но Арс крепко держит меня за ноги, продолжая вылизывать меня, приближая к пику. Мне совсем немного не хватает до оргазма.

Совсем чуть-чуть и я хнычу, когда он останавливается, упирается кулаками в матрац, поднимаясь надо мной, закрывая свет, соединяя наши тела одним четким движением. Растягивает меня изнутри, бьет по всем нервным точкам сразу.

Боже, как это приятно.

Движение внутри сначала медленное, изучающее, губы смыкаются в трепетном поцелуе, пока тела пропитываются сладкой субстанцией.

Но вскоре Арс теряет над собой контроль, с рыком врезается в мое тело, бьет по всем нервным волокнам, словно по струнам гитары, вызывая острую нехватку воздуха и ту самую маленькую смерть.

Сердце барабанит в груди, крик рвется из горла.

Я кончаю громко, не сдерживаясь, пока Арсений вбивается в меня на полной скорости, словно автомобильный поршень в двигателе. Как же приятно.

Внутри живота все сжимается и тянет, все мысли давно скинуты ненужным грузом. А из эмоций остаются только восторг и счастье.

Хочется, чтобы это продолжалось, чтобы наши тела словно приклеенные продолжали тереться друг об друга, а губы смыкаться в жадных касаниях.

В такие моменты неважным кажется все, кроме инстинкта принадлежать более сильному.

В такие моменты я почти верю, что наши чувства настоящие и между нами нет лжи. Мы еще долго окунаемся в этот порочный омут, никак не желая выныривать.

То Арс снова скользит языком по моему телу, то я пробую на вкус его сперму с сиропом.

Мы сходим с ума, стоит нам только начать и закончить это безумие может только стук в дверь или телефонный звонок. На этот раз с моего телефона.

— Кто это? – хрипит Арс, удерживая меня за бедра и натягивая на свой член.

Внутри уже все горит, но я знаю, что стоит нам остановиться, в голову змеями полезут мысли о его мотивах и той роли, что он мне отвел в своей мести.

Я убираю со лба прилипшие волосы и беру свой телефон.

— Будильник. Нужно собираться, скоро придут гости.

— Понял, ускоряемся, — хмыкает Арсений, дергает за шею к себе, принимаясь на убой долбиться бедрами, наконец позволяя второй раз окунуться в омут удовольствия, получая свой оргазм.

Спустя два часа мы уже при полном параде. Стол накрыт, а мы стоим у входа, готовые встретить друзей Арсения. Первыми приезжают уже знакомые мне Кирилл и Надя. На нем рубашка и джинсы, как собственно и на ней. Только у Нади красивая шелковая рубашка с вырезом, а на шее красуется красивый кулон.

— Смотрю ты передумал, — хмыкает Кирилл, пожимая руку имениннику и кивая мне. Мы с Надей улыбается друг другу, но что сказать, пока не знаем.

— Я если честно первый раз на такой вечеринке, — признается она. И это вызывает у меня облегчение.

— Такая же фигня. Так что будем держаться вместе.

— Это отлично. В прошлый раз ты вроде говорила, что собираешься продать свою девственность. Получилось?

— Конечно. Только вот купил ее сам Кирилл, — мы смотрим в сторону стола, который стоит на улице. Мужчины уже выпивают, обмениваясь шутками. В этот момент приезжают еще гости. И на этот раз они мне незнакомы. Это хмурый взрослый мужчина возврата Арсения и совсем юная блондинка, такая хрупкая словно вот – вот сломается. И судя по надменному взгляду и платью, она из тех, кто привык к роскошной жизни. Но первое впечатление обманчиво и вскоре оказывается, что Полина, жена Богдана вполне милая девушка, с которой очень интересно общаться.

— Ну как, — встречает меня Арсений, когда иду распорядиться о горячем. Уже поддатый. – Тебе не скучно?

— Нет. Мне все нравятся. Даже твои друзья, хотя шутки у них порой я не понимаю.

— Это наши армейские, не обращай внимание, — обнимает меня со спины, прижимается, втягивает носом воздух, убирая мои волосы на одно плечо. – Какая ты сегодня умница у меня. И с утра порадовала и вечеринку организовала. Лучший подарок, какой только может быть.

— Это еще не все. Самый главный подарок я подарю тебе за столом.

— Боюсь мужики не поймут, если ты начнешь мне отсасывать прямо под столом.

— Это еще лучше, — поворачиваюсь к Арсению, целую его в губы, привстав на цыпочки и иду к столу. Все разбирают горячее, а я наконец беру в руку сок, который и пила весь вечер. Я встаю, прошу минутку тишины.

— Арсений. Любимый. Ты за короткий период времени стал для меня всем. Центром моей маленькой вселенной. Ты помогаешь моей сестре побороть рак. Ты спас меня от отчима. Ты даешь мне смысл жизни. Каждый день, что мы вместе. Я поздравляю тебя с Днем рождения и дарю самое ценное, что может только быть в жизни.