Чтение онлайн

Я пожала плечами. Уж мне ли было не знать, на что способны "добрые" люди ради собственной выгоды. Подумаешь, еще один способ выиграть битву за окружающее пространство. Впрочем, знавала я и тех, для кого возможность оболгать другого могла сойти за первое, а то и за единственное счастье в жизни, а уж на такой благодатной почве… Но меня интересовало только одно.

– Значит, и вампира с некромантом тоже повесили? – спросила я.

– А никто не знает. Одни болтают, что видели, как графский палач веревку для них отвязывал, другие, что удалось им скрыться в горах. А как там было на самом деле… Да и неважно. Главное, что детки наши снова в леса без страха ходить начали. Недолго, правда, до окончательного возвращения дона Габриэля в замок отца.

Я обернулась, ощутив затылком чужой взгляд, однако ничего, кроме леса и выходящей из него дороги, не увидела. Уж каким-каким, а мирным этот край назвать никак не получалось.

– Вот с тех пор новые пропажи и начались. А ведь был же мальчонка как мальчонка, только что молчаливый. Да это пока граф его учиться не отправил. Как мать его померла – донна Исабель, дивной красоты женщина была, что и говорить, так и уехал он в столицу. И во что только тамошняя жизнь людей превращает?

– Мало ли какое совпадение в жизни бывает. Свидетели есть? Нет? Тогда и дела нет.

– А люди все одно болтают!

– Вам же запрещено? – поддела я.

– Ты погляди, какая языкастая, – усмехнулся валенсирец. – Приехали почти. Вон и Лес-Оллас. Деревенька моя. – Он ткнул пальцем куда-то вправо, указывая на разбросанные за рощей беленые домики, крытые терракотовой черепицей, и заставил Букашку остановиться. Нам на встречу бежали две худенькие, как две капли похожие между собой, смуглые простоволосые девочки в пестрых платьицах. На этом разговор о здешних ужастиках сам собой и закончился. Придется заводить позже. Вдруг удастся разузнать подробности.

– Папуся!!!

– Мои средненькие, – оповестил сеньор Ёсик, когда девочки добежали до повозки и повисли на отцовской ноге. Тот поочередно погладил растрепанные головки. – Леока и Рита.

– Папуся, а что ты нам привез?! Ой! А это кто?!

Девчонки уставились на меня в четыре глаза.

– Ну, чего смотрите? – притворно нахмурился мужчина. – Тетя из другой пещеры. А вы чего здесь делаете?

– Так овечек же домой гоним, – откликнулась Леока, и где-то неподалеку, за высокой травой, раздалось подтверждающее "Бе-э".

– Так вы что ж, их одних бросили, козявки? – напустился на них отец почти ласково.

– А чего им сделается-то? – важно отмахнулась Рита, разглядывая меня. – Там еще Сио остался.

– А у меня вот кто есть, – буркнула я и вытащила вперед Бонину голову. Конек протестующе заржал, но было поздно. Детское внимание переключилось на коняшку. Девочки дунули назад, явно намереваясь помочь друг другу забраться в телегу и затискать Горбунка.

– Это что еще такое?! – уже серьезно прикрикнул отец, и они застыли на месте. – Вот я вас! Ну-ка, бегите к брату, и чтоб без баловства, не то не видать вам подарочков отцовских!

– Хорошо, папуся!!! – Девочки наперегонки скрылись за узловатыми стволами олив, и телега поползла дальше.

И вот уже показались заплатки огородов, запахло хлебом и щедро приправленной специями едой. Деревню укрывали зеленые холмы и невысокий каменный забор, покрытый той же черепицей, что и дома, а их для деревеньки было не так уж и мало. Скорее, это был небольшой городок на три длинных улицы, мощеных светлым камнем. Они лучами сходились к маленькой круглой площади в центре. Под широкой аркой ворот раскачивался на ветру венок из каких-то местных цветов, которые издавали резкий аромат.

– Это от нежити, – пояснил сеньор Ёсик, когда я чихнула.

– И что, много ее тут? – почти серьезно спросила я, потому что уже представила себе морду упыря, которому на пути попалось сие отгоняющее средство. Еще бы платочек у ворот положили, чтобы было, чем сопли подтереть.

– Как у всех, – пожал плечами валенсирец. – Да только люди и похуже бывают.

Я слабо улыбнулась. Теперь мне привиделся крадущийся в ночи Габриэль де Феррер, посекундно утирающий нос платочком с монограммой.

– Э-э-э, дружище! Ну ты и горазд! В Фодирно с горшками помчался, а обратно вон какую гуатту привез! Это что ж сеньора Лорена про такое скажет? Доброго вам дня, кстати, сеньорита! – Дорогу Букашке заступил высокий и худой мужчина, одетый так же, как сеньор Ёсик: в темные брюки, красный кушак, светлую льняную рубашку и черный жилет. Он снял широкополую шляпу и поклонился мне, широко улыбаясь из-под пышных усов. Я ответила ему кивком и улыбкой.

– И тебе привет, сеньор Жозе, – чинно отозвался мой возница, натягивая поводья. – То не твоего ума дело, спрашивать. Уйди с дороги.

– Так вот ты как заговорил, бочонок пузатый?! – со смехом ответил сеньор Жозе. – Ну, придешь ты ко мне вечерком, я тебя угощу как следует!

Сеньор Ёсик усмехнулся в усы, и Букашка потянула телегу дальше.

– Что значит гуатта? – спросила я, неуверенная в том, что произнесла правильно.

– Красотка, – рассмеялся он, а Букашка сама свернула на одну из улиц, разноцветную от выставленной вдоль дороги всевозможной керамической утвари.

Каких только красок и посудин здесь не было. Особенно мне приглянулись яркие плоские блюда с красно-желто-белым орнаментом. Я решила, что непременно обзаведусь парочкой перед отъездом, а пока продолжила любоваться прекрасной посудой и отвечать кивками на приветливые улыбки местных мастеров. На меня откровенно пялились, так что я чувствовала себя невероятной диковинкой. Наверное, так и было, потому что по сравнению со смуглыми жителями Лес-Оллас я выглядела Снежной королевой. Даже стыдно стало за свою белокожесть.

Домик сеньора Ёсика ничем не отличался от остальных. Был такой же белый и чистенький, за собственной оградой и с выставкой прямо на ней расписных горшков всех размеров вместо черепицы.

– За посудой к нам приезжают со всего Валенсира! – гордо пояснил мужчина, видя мое удивление. – Вот мы и не прячем ничего по домам да мастерским. Так нагляднее будет. Сразу видно, какой мастер где живет.

Домочадцы высыпали на крыльцо, чтобы встретить главу семейства. Двое старших сыновей, похожих на отца, и россыпь девчонок мал мала меньше. Последней из дома выкатилась хозяйка дома – дородная дама в пестром платье под белым кружевным передником и роскошным костяным гребнем в черных как смоль волосах.

– Ну вот и семейство мое, – сказал он, спрыгивая прямо в объятия подбежавших дочерей. – Вы ж мои родные! Соскучились по папке? Ну-ка, парни, разгрузите телегу! Да смотрите, не обижайте Бонификция.

Сыновья подбежали к телеге, старательно изображая блуждающее косоглазие, а я спрыгнула вниз, уже мечтая, чтобы поскорее наступила ночь и на меня больше никто не смотрел. Все-таки длина моего платья была экстремально мала для местного населения.

– Эту сеньориту зовут Виринея, – представили меня. Я помахала ручкой, не зная, куда деться от тяжелого взгляда сеньоры Лорены. – Она погостит у нас.