Чтение онлайн

Вскоре мой номер превратился в настоящую столовую при казарме, в нем неторопливо и с большим аппетитом чинно обедали восемь русских солдат. Не смотря на то, этот гостиничный номер имел довольно-таки большую площадь, посадочных мест в нем оказалось недостаточное количество, всех ребят за одним столом мне так и не удалось разместить. Вместо столиков пошли в дело оба подоконника и даже женское трюмо. Мне самому пришлось подняться на ноги, чтобы уступить свое место солдату с ложкой и вилкой в руках.

И тогда, когда все ребята ели, в комнате наступила относительная тишина, в ней слышался только стук ложек, ножей и вилок о фаянс тарелок! И тогда неведомая сила подняла меня на ноги и, расхаживая между обедающими бойцами группы майора Белянчикова, я начал голосом рассказывать о своем первом появлении в расположении диверсионно-разведывательной группы полковника Кантемирова. Стук ложек и вилок явно несколько приглушился, ликвидаторы группы майора Белянчикова продолжали есть, но и одновременно прислушиваться к моим словам. А я продолжал вспоминать о своих боевых друзьях товарищах, о нашем перелете самолетом в Афганистан, о первых встречах с бойцами ограниченного контингента, о нашем первом бое, о наших переездах по Афганистану и встречах с местными жителями.

Рассказ получился долгим, и я бы сказал немного нудным. Слишком уж много деталей то и дело всплывали в моей памяти вовремя этого рассказа. Временами я прекращал говорить, останавливался и поднимал веки своих глаз, чтобы осмотреться и понять, что же в этот момент происходило в моем гостиничном номере, слушают ли, понимают ли меня бойцы майора Белянчикова?! Убедившись в том, что все восемь ребята слушали меня, затаив дыхание, тогда я снова закрывал глаза, снова начинал ходить по номеру, продолжая свое грустное повествование.

Оказывается, что, когда тебе приходится в течение длительного периода времени о чем-то рассказывать, то лучше это делать с закрытыми глазами. При закрытых глазах твое повествование становится более концентрированным, красочно насыщенным, голова более насыщена лексическими фразами и выражениями. Так незаметно для самого себя я в течение примерно двух часов этим ребятам рассказывал о том, как так получилось, что группа полковника Кантемирова погибла практически до единого бойца за исключением меня, а я единственный боец из ее полного состава остался в живых.

Когда я в очередной раз открыл глаза, то увидел, что все восемь солдат офицеров стоят по стойке смирно и, прижав ладонь правой руки к брови правого глаза, приветствуют своих товарищей, павших на поле боя в результате предательства какого-то старшего офицера из Минобороны. Я остановился, слегка склонил свою голову и произнес короткую заключительную речь:

– Теперь вы понимаете, товарищи офицеры, почему вам приказали срочно меня найти и уничтожить во чтобы то ни стало! Вам же я хочу признаться в том, что никто и ничто меня не остановит, пока не будут упокоены в могилах души моих друзей и товарищей из группы Геннадия Кантемирова?! Пока они не будут отомщены и люди, пославшие их верную на смерть, не будут должным образом наказаны! Я пообещал им и обещаю вам, товарищи офицеры, что расследование гибели бойцов группы Кантемирова доведу до логического конца! И обязательно смертью накажу всех тех, кто непосредственно приложил свою руку к их гибели!

Я подошел к майору Белянчикову и, взяв его за руку, отвел немного в сторону. Там мысленным шепотом обратился к нему с просьбой:

– Товарищ майор, сейчас я должен вас покинуть, так как через пару минут я должен обязательно появиться в зале прилета аэропорта Домодедово в Москве! Уходить из номера я буду несколько необычным образом. Поэтому прошу вас, чтобы сейчас не происходило бы в моем номере, прежде всего, сами ничему не удивляйтесь, а своим бойцам прикажите забыть обо всем, чтобы они не увидели бы в нем! Когда будет общаться с нашими посольскими товарищами, то ни в коем случае не рассказывайте им о том, что вы только что обо мне узнали. Сообщите им только о том, что вы свою боевую задачу выполнили, а меня в гостинице уже не застали, так как я уже убыл в Москву! Не вдавайтесь ни в какие подробности, а не то запутаетесь в деталях и тогда уж вас самих начнут подозревать во всех грехах. И последнее, прикажите своим бойцам немного потесниться, мне нужен свободный центр этого номера. И повторяю, товарищи офицеры, ничему не удивляйтесь, встретимся в Москве и тогда я попытаюсь вам все объяснить!

Ребята потеснились, сгрудились вдоль стены с окнами, тем самым освобождая центр номера, а я простым щелчком пальцев раздул небольшой искусственный костерок на паркетном полу этого своего номера. Пока бойцы группы майора Белянчикова глазами с расширившимися от дикого удивления зрачками смотрели на разгорающийся в гостиничном номере костер, я, особо немедля, шагнул в него. Через мгновение пламя костра внезапно вздулось и охватило меня по пояс, прежде чем телепортационный портал сработал, я успел улыбнуться этим парням и даже помахать им рукой на прощанье. В этот момент сработал, через мгновение я стоял перед табло с перечислением только что прибывших авиарейсов в зале прилета аэропорта Домодедово!

2

Я своих парней пока еще не видел, но почувствовал, что они находятся где-то неподалеку от меня в этом зале прилета аэропорта Домодедово. Тогда я сконцентрировался и попытался своим внутренним зрением их разыскать. Сначала перед моими глазами промелькнула небольшая группка авиапассажиров в сопровождении симпатичной стюардессы, направлявшаяся в депутатскую комнату зала прилета. Это депутаты Госдумы, верные слуги народа, специально для себя придумали такую услугу, всем российским аэропортам вменили в строгую обязанность встречать и провожать членов официальных правительственных делегаций, а также депутатов Госдумы и сенаторов Федерального Собрания во время перелетов по России.

Я обратил внимание на то, впереди той группы авиапассажиров целеустремленно шагал майор милиции Максим Звонарев, вслед за ним с задумчивым лицом шел другой майор милиции Леонид Васьков. Сейчас эти оба джентльмена были одеты в добротные костюмы, британского пошива, ладно сидевшие на них. Вслед за обоими майорами шагали два армейских сержанта Влад Сергеев и Митяй Суровцев, на их плечах болтались непонятные армейские камуфляжи без знаков различия. Из-за чего людям со стороны нельзя было бы сразу понять, были ли эти парни служивыми людьми, или же стали простыми отставниками. Оба сержанта, перебросив лямки через плечо, в специальных чехлах, замаскированных под чехлы для аккордеонов, несли свои снайперские винтовки, подаренные им Службой внешней разведки РФ

За это малое мгновение времени, пока я рассматривал четверку своих бойцов, то успел заметить, как на них бросали взгляды другие люди со стороны. Многие мужчины заранее отводили свои глаза в сторону. Они даже не пытались посмотреть им в глаза или каким -либо другим образом противопоставить себя этим молодым и заносчивым хулиганам. Эта моя четверка так и шла впереди своей группы, она состояла из молодых, кровь с молоком, людей. Они были парнями высокого роста с привлекательными лицами. Молодые москвички, которых было много среди авиапассажиров, то и дело бросали на них любопытные взгляды, самым невообразимым образом выделяли их из общей толпы людей!

Я все еще продолжал стоять перед главным табло зала прилета Домодедовского аэропорта, как в этот момент и почему-то все разом зазвонили шесть моих мобильников. На глазах удивленной публики, человек внезапно превратился в музыкальную шкатулку, различные мелодии вызовов разносились от него во все стороны, привлекая внимание авиапассажиров и встречающих граждан. Чтобы прекратить эту дикую какофонию звуков, мне пришлось разыскивать и один за другим доставать эти самые мобильники из разных карманов своего костюма, чтобы по дисплею определить, кто же это мне позвонил.