Чтение онлайн

Над моей головой послышался смех, а затем незнакомый голос произнес:

– Тебе еще не надоело, меня щекотать своим стальным взглядом?! Мурашки так и заметались по всему моему телу в поисках от него спасения?! Парень, прекращай свою щекотку! Еще минута, я начну ржать! Тогда тебе и твоим друзьям придется ждать, пока я не прекращу быть занозой в твоей заднице!

Этот рыжий клоун, со зверской улыбкой оскалом на своем симпатичном лице деревенщины с множеством рыжих конопушек стоял в проеме самолетной двери, с явным интересом меня рассматривая. Ему, по-видимому, я нравился, он долго не отрывал от меня своего взгляда, постоянно чему-то улыбался!

Тогда я решил узнать, чему этот болван может так симпатично улыбаться, а главное, кому именно он так слащаво улыбался! У нас же не приветствуются однополые отношения! Уже через мгновение его глазами я рассматривал самого себя.

Глазами американского капитана я увидел под собой высокого парня, затянутого в темно-синий комбинезон, с шапочкой на голове и с лицом, прикрытым ее полами. Но этот парень почему-то двоился, троился, с большим трудом эта американская пьянь попыталась сосчитать, сколько же "меня" находится перед его самолетом. Летун четыре раза ошибался, а затем, сообразив, что под собой видит глубоко законспирированного агента ЦРУ, совсем бросил меня пересчитывать, когда досчитал до пятнадцати! Затем в мгновение ока этот американский болван выгнал из своих головных и сердечных сосудов алкоголь, которым усиленно закачивался весь этот вечер, вытянулся по стойке смирно и лихо отрапортовал:

– Капитан и первый пилот военно-транспортной авиации США, Питер Дуглас! Экипаж вверенного мне транспортного самолета проводит предполетную подготовку к вылету по маршруту Ташкент, СССР - Пешавар, Пакистан.

Капитан Дуглас, словно монумент, высился надо мной на высоте трех метров, он честно, откровенно и добросовестно мне врал. Разумеется, никакой предполетной подготовкой ни капитан, ни его экипаж в данный момент не занимались. Сразу же, как только Дакота приземлилась в Ташкенте, экипаж транспортного самолета сложился долларами, чтобы у своего техника, который должен был заниматься техническим обслуживанием их самолета, закупить ящик водки "Пшеничная". После совершенной сделки тройка американцев залезла в радиорубку своего самолета Дакота, откуда она больше и носу не показывала. Они занялись потреблением русской водки, закусывая ее американской тушенкой, сохранившейся на складах Пентагона. Эту информацию мне удалось почерпнуть из сознания американского капитана, его плохо держали ноги. Ему приходилось рукой держаться за самолетную дверцу, чтобы случайно не выпасть из самолета.

Я выпрямил спину, правую руку приложил к правой брови, негромким голосом и с эдакой армейской небрежностью отрапортовал:

– Майор Арчер, группа "Дельта Форс". Наша группа только что прибыла в Ташкент. Мы готовимся начать перегрузку своего груза на ваш транспортный самолет. Капитан Дуглас, не были бы столь любезны, приказать членам вашего экипажа подготовиться к приему нашего багажа.

– Майор, а вы за кого нас принимаете? Мы вам, что какие-то там носильщики, что ли? Мы вашим багажом заниматься не собираемся и не будем?! Мы самолет пилотируем, а для подноса багажа в каждом нормальном аэропорту существуют носильщики! Так что, майор, идете в аэропорт и там оплачивайте перегрузку багажа, а мы уж так и быть транспортный отсек самолета вам откроем!

Повторяю, что эта незапланированная перепалка с рыжим капитаном, командиром транспортного корабля, началась практически на пустом месте, из-за ничего. В переписке с Лэнгли, которую мы вели в течение трех последних месяцев, нам неоднократно указывалось на сверхсекретность проводимой нами операции. В переписке также нас предупреждали о нежелательности любых ситуаций, в которых бойцы нашей группы контактировали бы с кем-либо из посторонних! К примеру, нам категорически запрещалось входить в контакт с обслуживающим персоналом аэропортов, в частности, мы не могли общаться с подносчиками багажа. Так что то, что сейчас потребовал этот рыжий, в дребедень пьяный американский капитан, выходило за рамки наших предварительных договоренностей или предписаний. К тому же вот-вот должен был подъехать Полковник с нашим багажом для перегрузки в эту проклятую Дакоту.

Только я подумал о командире, как на взлетной полосе показались фары автокара, который тянул за собой небольшой караван из нескольких багажных тележек, доверху загруженных тремя закрытыми транспортными контейнерами и различными баулами и сумками.

– Эй. Питер!
– Я небрежно окликнул своего рыжего собеседника, который все еще стоял в раздумье в проеме двери в самолет, опасно при этом покачивался.
– Ты не хочешь, чтобы мой командир надрал тебе зад, так советую тебе быстрее пошевеливаться! Полковник вскоре здесь появиться со второй партией нашего груза! Если ты и твои лежебоки за оставшееся время до его прибытия не будут готовы к приему груза, то тогда пеняй только на самого себя.

Я не думаю, что именно мои слова в конечном итоге подействовали на пьяный разум этого рыжего клоуна. Но этот парень тут же принялся нажимать какие-то кнопки на клавиатуре, расположенной рядом с самолетной дверью.

Послышался негромкий звук заработавших электродвигателей, я собственными глазами наблюдал за тем, как поднялась вверх почти половина борта самолета, открывая три грузовых отсека, расположенных в фюзеляже самолета с одной его стороны. В этот момент караван с нашим грузом подъехал к Дакоте. Тундра, сидевший за рулем автокара, ловко, не хуже профессионального подносчика багажа, так развернул свой автокар, что тележки с грузом остановились строго напротив грузовых отсеков самолета. В этот момент, неизвестно откуда появился рука-манипулятор, он подхватил один из контейнеров и перенес его в грузовой отсек транспортного самолета. Вскоре, когда все три контейнера заняли положенные ими места в грузовых отсеках транспортника. Обшивка самолета тут же вернулась на свое прежнее место. А Тундра уже набирал скорость автокара, до пола выжимая педаль акселератора, он отправился за второй партией нашего багажа.

Я же удивленно посмотрел на своего только что приобретенного американского друга, капитана Дугласа, ведь он, находясь в весьма нетрезвом состоянии, в течение нескольких минут, без единой заминки сумел поднять половину нашего багажа на борт своего транспортного самолета. И сделал он это так быстро и хорошо, что при этом не повредил ни транспортный самолет, ни контейнеры нашего груза! Сейчас капитан Питер Дуглас все еще продолжал стоять в проходе на самолет, я же подмигнул Шару, стоявшему за моей спиной, чтобы тот подкатил бы трап к этой самолетной двери.

Вскоре члены моей команды начали по лестничному трапу подниматься на борт Дакоты, заставив рыжеволосого Питера немного отступить, чтобы позволить нам проходить в пассажирский салон. Вскоре парни разошлись по салону, выбирая себя места для нашего дальнейшего путешествия заграницу.

2

Военно-транспортный самолет Дуглас C-47 "Скайтрейн" по своим размерам и техническим параметрам во многом уступал советскому военно-транспортному самолету Ил-76. Если бы у нас имелась бы возможность наглядно сравнить эти оба транспортных самолета, то "Скайтрейн" на фоне Ил-76 выглядел бы самым настоящим птенчиком.

Но этот транспортный малыш был мал да удал, он был способен поднять в воздух и доставить до места десантирования взвод парашютистов в двадцать семь человек с полным вооружением и с четырьмя тоннами дополнительного груза. Единственным недостатком этого птенчика можно было бы считать деревянные сидения для парашютистов, которые были расположены вдоль обоих бортов этого транспортника, которые имели совершенно неудобную ковшеобразную форму. Прежде чем свой зад опустить на такое сидение, я долго ходил вдоль обоих рядов. Рассматривая и выбирая себе наиболее удобное сидение. В конце концов, свой выбор остановил на том, чтобы в торце пассажирского салона на пол бросить несколько баулов, на которых и решил лететь до Пешавара в Пакистане!

Дакота плыла в темноте ночи, луны уже не было видно, где-то далеко впереди алела тонкая линия рассвета, который вот-вот должен был наступить! В аэропорту Ташкент наши хлопоты по перегрузке багажа из одного самолета в другой быстро закончились, Питер Дуглас в мгновения ока загрузил на борт и вторую партию наш личного багаж и груз группы.

Весь перелет я провел, лежа на баулах, изредка впадая в приятную дремоту. Полковник в тот же момент сидел, нахохлившись, в одном из таких сидений для парашютистов. Сейчас он собой в этой позе мне чем-то напоминал курицу клушу, высиживающую свою кладку яиц. Находясь в приятной дремоте, я размышлял о том, почему же эти сидения в самолете оказались такими неудобными. Само собой напрашивалась мысль о том, что, видимо, американцы считали, что все парашютисты - это, прежде всего, ненормальные люди, вот сконструировали кресла для пыток парашютистов во время перелетов. Нормальный человек был не в состоянии долгое время провести, сидя в столь неудобном кресле. Ни один человек, оказавшись в таком кресле, во время перелета глаз не смог сомкнуть, хотя бы немного подремать, а не то чтобы комфортно отдохнуть. Слава богу, что до Пешавара нам оставалось лететь немногим более часа, так что Полковнику не так уж много времени осталось страдать! В ответ Полковник попытался мне улыбнуться, но улыбка у него получилась какой-то неполной, ущербной!