Чтение онлайн

– Лика, у меня же визы нет, — сказал Артем. — Сколько её оформлять будут?

– За две недели управимся, я дам тебе адрес турбюро, они всё сделают, а я позабочусь о билетах и отеле. И давай сразу договоримся. Берт финансирование поездки полностью возьмет на себя, так что мы с тобой вроде как наемники.

Мы вернулись в палату к бабе Ане. Врач сказал, что на выходные ее могут выписать, чему женщина была несказанно рада.

– Я приеду за вами, — обнимая её, сказала я.

– И я приеду, — заявил Артем, — и поеду с вами на хутор.

На обратном пути заехали в большой супермаркет. Мои пассажиры остались в машине, а я достала список, составленный Таней, и глаза на лоб полезли.

– Да они навечно решили у меня поселиться, что ли? Мука, рис, спагетти, а это что такое? Мука темпура, порошок васаби, икра масаго, черт бы тебя побрал, краля, ты суши готовить собралась? И где я должна искать икру масаго, — бухтела я, разгуливая среди полок и бросая в тележку продукты.

Когда подошла к кассе, тележка была полной. Счет выставлю Берту, я их и так два дня кормила. А вот интересно, сколько у него денег осталось. Насчет финансирования нашей поездки я не шутила. Не собираюсь тратить последние драгоценности.

– Вот это отношение, — восторгалась Нина Васильевна, она была не в курсе, что визит к врачу был платным. — Усадили, расспросили про все мои болячки, в глаз светили, да всё так аккуратно, а уж чистота какая.

– Да не трещи ты, — деду Филе тоже хотелось поговорить. — А то мы не знаем, это тебе больница имени Семашко! Не хухры-мухры. Мне врач так и сказал: "Вы, уважаемый Филипп Игнатьевич, можете быть спокойны. У нас врачи высшей категории, вмиг вашу жену на ноги поставят". А ты говоришь, глаз.

– Ага, да глаза у человека самое что ни есть главное!

Я слушала их беззлобную перепалку, думала о том, что людям нужно для счастья? Вот деду Филе нужно, чтобы жена была рядом, чтобы внук выучился на инженера, и не нужны ему для счастья отели и казино. А Нине Васильевне? Нужны ей эксклюзивные украшения? Не думаю. А кому-то для счастья просто необходимо кольцо от Тиффани. М-да. "У кого жемчуг мелкий, а у кого суп жидкий", — философски заключила я.

Завезла Нину Васильевну в деревню, и поехала на хутор.

– Лика, а ты с мужем-то развелась? — вдруг спросил дед Филя.

– Нет еще, — ответила я и, улыбнувшись, добавила, — а вы с какой целью интересуетесь, Филипп Игнатьевич?

– Так может, это — сосватать тебя хочу, — лукаво прищурился дед.

– Да что-то замуж мне не хочется.

– Это неправильно, бабе завсегда мужик нужен, — весомо заявил дед.

– Разве что платье застегнуть, если молния сзади, так можно такие платья не покупать, — пробухтела я.

Слава Богу, мы приехали, а то слушать бы мне еще долго о преимуществах замужней женщины.

Дома царил мир и покой. Мне, как ни странно, все обрадовались. Берт воззрился на меня, как на спасителя Отечества, Ромка забрал у меня куртку, Кузьма потерся о ноги, а Таня спросила.

– Вы обедать будете?

Есть всё-таки мудрость в законах мусульман. Только, чтобы принять её, эту мудрость, надо родится мусульманкой и воспитываться в традициях, а вот мне сложновато всё-таки принять титул "старшей жены".

– Буду. Рома, принеси продукты из машины. Извини, — обратилась к барышне, — икры летучих рыб не нашла. И, кстати, я суши не люблю.

– Алик очень любит, и я хотела…

– Я поняла, что ты хотела, но обойдется он без суши, — резко ответила. — Не женщина, а просто мечта мужчины. Берт, береги её, это же музейный экспонат.

Таня налила мне грибной суп, и откуда только грибы взяла? Как будто подслушав мои мысли, девушка сказала.

– Я в кладовке нашла сушеные белые грибы, вы же разрешили посмотреть.

Я поела, поблагодарила и пересела в кресло, напротив Берта.

– А на что ты живешь, у тебя деньги на поезду в Германию есть? — спросила я.

– У меня был счет, так сказать на черный день, он был на Таню и его не тронули. Там было немного, но еще полгода протянуть можно. Так что деньги не проблема.

– Я еще не знаю, как всё это будет, но компьютерщик согласился и, как только ему оформят шенген, мы сможем вылететь в Мюнхен. Значит так, мне нужны деньги на визу, и вот тебе чек, — я положила перед мужчиной длинную ленточку из супермаркета, — будь любезен оплати. И еще один вопрос. Вы не думали, куда переехать?

Таня что-то уронила на кухне.

– Ты нас выгоняешь? — Берт нахмурился. — Лика, ну, войди в наше положение, куда мы поедем, в Москву опасно, за границу не можем, да и Тане в таком положении все эти переезды не на пользу. Куда нам ехать?

– На Колыму, — зло бросила я. — Какой же ты всё-таки…олень, Берт.

Звонок телефона отвлек меня от сравнительного анализа Берта с представителями парнокопытных.

– Да, Артем, слушаю.

– Лика, я сдал документы. Необходимо оплатить пятьдесят евро.

– Отлично, сейчас переведем, — лицо Берта пошло какими-то пятнами. — Встретимся в пятницу в больнице, — я отключила телефон и усмехнулась. — Что это ты окрас меняешь, вроде время линьки хамелеонов еще не наступило, или я что-то путаю?

Берт что-то пробормотал, а я продолжила.

– Пятьдесят евро переведи Лиле в турбюро на визу.

Таня принесла мне кофе и присела на диван.

– Лика, вы нас простите, если мы сильно мешаем, то, наверное, нам лучше уехать, — вид у неё был потерянный и такой трогательный, что я не выдержала.

– Я не могу выгнать беременную женщину. Живите, черт с вами.

Взяла кофе и вышла на веранду. Сегодня потеплело, но снег в лесу не растаял, в Москве было слякотно, а здесь красиво, тихо. Лишь иногда слышно, как падают снежные шары с мохнатых еловых веток. А ведь скоро Новый год, где я буду его встречать? И что он мне принесет? Кто знает.

– Ох, Ликушка, да пусть Господь пошлет тебе счастья за твою доброту, — приговаривала баба Аня, садясь в машину. — Это ж сколько ты со мной возишься, вот как бы сами добирались? Ох, спасибо.

– Баба Аня, мне не трудно, честное слово.

Артем ехал с нами, но о делах в машине мы не говорили. А когда приехали, я пригласила всех на ужин.

– Я у вас сколько раз была, теперь и вы приходите.

Таня расстаралась, приготовила голубцы, даже торт сделала. Соседи мои стеснялись, ели мало, но постепенно любопытство деда Фили взяло верх.