Чтение онлайн

— Чёрт возьми, он наконец-то загрузился! — воскликнул Марк и в порыве благодарности потрепал парнишку с патчами на лице по плечу. — Эй, народ, не спим! Начинаем тестирование!

По всему залу замигали индикаторы, раздались щелчки переключателей. Программисты начали синхронно вводить команды, их пальцы стучали по клавиатурам в безумном танце отладки.

— Система 3-А, проверка сенсоров… Есть отклик! — долетел из дальнего угла голос Кирилла, узнаваемый своей гнусавостью и плохим выговором окончаний.

— Система 8-Б, тестирование моторики… Всё работает!

— Система 1-В, загрузка алгоритмов… Зависание! — крик отчаяния прорезал тишину.

В воздухе повисло напряжение, как перед чудовищной грозой. Марк приблизился к столу, от которого поступил отклик на зависание, бегло взглянул на монитор и нервно потёр ладони:

— Без паники! Давайте ещё раз прогоним диагностику! — спокойно предложил он.

Кодировщик в мятой футболке с логотипом Linux запустил руки в волосы:

— Да что не так с этой системой? Я уже трижды всё перепроверил!

— Может, она просто не хочет работать в эту пятницу? — пошутил кто-то из угла, но хохма повисла в воздухе.

Программисты, уже не обращая внимания на опустевшие чашки из-под кофе, с удвоенной энергией погрузились в работу. Время шло, но никто не замечал, как за окнами давно стемнело. Впереди была долгая ночь тестирования и отладки, но каждый понимал — от их работы зависит будущее целой линейки роботов.

В какой-то момент все замерли, наблюдая, как на одном из роботов ожил световой индикатор, а затем медленно погас.

— Есть контакт! — раздался общий вздох облегчения.

— Ну что, по кофе? — предложил кто-то.

— Эй, Жёстик, тащи мужикам выпивку! — поддержали возглас слева, и все дружно рассмеялись, понимая, что это только начало их долгой ночи.

Около часа ночи объявился Гена с намерением провести онлайн-конференцию. Марк переборол желание послать приятеля к чертям, заперся у себя в комнате и в раздражении придвинул к себе ноутбук. Запустил видео-чат.

На экране появился Гена. Выглядел он неважно, весь какой-то помятый, взъерошенный. Узел галстука ослаблен и съехал на сторону. Тем не менее он улыбался, пускай и натянуто:

— Добрый ночер тебе, коллега.

— А тебе вечер. Обязательно проводить совещания ночью? У меня голова уже на автопилоте — недовольно пробурчал Марк.

— Да это не моя затея, ты же знаешь.

Приложение сообщило о новом участнике конференции.

В окне собеседников показалась хищная треугольная морда рыжего кота.

— О, вот и всесильный гендир Артемий! Тёмыч, ты посвежел с нашей последней встречи, — глумился Гена.

Послышалась возня, кто-то шикнул "Брысь" и пушистая физиономия сменилась деловитой рожей генерального директора холдинга.

— Самойленко, я бы сказал тебе, кто тут воистину посвежел, да только на рабочих совещаниях не принято материться. Привет, Марк.

Давыдов вяло махнул в камеру, проглатывая широченный зевок.

— Извини за ночные посиделки, но мы тут в Москве малость забегались, — Артём почесал гладко выбритую макушку. — Какие новости?

— К сожалению, порадовать нечем. Процесс настройки и отладки андроидов идет значительно медленнее запланированных сроков, — Марк выпрямился, желая казаться профессиональным.

— Понятно. То есть наши роботы пока что умнее чат-ботов, но глупее среднестатистического менеджера по продажам? — Гена и здесь не упустил случая сострить. За его головой свободно просматривалось панорамное окно с видом на город. В Москве было чуть больше восьми часов вечера, поэтому насладиться ночными огнями никогда не засыпающего мегаполиса не удалось.

— На данном этапе мы включили семь ботов из десяти. Понимаешь, Ген, включили. Сейчас бьёмся с оставшимися тремя. Речь не идёт об их мудрости или глупости. Я пока сфокусирован на другом.

— То есть вы даже не приступали к тестированию? — Артём выглядел разочарованным.

— Почему? Я выделил двоих ребят и подключил Маркуса, — Давыдов потёр виски, чувствуя слабую боль в области лобной доли. — И уже выявил несколько сложностей. Основные проблемы возникают с алгоритмами машинного обучения. Андроиды демонстрируют недостаточную адаптивность к нестандартным ситуациям. Ну и помимо прочего, наблюдаются сбои в работе нейронных сетей при обработке больших массивов данных — это, если что, мнение Маркуса. Сам я до тестирования не добрался.

— Значит, наши андроиды зависают чаще, чем мой старый айфон? — усмехнулся Гена.

Марку захотелось вышвырнуть его из конференции.

— Какие меры предпринимаются для решения этих проблем? — уточнил генеральный, записывая что-то в блокнот. Рядом с ним на столе стояла чашка с неведомым напитком.

— Я привлёк дополнительных специалистов по искусственному интеллекту и машинному обучению. Нашёл всего парочку, Иркутск — это вам не кибер-столица, толковых программистов здесь мало.

Артём снова сделал письменную пометку и спросил:

— Сколько времени потребуется на устранение всех недочетов?

— При текущем темпе работы и с учетом привлечения дополнительных ресурсов, минимум три месяца. Но это при условии отсутствия новых непредвиденных проблем, — Марк знал, что может сократить срок вдвое, но озвучить его означало бы, что он сумеет справиться и за три недели, а это уже миф из разряда фантастики.

— А как обстоят дела с программным обеспечением? — Гена сподобился задать нормальный вопрос.

— С ПО ситуация более ровная, — ответил Марк. — Текущая версия операционной системы андроидов справляется с одновременной обработкой нескольких задач. Критического замедления я не обнаружил. Она, конечно, далека от идеала, но для бытовых нужд сгодится.

— Давайте вернёмся к проблемам, парни, — вклинился в разговор Артём, пролистывая документы. — Что будет, если мы не решим эти проблемы в ближайшее время?

— Думаю, это и так понятно. Риск срыва сроков запуска проекта возрастает с каждым днем. Более того, есть вероятность, что андроиды не будут соответствовать заявленным характеристикам.