Маркус
Шрифт:
Марк и Гена мрачно переглянулись, встали спинами друг к другу и приготовились дать отпор отморозкам.
Холодный ветер свистел в узком проулке, когда пятеро головорезов окружили двоих мужчин. Их тени, искажённые фонарным светом, казались ещё более зловещими, чем их хозяева.
— Ну что, девочки, поиграем? — осклабился главарь, поблескивая складным ножом.
Марк, не теряя времени на разговоры, метнулся вперёд, его кулак, словно кувалда, врезался в челюсть ближайшего противника. Тот отлетел, ударившись о стену с глухим стуком.
Гена, двигаясь с неожиданной для его возраста ловкостью, нырнул под летящую, его локоть с хрустом встретил солнечное сплетение второго нападавшего. В воздухе мелькнула раскрученная цепь — он перехватил её на лету и использовал как хлыст, выбив оружие из руки третьего.
Бой превратился в смертельный танец. Давыдов крутился волчком, его выпады были точны и безжалостны — один противник получил удар в висок, второй схлопотал колено в пах. Гена отчаянно работал локтями и коленями, его движения были расчётливы и достаточно быстры.
Однако долго так продолжаться не могло. Везение и сноровка изменили приятелям. Марк получил сокрушительный удар по печени. Тело моментально парализовало. Жаркая волна заструилась по позвоночнику. Грудь сдавило в отчаянном вдохе, который никак не удавалось завершить. Давыдов потерял ориентацию в пространстве и "удачно" поймал лицом кулак противника. Хряснуло где-то у основания носа.
Гена тоже поддался зуботычине, голова резко метнулась в сторону. Рот наполнила кровавая слюна.
Марк первым пришёл в себя. Растолкал сразу троих гадов, отпихнул ногой четвёртого, который намеревался проломить Гене череп куском трубы. Самойленко благодарно кивнул и наподдал типу, пытающемуся встать у его ног.
Главарь, видя, как его люди один за другим выбывают из строя, взревел от ярости и бросился вперёд, размахивая ножом. Гена, предвосхитив его движение, поймал руку с оружием, провернул и впечатал противника головой в бетонную стену.
Двое смельчаков (правильнее назвать их трусами), увидев, как их главарь без сознания оседает на землю, попытались сбежать. Но Марк, словно хищник, преградил им путь. Его удары были быстры и точны — один получил апперкот в челюсть, второй — тяжеловесный удар под ребра.
Когда всё стихло, двое победителей стояли над поверженными противниками. Их дыхание было тяжёлым, но в глазах горел холодный огонь.
— Курение вредит здоровью, — хрипло произнёс Гена, рукавом вытирая кровь из разбитой губы.
— Загугли определение "семантика этюдности", всяко лучше, чем по подворотням отгребать, — посоветовал главарю нападавших Марк, переступая через распростертое на земле тело.
Переулок снова погрузился в тишину, нарушаемую лишь редким эхом сирен вдалеке.
Мужчины продолжили путь, правда, в более медленном темпе. Гена держался за бок, куда угодил ботинок неприятеля. Марк лихорадочно ощупывал лицо, будто убеждаясь в сохранности костей.
— А что это за дичь, семантика этюдности? — спросил Самойленко, когда они подошли к центральному входу.
— Это особый художественный приём, при котором писатель через детальное описание малого переходит к осмыслению больших вопросов мироздания.
— Вот ты книжный червь, а! — грохнул хохотом Гена. — Напомни мне научить тебя материться, а то ж в люди вывести стыдно. Семантик ты эдакий!
Глава 23
В фойе СПА-центра царил полумрак, разбавленный мягким светом дизайнерских светильников. Лена Соболева, одетая в элегантное платье, остановилась у стойки администратора, вдыхая аромат эфирных масел.
— О, наша тайная поклонница наконец-то решила показаться! — воскликнула администратор, узнав посетительницу. — Рада видеть вас снова. Ваш мастер уже ждёт.
Пройдя по коридору с тёплым мраморным полом, девушка оказалась в предбаннике, где её встретила миниатюрная женщина в белом кимоно.
— Bonjour, ma cherie! (Привет, дорогая — франц. — прим. автора) — воскликнула Марина, всплеснув руками. — Как долго я тебя ждала! Выглядишь немного напряжённой, не так ли?
— Да, работа совсем замучила, — слукавила Лена, снимая украшения. — Хочется хотя бы на пару часов забыть обо всём.
— О, это мы умеем! — заговорщически подмигнула Марина. — Чай с лавандой или, может, что-то покрепче?
После традиционного чаепития с травяным чаем Марина провела гостью в процедурный кабинет, где царил полумрак, разбавленный тёплым светом свечей.
— Знаешь, — задумчиво произнесла Марина, помогая девушке расположиться на массажном столе, — я всегда начинаю с истории. Сегодня у нас будет сказка о том, как принцесса нашла путь к себе через прикосновение волшебных рук.
Пальцы Марины двигались уверенно и нежно, словно рисуя невидимые узоры на коже. Через полчаса Лена уже не чувствовала напряжения в мышцах, а мысли текли плавно и неторопливо.
Она предвкушала встречу с любовником. Вчера Гена позвонил, сообщил, что прилетает поздно ночью, и назначил свидание на сегодняшний вечер. А после разговора от банка пришло уведомление о пополнении её счёта на двести тысяч рублей.
Лена не имела ничего против подобного рода отношений. Ей нравился Гена, возможно, даже чуточку больше, чем хотелось бы. Он был щедрым, ласковым, неистовым в постели и не скупился на подарки. Идеальный вариант мужчины, если ты не ищешь серьезных отношений.
Телефон, оставленный на чайном столике, ожил мелодией входящего вызова. Массажистка с готовностью подала его клиентке. Не глядя на экран, Лена приняла вызов.
— Добрый день, Елена Анатольевна, — приветствовал мужской голос, показавшийся смутно знакомым. — Вас беспокоит Вадим Валерьевич Мартынов, адвокат Полины…
— Вадька, ты что ли? — в изумлении произнесла Лена. — А чего так официально?
— Блин, Ленка, это ты! — вмиг изменился тон собеседника. — То-то я смотрю, фамилия и имя схожи, подумал, совпадение. Ан нет, и впрямь ты! Тесен мир. Ты хоть знаешь, куда вляпалась?
Судя по интонациям, родной брат Эли, именитый московский адвокат по семейному праву, сочувствовал подруге сестры. Ещё бы понять, почему.
— Ты о чём? Куда вляпалась?
— Так ты не дослушала. Меня наняла в качестве адвоката некая Полина Андреевна Самойленко. Понимаешь, куда клоню?