Чтение онлайн

– Да ну, – раздраженно проворчал Ст. Джон (М.). Он снова надел шлем на голову и опять сорвал его в ярости. – Черт! – Порывшись в мешке, Джон вытащил кусок ваты и вставил его себе в ухо. – Так-то лучше. Кстати, у меня, похоже, половина датчиков вышла из строя.

Талберт раскурила трубку и молча стояла, вглядываясь сквозь туман.

– Ты что-нибудь слышал? – спросила она, инстинктивно схватившись за плазменное ружье.

– Ни черта не слышно. – Ст. Джон (М.) потер ухо. – Сверчки щебечут какие-то.

– Да нет, тут дру…

Дикий, душераздирающий крик заставил Джона обернуться.

Визжащую нечеловеческим голосом девушку приковал к дереву какой-то короткий отвратительный червь. Гнусная извивающаяся тварь уже успела обвить ее шею, прижав Талберт к стволу, а затем стремительно потащила ее вверх – из раны фонтаном хлынула кровь.

Онемев от неожиданности, Джон какую-то секунду соображал, затем инстинктивно схватился за гранатомет. Выскочившая в тот же миг из тумана сержант Лэй среагировала еще быстрей, буквально изрешетив из ружья мерзкую гадину.

Талберт шлепнулась о землю, словно мешок с мокрым цементом. Цепляясь руками за землю, девушка продолжала истошно орать, все ее тело сотрясалось в конвульсиях.

Отбросив ружье и вскрыв походную аптечку, Лэй поспешно залепила кровоточащую рану на шее девушки самозатягивающимся бинтом. Плотный бинт начал растягиваться, накрывая собой пораженную область, пытаясь закрепиться на неповрежденных участках кожи, но тщетно – кровь хлестала как из брандспойта: по-видимому, яд уже проник под кожу и разъедал белок.

Схватив походный нож и распоров куртку девушки, Лэй попыталась наложить еще один бинт – но поздно: красно-черные полосы, явные признаки усилившейся деструкции кожной ткани, поползли по всему телу несчастной. Кожа от места раны начала лопаться, обнажая заливаемые чернеющей кровью внутренности.

Все было кончено. Дернувшись всем телом в последний раз, Талберт испустила дух. Ее обмякшая грудь превратилась в жидкий студень, медленно стекавший в открывшееся чрево.

Бледная как смерть Лэй попятилась назад. Казалось, что трагедия длится уже не менее часа, хотя прошло всего несколько минут.

– Что вы тут сгрудились, мать вашу? – прорычала Косутик, протиснувшись вперед и обращаясь к взводному сержанту. – Ну-ка, быстро рассредоточились по периметру! Устроили тусовку! – Пехотинцы, окружившие труп, стали расходиться по своим местам.

– Так, ну что тут опять произошло? – Косутик взглянула на скелет, лежавший у ее ног, и побледнела. – Дьявол! Кто это сделал? И чье это тело?

– Это была… Это… – бессвязно бормотал Ст. Джон (М.). Он в безумии вращал своим гранатометом, нацеливаясь на верхушки деревьев. Джон, очевидно, еще не оправился от шока, и Косутик повернулась к Лэй. Девушка держала в руках ружье и широко открытыми от ужаса глазами оглядывала деревья.

– Он был похож на червяка, – Лэй кивнула на беспозвоночную тварь, валявшуюся у подножия дерева. – Он укусил ее или ужалил. В общем, что-то в этом роде. Когда я подбежала, он пытался затащить ее на дерево. Я убила гадину, но Талберт, Талберт… – Лэй замолчала– ее тошнило.

– Теперь она… – вот, – выдавила она из себя. Косутик достала походный нож и проткнула им кожу твари. Внутренности червяка были устроены довольно хитро, спина сплошь покрыта голубоватыми пятнами. Кусок длиной около десяти сантиметров, который рассматривала Косутик, относился, по всей видимости, к хвостовой части – голова твари куда-то отлетела после выстрела. На хвосте явно различались несколько чешуйчатых ножек с зацепками. На одной из зацепок еще держался кусочек коры. Назначение головной части твари можно было не комментировать… Косутик встала, заткнула нож обратно за пояс и вытерла руки.

– Гадость.

Из тумана показался капитан Панер в сопровождении Роджера и его пенистого любимца.

– Проблемы, старший сержант?

– Да уж, – зловеще проговорила Косутик, разминая пальцами мочку уха, – отвратительное место.

Корд, пощелкивая пальцами, также подошел к группе, окружившей скелет.

– Куолы ядэнов, – сказал туземец. Косутик вопросительно взглянула на Роджера.

– Он сказал, что это вампиры, ваше высочество? – Косутиковский чип мгновенно перевел слово «ядэны», второе же слово в базе отсутствовало.

– Может быть, это дети вампиров? – предположил Роджер. У принца было странное, отсутствующее выражение лица, и Косутик сообразила, что, по-видимому, он мысленно пытает свой чип. – Я начинаю думать, что программа-переводчик предлагает чересчур много вариантов ответа. Скорее всего, слово переводится как «личинка», а может быть, это какая-то разновидность вампира.

– И как нам с ними бороться? – Ганни Лэй понемногу оправлялась от шока и с жалобным видом глядела на принца. – Талберт была хорошим воином. Эту тварь совершенно невозможно вовремя заметить. Не было никаких движений. Датчики температуры ничего не фиксировали. Может, вокруг нее есть какое-нибудь электрическое поле?

Пенистый похлопал нижними руками и напрягся всем телом. Затем, оглядевшись, опять похлопал руками и набросил накидку на голову, плечи и шею.

Роджер внимательно следил за жестами туземца, пытаясь одновременно врубиться в его бормотание.

– Я думаю, – нерешительно продолжал принц, – что нам следует быть предельно внимательными. Мардуканец говорит, что наблюдает за нами и считает, что мы очень беспечны и обращаем внимание не на то, что нужно. Он также добавляет, что эти черви маскируются в деревьях так, что их почти не видно. Поэтому нам также следует накинуть что-нибудь на голову и плечи – так будет безопаснее.

Корд выдал очередную порцию звуков и показал на деревья. Сдернув с себя накидку, он опять похлопал руками. Роджер кивнул и невесело усмехнулся.

– Он сказал, что эти твари – пожалуй, самые отвратительные в этом лесу, но не самые опасные. Они не умеют быстро перемещаться, но могут поранить. В общем, их вполне можно убить копьем. Он сказал, что еще нам могут попасться какие-то атул-грэки и что эти гусеницы-убийцы иногда селятся группами.

– Вообще, он философски относится ко всему этому, – добавил Роджер. – Это его характерное похлопывание означает сомнение. Короче, он считает, что жизнь – сплошная неприятность.

– И что мы умрем, – злорадно заключила Косутик. – Ладно, бог с ним.

Неожиданно оступившись на грязном склоне, Элеонора больно ударилась копчиком. Ушиб неприятно отдался по позвоночнику, и О'Кейси заскользила вниз. Она пыталась карабкаться и судорожно цеплялась за торчавшие из земли корни, но все безуспешно. Наконец чья-то рука ухватилась за рюкзак на ее спине. Оглянувшись через плечо, она устало улыбнулась своему спасителю. – Спасибо, Костас.

Перекатившись на живот, Элеонора попробовала подняться, но не смогла. Она пыталась прийти в себя. Два изматывающих дневных перехода по невыносимой жаре, с утопающими в грязи ногами, с жалящими насекомыми, с ноющими мышцами спины и ног – все это было чересчур для хрупкой женщины.