Чтение онлайн

– Идем на юг.

Мы вышли из поселка. Терри все это время не опускал дробовик, держа его наперевес, причем ствол как-то ненавязчиво глядел в мою сторону. Когда мы отошли шагов на двести, мусорщик спокойно поинтересовался:

– Да, кстати, Джон, если не трудно, - конвойную карту.

Я ухмыльнулся, неспеша достал пластиковый прямоугольник и протянул ему.

За документы я был спокоен. Только прямая проверка доказала бы, что в Конвойной службе не числится сотрудника с таким именем. Лимитс взял его в руки и внимательно изучил.

– Конвойный сопровождающий третьей степени, значит… Двенадцать лет службы, из них семь в секторе D. Что такое сектор D, Джон?

– Малоосвоенные планеты, пребывание на которых сопряжено со значительным риском для жизни. Там обычно расположены тюрьмы для особо опасных преступников.

– Ага… Ясно. Ты один здесь, Джон?

– Ну да. Мой беглец не настолько крупная шишка, чтобы стоило отправлять на поиски группу.

Он вернул мне карточку и опустил ружье, после чего снял с ремня на груди портативную рацию:

– Девон вызывает Калахари, прием.

Рация тихонько зашипела.

– Калахари слушает, прием.

– Продолжаю двигаться прежним маршрутом. У меня два-пятнадцать – встретил в Кемел-Зе.

– Гражданский?

– Нет, Конвойная служба СБП, документы в норме. Один, ищет беглеца.

– Понял вас, Девон. Продолжайте движение, конец связи.

Терри убрал рацию и быстро перезарядил дробовик.

– Сколько нам идти, сержант?

– Если рысью – около часа. Вперед.

Через полчаса бега мы перешли на шаг, чтобы передохнуть.

– Сержант?

– Да, Джон.

– У вас должно быть тяжелая работа, а?

– Хватает, Джон.

– Всегда бегаете по лесу в одиночку?

Терри остановился на секунду, внимательно глянул на меня и зашагал дальше.

– Нет, Джон, никогда. Ну разве что, если что-то пойдет не так. В этот раз все пошло просто псу под хвост. А подробности тебе ни к чему, верно ведь? Я же ничего не спрашиваю у тебя о твоем беглеце, так? Ну вот. Давай-ка бегом.

Еще через полчаса мы вышли из леса к полевому лагерю, который был разбит у подножия Хогвардских гор. Несколько БТР на воздушной подушке, десяток палаток и металлический контейнер-штаб. Мы зашагали прямо к нему и Лимитс, козырнув часовому у входа, зашел внутрь, махнув мне рукой. На столе стоял «Геккатонхейр» – установка связи-слежения высшего класса точности, двадцать четыре часа в сутки с помощью спутника обозревающая наш голубой шарик. У стола высокий крепкий мужик в форме СО с погонами капитана. Мужик был седой, уставший и нервно курил.

– Лимитс? Наконец-то, - он перевел взгляд на меня.

– Это конвойный из Кемел-Зе, о котором я докладывал, Джон Макклеллан.

Терри оглянулся на меня. Я выступил вперед.

– Сержант Макклеллан, если так удобнее, - конвойный третьей степени это примерно сержант.

– Капитан Такер, 3-й отряд СО. Сержант Макклеллан, подождите у входа, мне надо поговорить с сержантом Лимитсом.

– Да, сэр.

Я вышел и задумался. Уборщики явно вляпались во что-то серьезное. Видимо, проводили рейд и облажались по полной. Почему – не столь важно, ведь вещи я уже взял, а значит, надо было валить. Я огляделся. Несколько солдатиков, свободных от дежурства, курили и бродили неподалеку. Похоже, основные силы еще шатались по лесам.

Вот он - современный мир. Равнодушный, как задница у путаны. Ты никому не нужен и дела до тебя никому нет. Я чуть не прослезился и, мысленно благодаря этих бравых ребят за первоклассное разгильдяйство, тихонько зашагал к краю поляны. Желания отвечать на вопросы капитана Такера я не имел.

Что интересно, меня никто не окликнул и даже не выстрелил вслед, хотя я и ждал.

Отойдя от поляны шагов на сто, я перешел на бег.

В горы. Надоела мне, знаете ли, городская жизнь. Кроме того, вздумай мусорщики меня разыскивать, в горах мои шансы возрастали в разы. Я бежал километр за километром. Карту местности я вбил себе в память еще полгода назад.

Через полчаса я вышел к широченному ручью, который грохотал по каменным берегам, рождаясь от небольшого водопада в двухстах метрах выше. Ему не суждено было стать полноценной рекой, но безобидным его назвал бы лишь псих.

Шагах в пяти от воды был врыт в землю невысокий столб с табличкой на межпланетном – «Хогвардские горы, Шуумский ручей, переправа без проводника запрещена» - и ниже то же самое еще на доброй дюжине языков и наречий.

На столб был насажен череп в бандане с остатками длинных волос, а поперек официального текста черным выведено – «В ком юмор вызывает зло, тому с умом не повезло» - на русском.

Верю.

Что ж, стало быть, служба лесничества заглядывает сюда нечасто, что мне было только на руку. Я вынул из подсумка запасную флягу, наполнил ее от ручья, бросил обеззараживающие таблетки, затем напился и вошел в воду.

Держась у самого берега, осторожно двинулся вверх по течению. Минут через десять, когда рев падающей воды заполонил собой все вокруг, я, стирая с глаз водяную пыль, очень медленно и аккуратно шагая, по камням перебрался на другой берег. Не сказать, чтоб это было легко, но, должно быть, у меня в роду были ящерицы.

Я огляделся. Жаль, что я не художник. А может, и нет…

Глядя на долину далеко внизу, на стены и крыши Акрополя, едва различимые в отступающих сумерках, на горы по левую руку, я отчего-то вспомнил Бангкок. Почему? Не знаю. Должно быть, и там и здесь была какая-то схожая безмятежность. Я тогда просыпался рано утром в местной гостинице и бегал в маленьком парке, а на меня смотрели каменные Будды, довольно равнодушно, впрочем. Затем я бежал к морю и плавал до изнеможения в прозрачной воде. Там тоже были горы, туман также окутывал острые пики, но тайские горы были теплыми, ленивыми, влажными и без малейшего намека на суровость. Горы Хогвард, поросшие мхом и соснами, обильно присыпанные снегом, к симпатиям были явно не расположены. Что ж, тем лучше, туристы мне здесь были не нужны.

Кусты внизу, там, где я вышел к ручью, задрожали и я плашмя упал за ближайший валун. К воде вышел красавец-олень, лениво глянул в мою сторону и принялся пить.

Я подождал минут десять, но больше никто не появился. Я встал, подобрал рюкзак и запустил в оленя камешком, который отскочил от рогов. Он медленно повернул ко мне морду, - плюнул, кажется, - и лениво потрусил вниз по ручью. Выйду на пенсию, займусь оленеводством…

Я направился на север, наслаждаясь свежим воздухом и просыпающимся лесом. Зараженная зона с чертовщиной и мусорщиками осталась позади и, насколько я понимал, никто за мной не гнался, в противном случае в небе уже давно кружили бы вертушки. Я выбросил из головы прошедшую ночь и заново посмотрел на ближайшее будущее. В пятнадцати километрах на север есть городок Пиджин-Крик. Ничего особенного, обычный город глубинки, три тысячи жителей, в основном люди. Там я достану еду, а при необходимости патроны и транспорт. Первое время я проведу в лесу, а там видно будет. На ближайшем привале свяжусь с Йоргеном, он еще в Акрополе намекал насчет какой-то работы, а потом будем планировать дальше.

Я шел по лесу и вспоминал другой лес. Операция «Глэйсер» в горах Пилонезии. Лес был очень похожим – снег, горы, туман, изредка солнце, разве что сосны росли погуще. Те, кого мы искали – они были местные, каждый из которых вырос поблизости и эти заросли они знали, как свои пять пальцев. Точнее, шесть – у пилонезийцев по шесть пальцев.

В то утро мы шли по этому лесу, вытянувшись цепью, - шагали по сырому коричневому ковру из листьев и хвои, и каждый из нас затылком чувствовал, что будто бы сотни глаз со всех сторон наблюдают за нами. Папаша Джек шел первым, я – замыкающим, всего шестеро и все мы ежесекундно ожидали первого выстрела. Чтоб броситься на землю и стрелять в ответ. Но все было тихо. И мы спокойно дошли куда хотели. Потом, правда, мы узнали, что нас все же вели, давая подойти поближе. Но их это все равно не спасло…