Чтение онлайн

Я забрал свои покупки, расплатился и вышел. Снова видеться с шерифом желания не было ни малейшего, потому я закинул мешок за спину и сделал большой крюк, обходя его контору и всю главную улицу целиком. Я шел у самой стены города, где дома были похуже и победнее, а в переулках плясали пыль и мусор. Я шел к западным воротам, уповая на то, что шериф Хогбен не такой параноик, как я и что местный патруль у западных ворот не имеет приказа шерифа не выпускать австралийского геолога вплоть до особого распоряжения и проверки документов в департаменте виз Австралии.

Сомневался я зря, все обошлось, патрульный глянул на карточку и пожелал удачного отдыха на планете.

Я зашагал по небольшой тропке, которую местные натоптали среди сосен и кустов можжевельника, но метров через триста, когда меня уже нельзя было разглядеть с поста, ушел в сторону и двинулся к горам. Так я шел полчаса, жуя сухарь и запивая его водой из фляги. Я шел к Оукин-хилл, старой угольной шахте, которую закрыли лет двадцать назад, но до сих пор отмечали на картах. Там я рассчитывал устроиться на сколько-то дней, пока, связавшись с Йоргеном, не станет ясно, что делать дальше.

Лес жил своей жизнью, солнце взошло уже довольно-таки высоко, становилось все жарче и жарче. От травы, кустов и хвойных веток поднимался пар прошедшего ночью дождя. Часа через три, сверяясь с картой, я вышел к шахте.

Вход был полузавален, потолок местами обрушился, но, в общем и целом, я туда пролезал. Я вынул «глок», снял с предохранителя, а в другую руку взял фонарь. Прислушался пару минут, а затем осторожно шагнул внутрь. Шаг, еще один, влево, вправо, - никого. Темный коридор закончился метров через тридцать небольшой пещерой. От нее отходили два одинаковых туннеля и оба были завалены, так что я поневоле остановился. Моей ноги что-то мягко коснулось, я глянул вниз – крыса. Самая обычная серая крыса, не очень крупная, не мутант. Видели когда-нибудь крыс в Припяти? Вот это я понимаю, - крысы. Одной можно завтракать неделю, если не боитесь заразы.

Я почувствовал легкий сквозняк, постоял, прислушиваясь, потом вынул зажигалку. Точно, огонек плясал меж двумя взорванными тоннелями, не зная, какой выбрать. Отлично, стало быть, можно развести небольшой костер, не боясь, что дым вытянет наружу или я задохнусь. Детектор узнал только крыс, сам я тоже никого не приметил, - о’кей, стало быть, останемся здесь.

Я вышел наружу набрать веток для костра. Постоял секунду на пороге, чтобы прилепить к стене у входа ик-датчик слежения – все, что крупнее кошки, вздумай оно войти внутрь, отобразится у меня на кпк.

Еще минут через двадцать я сидел у небольшого костерка и ужинал тушенкой с бобами, разогретыми тут же на углях. Пустые банки забросил подальше в завал одного из туннелей, достал кпк и вызвал Йоргена.

– Давненько не видел тебя, парень, - Йорген как всегда курил сигару, - где ты сейчас?

Мне он всегда напоминал Стейси Кича, когда тот играл Майка Хаммера[3] в позапрошлых восьмидесятых. Он был шведом с комплекцией и темпераментом медведя и, притом, одним из лучших хай-тек шпионов, которых когда-либо знал этот мир. У Йоргена было всего три слабости – виски, торты и сигары, но старик знал меру. По его собственным словам, он выкуривал не больше одной сигары в день, а что касается тортов – не знаю, как ему это удавалось, но его выправке позавидовал бы любой армейский сержант.

– Недалеко от Акрополя, дышу свежим воздухом. Что за работа?

– Не спеши. – Он выпустил облако дыма и задумчиво покачался в кресле. – Тебе что-нибудь говорит имя Вольф Ягли?

– Бесноватый мужик, клоун на выходе – политик в правительстве Нева-Каваллы планеты Бетранк. А что?

– Он - цель.

Я помолчал минуту, раздумывая. Йорген меня не торопил, покачиваясь в кресле и дымя сигарой.

Папаша Джек учил так – перед тем, как согласиться на заказ, всегда задай себе два вопроса: первый – станет ли мир чище, если заказ будет выполнен, второй – какими будут последствия выполнения заказа. Религией здесь и не пахло – голый прагматизм. Джек «Прайс» Траутмен был солдатом и у него была честь. Не бездумно-самурайская, а более чем человеческая. Если ты убьешь подонка и развяжешь тем самым гражданскую войну или массовые зачистки, значит, ты выбрал неверное время, место или способ, а может, все сразу. Вот почему подобные заказы мы почти всегда обставляли как несчастные случаи. К судьбе, как известно, не придерешься.

Ягли был политиком в значении урод. Каваллийцы были простыми людьми, падкими до зрелищ, но не до собственной судьбы - до тех пор, пока не начинало припекать, конечно. А Ягли был знатным зрелищем. Он был шут, который создал себе популярность на дебильно-патриотичных полуфашистских лозунгах в том подобии демократии, которое называлось государственным строем на территории Нева-Каваллы. На самый верх не рвался, взамен имея очень теплое место у самой кормушки.

– Ну, хорошо, допустим. По первому пункту все ясно, а что со вторым?

– Он никому особо не нужен. – Швед пожал плечами. – В любом случае, не мне тебя учить, как делать твою работу. Ягли недавно был назначен послом Каваллы здесь, на Вердане. В Акрополь прибывает через неделю.

– Можешь что-нибудь рассказать о заказчике?

Йорген хмыкнул.

– Знаешь, кто такой Ромул Полукс?

Я порылся в памяти.

– Футболист, играл за сборную Аргентины лет двадцать назад.

– Нет, Марс, - Йорген улыбнулся в седые усы и покачал головой. – То есть, может и да, но наш Полукс точно не футболист.

– Наш? Он заказчик?

– Да. Полукс один из самых крупных нефтепромышленников с Земли. Начинал с нескольких нефтяных вышек в ЮАР. В дальнейшем расширил свою империю, прикупив пару десятков газет, журналов, телеканалов и радиостанций по всему миру.

История такова – у Полукса была дочь. Ровена Полукс. Была – до мая этого года. Как многие избалованные дети от нечего делать увлеклась молодежными движениями радикального толка. В мае участвовала в митинге молодежной организации «Кастус» при партии Вольфа Ягли. Ягли появился на трибуне в начале митинга и произнес свой обычный бред – что-то там за чистоту расы – затем кто-то из молодежи внезапно достал пару обрезов и завязалась перестрелка с полицией. Ровена была убита шальной пулей. Полукс пробовал привлечь его по суду, но у него ничего не вышло.

– Так… А не подстава ли это?

– Нет. Маловероятно. Полукс вышел на меня по цепочке из трех человек, все трое весьма надежны. Он не настаивал на личной встрече, ему не нужна видеозапись или что-то подобное. Он не выдвигал условий по поводу времени, места и способа. В общем, он просто хочет отомстить за своего ребенка, а собственными силами ему Ягли не достать.

– Хм. А что вообще есть по объекту?

– По прибытии он остановится в отеле «Голден Плаза», номер уже забронирован. Затем неделя показухи – встречи с политиками, бизнесменами, деятелями культуры и шоу-бизнеса. Затем переезжает на загородную виллу в семи километрах от города, арендованную для него посольством в качестве временной квартиры. Дальнейшего расписания пока нет.

– А эти политики неплохо живут, а, Йорг?

– Да, неплохо, - старик усмехнулся, - если не считать того, что в один прекрасный момент каждого из них может навестить кто-то вроде тебя.

– Хорошо. Мне нужны подробные планы отеля, виллы и консульства, затем – перечень всех мероприятий с указанием мест проведения, но пока без деталей. Дальше – подробное досье на объект – родился, женился и т.д., особенно болезни и увлечения.

– Уже сбрасываю, Марс. Что-нибудь еще?

– Да. Что с оплатой?