Чтение онлайн

Он только рассмеялся, заметив, что она еще ребенок и ничего не понимает в жизни. Это было ударом по ее самому больному месту, и Марта замкнулась в холодно-враждебном молчании.

Они вошли в холл ресторана Макграта. Марта шла немного впереди, здороваясь, как всегда, со знакомыми, но в их улыбках и приветственных помахиваниях рукой уже не чувствовалось прежнего одобрения — сомнений на этот счет быть не могло: завсегдатаи Спортивного клуба наблюдали за ней с таким видом, который, вежливо говоря, не требовал комментариев.

Марта выбрала столик, и Адольф покорно сел с ней рядом. Говорить обоим не хотелось, и они молча пили — пожалуй, быстрее обычного. Как только стаканы их опустели, он заметил, что ей, наверно, не терпится уйти, и она тотчас встала и вышла из ресторана.

Нагнав ее, он спросил, но без обычной вкрадчивой неуверенности:

— Поедем ко мне?

Она ответила, что поедет домой: ей нужно написать кое-какие письма.

Она никогда еще не видела его таким угрюмым и настойчивым.

— Послушай, я хочу, чтобы ты поехала ко мне, — сквозь стиснутые зубы проговорил он.

Никогда еще он так не настаивал — решать обычно предоставлялось ей. Но сейчас она заупрямилась.

— Нет, — холодно сказала она, — я поеду к себе.

Он схватил ее за руку.

— Ты никогда не приходишь ко мне, когда я хочу, а только когда тебе вздумается.

Это уж было явно несправедливо: ей казалось, что она мягка с ним и покорна, ибо, вспоминая об их связи, обычно видела себя такой, какой бывала в минуты нежности, следовавшие за минутами любви. Она выдернула у него руку и, повернувшись спиной к машине, возле которой они стояли, заявила, что пойдет домой пешком. Он побежал за ней, встревоженный, уже чувствуя себя виноватым.

— Ты хочешь, чтобы я поехала к тебе, только… только чтоб доказать самому себе свою власть надо мной! — заявила она. Лицо его потемнело, и ей внезапно так захотелось бежать от всего этого, что она просто повернулась к нему спиной и сказала: — Оставь меня в покое. — И, подумав немного, бросила через плечо: — Увидимся завтра.

Она решительно зашагала по главной улице и вдруг услышала позади себя шум нагонявшей ее машины; она ускорила шаги, решив, что это, должно быть, Адольф, но позади раздался веселый резковатый голос:

— Куда ты так спешишь, Мэтти?

Она остановилась, не сразу сообразив, что это Донаван. А он сказал:

— Да, дорогая Мэтти, я искал тебя. Ну, прыгай в машину.

— А зачем я тебе понадобилась? — садясь в машину, спросила она.

— Мне лично ты не нужна, дорогая Мэтти. А вот Стелла хочет с тобой поговорить кое о чем. Я сказал, что едва ли смогу оторвать тебя от твоего восхитительного нового знакомого, но, по счастью, мы как раз проезжали мимо, когда вы с ним ссорились, и я воспользовался этим.

— А зачем я ей понадобилась? — спросила Марта тоном обиженного ребенка; Донаван не ответил, продолжая молча вести машину.

Мимо пронесся автомобиль, и Марта невольно покосилась на него — не Адольф ли это. А Донаван сказал:

— Ты, конечно, знаешь, где найти своего воздыхателя, если он тебе потребуется?

— Что ты хочешь этим сказать? — спросила она.

Они как раз подъехали к перекрестку: ее дом был ярдах в двухстах отсюда, за поворотом, а до кваргиры Мэтьюзов оставалось еще два квартала.

— Твой восхитительный поклонник обычно вот тут поджидает тебя, — сказал Донаван, указывая на заросшую травой площадку у перекрестка. — Да, дорогая Мэтти, когда ты ложишься в свою девичью постельку, он сидит здесь в своей машине и наблюдает за входом в твой дом, чтоб быть уверенным в твоей верности, а весь город хохочет, — с жестокой издевкой добавил он и искоса взглянул на нее, чтобы узнать, какое впечатление произведут его слова.

Она была сражена.

— Неправда, не может этого быть, — пробормотала она наконец.

Он расхохотался:

— Оглянись.

Она оглянулась. Кварталах в двух позади них медленно ползла машина Адольфа. Самый вид ее был неприятен Марте, и она невольно передернула плечами, точно сбрасывая с себя тяжелый груз. Потом холодно заметила:

— Это еще ничего не доказывает.

Они подъехали к многоквартирному дому. Донаван быстро остановил машину и выскочил на тротуар. Марта увидела, что он машет Адольфу, машина которого стала было заворачивать в переулок, но потом выровняла ход и подрулила к ним. Донаван, приняв необыкновенно решительный и мужественный вид, сделал несколько шагов ей навстречу, повелительным жестом поднятой руки остановил, просунул голову внутрь и заговорил с Адольфом. Марта мельком увидала беззащитную улыбку на лице Адольфа.

Донаван вернулся, и Марта спросила:

— Что случилось?

— Ничего особенного, дорогая Мэтти. Иди наверх и побеседуй со Стеллой, она тебе все объяснит.

Поднимаясь в лифте, они избегали смотреть друг на друга. Сейчас Марта ненавидела Донавана. Не может быть, говорила она себе, чтобы Адольф шпионил за ней.

Однако внутренний голос твердил ей, что, увы, это вполне возможно и очень похоже на него. Борясь с этим новым для нее открытием, Марта вошла в квартиру Мэтьюзов. Эндрю и Стелла ждали ее. Эндрю был смущен, но старался скрыть это под маской человека, взявшего на себя тяжелую обязанность, а Стелла сидела на диване с таким лицом, точно ожидание было для нее пыткой. Когда Марта вошла, она вскочила и подбежала к ней. Дав себя поцеловать, Марта спросила:

— В чем дело?

Стелла обняла ее за плечи и, слегка сжимая в объятиях и как бы говоря: «Потерпи немного», подвела к дивану, а сама уселась напротив, наклонившись вперед. На Стелле было черное нарядное платье, расшитое блестками, — Марта сразу обратила на него внимание и решила, что оно слишком кричащее, но это не мешало ей волноваться, ожидая, что скажет Стелла. У Стеллы была новая прическа — волосы мягкими, блестящими волнами лежали на ее маленькой головке; продолговатое, густо накрашенное лицо было почти абрикосового цвета, глаза возбужденно блестели, хотя она и старалась подавить в себе возбуждение и казаться уравновешенной молодой женщиной.

— Дорогая Мэтти, — неторопливо, тихим голосом начала она, и Марта сразу ощетинилась, почувствовав ложь. — Мы считаем своим долгом сказать вам — нет, помолчите минутку (при слове «долг» Марта удивленно подняла брови), дайте мне кончить, Мэтти.

Марта взглянула на Донавана, с жадным любопытством наблюдавшего за этой сценой; потом перевела взгляд на Эндрю, по лицу которого видно было, что он вынужден соглашаться с женой, если даже ее слова являются для него неожиданностью. Он явно избегал встречаться взглядом с Мартой, молча взывавшей к нему о помощи.