Чтение онлайн

…

[Создан источник энергии «Палладиевый Реактор». Сложность: Продвинутая. Получено +10 ОР!]

1930 ОР. С куста. Точнее, с пятнадцати реакторов.

Честно говоря, я думал, Система срежет награду. Я ведь откровенно читерил, используя лабораторное оборудование стоимостью в сотни миллионов для максимальной оптимизации. Но, с другой стороны, я же лично контролировал каждый процесс от начала и до конца. Своими руками, своим вниманием. Это не таблетки, где закинул реагенты в реактор и ушел.

Вспомнив про автоматику, я посмотрел в цифровой лабораторный журнал. Вся партия из ста зелий уже была готова, она сработала идеально.

—————

Утро 11 Октября, Воскресенье.

Закончив последнюю партию таблеток усталости, я с облегчением выдохнул. Заказ ЩИТу успешно завершен. Теперь Добби свободен.

Почему я вообще так зациклился на этом заказе, вместо того чтобы немедленно заняться своей безопасностью или Гидрой? Ответ прост: я делал это именно ради Гидры.

Если я хочу решить проблему с этими ублюдками если не раз и навсегда, то хотя бы на длительный срок, я просто обязан получить всестороннюю поддержку Фьюри. Его люди, его ресурсы, его влияние… Силами одного человека против такой махины не выстоять.

И сейчас, пока у меня есть короткая передышка — ведь для моей последующей ликвидации потребуется кто-то гораздо серьезнее, чем последняя группа мета-наёмников, а такого еще нужно найти… В общем, сейчас нужно действовать.

Мои мысли прервал звонок на лабораторный телефон. Питер. Проснулся наконец.

— Ты в порядке? — голос у него был встревоженный. — Я уже еду!

— Все под контролем, Питер. Приезжай.

Хорошо. Приставленный Фьюри мета-агент уже должен был занять позицию и наблюдать за зданием. Здесь теперь безопаснее, чем у него дома. Есть шанс, что за следующие три дня он действительно завершит полную духовную настройку.

Через полчаса он буквально влетел в комнату отдыха, где я его ждал.

— Кто это был? Кто проник в лабораторию? Они что-то ценное украли? Ты успел вовремя? — завалил он меня вопросами.

— Очередные мета-наёмники. Очередная контора. Ничего нового, — я пожал плечами, стараясь говорить спокойно. — Я успел с ними разобраться, все украденное добро вернул. А главное, я полностью закрыл заказ ЩИТа. Теперь могу наконец заняться личной безопасностью.

— Личной… безопасностью?! — Питер вытаращил глаза, снова окинув взглядом мою изменившуюся фигуру. — Куда уж больше?!

— Силы много не бывает, Питер. Особенно в этом мире, — я устало выдохнул. — Ты, как никто другой, должен это понимать. Поэтому я оставляю тебя здесь. Медитируй. А я откланяюсь. Встретимся через трое суток.

— Боюсь представить, что за эти трое суток произойдет, — пробормотал он.

Я его прекрасно понимал.

— Я тоже, — ответил я, направляясь к выходу. — Поэтому и нужно форсировать события, пока наши враги не очухались.

Оставив Питера в комнате отдыха, я вернулся в инженерную лабораторию. По пути набрал Гвен и попросил ту приехать. Она, хоть и удивилась, ответила согласием.

Пока она ехала, я приступил к подготовительному этапу: проектированию ткани для ее нового, особого костюма.

Основа — нейро-синтетическая подложка. В биохимической лаборатории я запустил процесс создания кастомного полимера. В его основе — синтетический белок, имитирующий структуру паучьего шелка (для непревзойденной прочности и гибкости), который я «сшил» с токопроводящими углеродными нанотрубками (для идеальной проводимости).

Лично контролируя процесс синтеза и ориентируясь на знания инженера из будущего, я вручную корректировал температуру и давление в реакторе с точностью до тысячных долей. На выходе я получил 100 % идеальный полимер: эластичный, как резина, прочный, как кевлар, и проводящий ток лучше меди.

Следующим этапом я загрузил этот полимер (уже в виде нитей) в те самые роботизированные сборочные станки с ткацкими головками, что остались после «Протея». Я вручную запрограммировал 3D-плетение: более плотное в области торса для защиты, сетчатое в подмышках и на сгибах для вентиляции, и со встроенными полыми микроканалами для будущих систем.

Костюм-основа вскоре был готов. Он был черным, матовым и, я знал, будет сидеть на Гвен идеально (спасибо абсолютной памяти и Мастеру-часовщику).

Как раз в тот момент, когда манипулятор аккуратно снял готовое изделие со станка, двери лаборатории открылись, и в нее зашла Гвен.

— Офигеть… — было первым, что она выдохнула, когда я открыл ей дверь лаборатории. Ей пришлось буквально задрать голову, чтобы посмотреть мне в глаза. — Это… как?!

— Свои методы усиления, — пожал я плечами, пропуская ее внутрь. — Но сейчас речь пойдет о тебе. Точнее, о новом костюме для тебя.

— Эй, ты же не сказал взять старый! Мне придется возвращаться! — воскликнула Гвен.

— Не придется. Модернизировать прежний пока не нужно. Сейчас я создаю совершенно новый. Для одной, узкоспециализированной задачи. Ближайшие несколько дней будут… насыщенными.

— Что-то случилось? — тут же с беспокойством поинтересовалась Гвен. — И что это за задача?

— Случилось, — кивнул я, становясь серьезным. — Меня не хотят оставить в покое, поэтому пора наносить превентивный удар. Что касается костюма… он превратит тебя в «Призрачного Паука», — с небольшой ухмылкой произнес я это пафосное название. — В абсолютно невидимую и неуловимую версию самой себя. Придется пожертвовать почти всей защитой и большинством технических модификаций. Я создаю его не для прямых атак, а для одной-единственной миссии. Об этом… позже. — сам пока обдумываю варианты.

— Звучит… страшно, — честно признала Гвен. — Но сам костюм… Невидимость? Это слишком хорошо, чтобы быть правдой. Прямо плащ-невидимка какой-то.

— Плащ-невидимка в сравнении с этим — дефектная технология, — мы как раз добрались до инженерной лаборатории, где на стапеле висел черный матовый комбинезон. — И вскоре ты в этом убедишься.

Я жестом предложил ей присесть, а сам закинув в себя таблетку НЗТ и отрешившись от всего внешнего мира, вошел в то, что можно было назвать «состоянием потока». Сотни параллельных инженерных задач, обрабатываемых одновременно, — это была моя нынешняя реальность.

Цель: в кратчайшее время создать костюм с максимальным уровнем скрытности. Начать следовало с визуальной невидимости.

Принцип был максимально прост в теории и дьявольски сложен в исполнении: заставить свет огибать костюм. Чтобы это сработало, костюм должен в реальном времени делать две вещи: первое — понимать, какой свет и под каким углом на него падает; второе — активно преломлять этот свет, чтобы он обогнул тело и вышел с другой стороны.

Придется создавать «бутерброд» из двух активных слоев поверх базовой ткани.