Чтение онлайн

– Но ведь… это дело рук Эббота.

– Судья с вами не согласится. К тому же Эббот мертв, а вы живы-здоровы. Вы желали обманным путем получить незаконную прибыль. А это прямой путь на виселицу. Понимаете, к чему я клоню?

Джонсон энергично закивал.

– Берегитесь, – произнес я, прислоняясь к стене. – Будете и дальше продолжать в том же духе – распрощаетесь с головой.

Половой не мог выбрать лучшего момента, чтобы подойти к нам с кувшином эля. По моему кивку он наполнил обе кружки. Вцепившись в свою, Джонсон сделал большой глоток.

– Признайтесь, – продолжил я. – Вы ведь именно так зарабатываете себе на хлеб? К вам в «Синий куст» отправляют жирного гуся, вы его ощипываете, а потом делите прибыль с сообщниками.

Щеки Джонсона снова стали красными.

– Если человек любит играть, я ведь не могу ему этого запретить. Он же все равно с кем-нибудь сядет за стол, так почему бы не со мной?

– «Синий куст» своего рода механизм, назначение которого – отделять от людей их деньги, и вы в этом механизме лишь винтик. Я прав?

– Против нас закона нет, сэр. Это такая же работа, как и любая другая.

– А велико ли жалованье?

– Когда как. Тут надо смотреть на вещи философски. Бывает, фортуна от тебя отворачивается, а потом вдруг раз – и улыбнется. – Джонсон вытянул вперед левую руку и чуть смущенно прибавил: – Как видите.

– Что я должен видеть? – спросил я.

Он погладил рукав:

– Ткань обошлась мне почти в двадцать фунтов. Этот бордовый оттенок очень редкий, отсюда и цена.

Я решил, что философии с меня на сегодня достаточно.

– Полагаю, вы играете краплеными картами, да и кости с нужных сторон утяжеляете. Это ясно как день, но сейчас меня интересует совсем другой вопрос, его мы сейчас и обсудим.

Джонсон резко вскинул голову и поглядел на меня с обидой:

– Напрасно вы на меня наговариваете, сэр. Господь дал мне талант к азартным играм. Да, в «Синем кусте» все устроено так, чтобы шансы были на стороне заведения, а не на стороне посетителя, и не все играют так же честно, как я. Но мне нет нужды мухлевать.

– Неужели?

– Слыхали про месье де Ферма или месье Паскаля? – Тон Джонсона прозвучал снисходительно.

Я отрицательно покачал головой.

– Это знаменитые французские математики. Они научились рассчитывать, как, скорее всего, упадут кости и лягут карты. Иными словами, какова вероятность того или иного исхода. Я использую их систему. – Джонсон кашлянул и расплылся в самодовольной улыбке. – А большинство игроков, напротив, руководствуются глупыми суевериями или сиюминутными прихотями. Чем больше они проигрывают, тем безрассуднее себя ведут. За игорным столом многие злоупотребляют вином, а от этого только хуже. Но я не таков, сэр. – Джонсон постучал указательным пальцем себе по лбу. – Я все просчитываю наперед. Каждый бросок костей и любой карточный расклад. Вычисляю наиболее вероятный вариант. – Он пожал худыми плечами. – Иногда я проигрываю, иногда выигрываю. Но за вечер выигрышей у меня набирается гораздо больше, чем у посетителей «Синего куста». Вот почему никакие уловки мне не нужны.

Монолог Джонсона прозвучал весьма эффектно. Человек всегда раскрывается с неожиданной стороны, если разговор вдруг зайдет о достижениях, которыми он особенно гордится. Полагаю, даже палач испытывает профессиональную гордость, добившись успехов в своем ремесле.

– Однако результат тот же, – возразил я. – Вы обдираете противника как липку.

Пыл Джонсона угас. Он устало промолвил:

– Уж поверьте, сэр, игроки сами во всем виноваты.

– И Эббот тоже?

– Он страдал игорной лихорадкой. – Джонсон помолчал, наблюдая, как я подливаю ему еще эля. – Есть такие люди. Начнут играть и уже не могут остановиться. Да, не буду скрывать, я ускорил его падение в бездну. Но и без меня нашлись бы желающие подтолкнуть Эббота.

Мы пили молча. Я отломил кусочек булки и обмакнул его в эль. Глаза у Джонсона так и бегали, а веки то опускались, то поднимались, как будто его одолевал нервный тик. Все его тело подергивалось. Кружку он держал обеими руками. Черные ногти давно нуждались в стрижке. Ну неудивительно ли: этот человек обладал незаурядным талантом к азартным играм, но во всех других отношениях был просто жалок.

Вдруг я заметил рядом с нашим столом какое-то движение. Джонсон сразу встрепенулся. Я повернул голову. Возле меня стоял Стивен. Кивнув в знак приветствия, мальчик протянул мне письмо.

– Гонец велел срочно передать его вам, сэр, – вполголоса сообщил мой лакей.

Сломав печать, я развернул послание. Это оказалась короткая сердитая записка от господина Уильямсона, в которой патрон просил меня поставить его в известность, когда я окажу ему честь и соблаговолю вернуться к своим обязанностям в канцелярии. Я почти слышал, как он чеканит каждое слово, щедро приправляя свою речь сарказмом. Я сунул бумагу в карман и сказал Стивену, что он может идти.

– Кто это был? – спросил Джонсон. – Я полагал, что наша встреча тайная.

– Всего лишь мой лакей. А вы думали, городской глашатай? Я предупредил слуг, что буду обедать здесь, на случай если вдруг кому-то срочно понадоблюсь. – Глядя, как мой сотрапезник пьет, я постарался смягчить тон. – Вчера, когда я уходил из вашего заведения, в коридор второго этажа вышел мужчина. Вы сказали ему, что Эббот мертв.

Джонсон рассеянно кивнул:

– Да, господин Вульф. Точнее, герр Вульф. Он иногда заходит в «Синий куст». У него есть там свой кабинет, и, насколько мне известно, ему принадлежит доля в игорном доме, хотя в наши повседневные дела он не вмешивается.

– Герр Вульф? Он немец?

– Да, сэр. Из Палатината [46] , как наш принц Руперт [47] . Но по-английски он говорит хорошо, почти как мы с вами.

– Похоже, этот человек был знаком с Эбботом?

– Конечно. Вульф, можно сказать, стал его крестным.

Я удивленно вскинул брови:

– Он опекал Эббота?

– В каком-то смысле – да. Видите ли, в «Синем кусте» общий зал внизу открыт для всех. Но если вас интересуют крупные ставки или вы желаете играть без свидетелей, тогда вас должны пригласить в один из кабинетов наверху. Для этого нужен покровитель – человек, хорошо известный в игорном доме и готовый за вас поручиться. – Джонсон посмотрел мне прямо в глаза, и я снова заметил в его взгляде проблеск гордости. – «Синий куст» – заведение для избранных.

– А где живет этот Вульф? Чем занимается?

– Не имею представления. Бывает, он к нам месяцами не заглядывает.

– Но он игрок?

– Да. Обычно он играет только с теми, кого сам приводит. Однако Вульф осторожен. Он часто играл с господином Эбботом. Кстати, когда я в последний раз видел этого бедолагу, Вульф как раз к нам приходил. Эббот с грехом пополам наскреб несколько фунтов и отчаянно надеялся поправить свои дела игрой в кости. Но увы, фортуна снова от него отвернулась. С тех пор миновала всего неделя, а кажется, будто прошла целая вечность.