Чтение онлайн

Это была молодая очень знатная дама в светлом платье. Она оказывалась в центре любой компании, к кому бы ни подошла. Знатнейшие хозяева маскарада оказывали ей знаки почтения, из этого Меллиса и заключила, что дама занимает весьма высокое положение в здешнем обществе. У незнакомки была самая модная причёска с широкими локонами по бокам, низкое декольте на платье и длинный широкий шлейф. Белокурые волосы переливались радужными блёстками из-за той особой пудры, которой посыпают свои причёски знатные дамы.

Меллиса удовлетворённо подумала, что ее собственная грива отливает иссиним блеском и так, без помощи фиолетовой пудры. Но это было слабым утешением, по сравнению с великолепием незнакомки. Впрочем Меллиса знала, как зовут даму — графиня Лоренца д’Армонти. Но это имя ничего бы ей не сказало, если бы обладательница имени не была так хороша.

Графиня держала в руке жёсткую полумаску на длинной тросточке. Этот бело-золотой предмет напоминавший сердечко иногда кокетливо прикрывал ее лицо, но чаще Лоренца д’Армонти оставляла свою красоту открытой. Она непринуждённо вращалась в собравшемся обществе, ее все знали, а она… неизвестно. Но каждый хотел быть замечен графиней. Меллиса видела в этой женщине такую же стать, как у своей подруги Эсмеральды. Хотя графиня была гораздо ниже ростом, но она не уступала в значительности королеве манежа.

Меллиса выбрала себе новую игру, стала следить за Лоренцей. Один раз Меллисе повезло: графиня уронила веер и, хотя тысяча мужских рук сразу сдала движение к нему, но Меллиса оказалась проворнее всех. Она небрежно подхватила веер и подала хозяйке. Возможно, это был поступок не по этикету, но Меллиса не могла удержаться. И тогда она услышала, как Лоренца смеется. Ах, какой прекрасный у нее смех. Серебряный, нисколько не жеманный, как у других знатных дам.

Графиня весело хлопнула одного из поклонников веером по руке.

— Мужчины! На что вы способны, если рядом есть мы? Ни видеть, ни слышать, ни вовремя повернуться вам не дано! О нет, драться друг с другом вы мастера, но с нами…

Меллиса давно упорхнула и слушала эти слова, стоя за колонной. Ей нравился даже смеющийся голос графини, грудной и очень приятный. Что-то смутно знакомое мелькало в ее итальянском выговоре. Меллиса не могла вспомнить, что, и это интриговало ее всё больше.

Графиня вышла на балкон дворца. Меллиса проскользнула за ней. Она увидела, что давно сгустился вечер. Поздний вечер — и Венеция светится огнями в тёмно-синем окружении неба и черно-золотой ряби залива. Меллиса беспокойно вдохнула прохладный сырой воздух. Не слишком ли далеко она зашла? Не слишком ли долго длится ее игра? В цирке ее наверное ищут…

"Нет. Все знают, куда я пошла. С дворцовых маскарадов рано не возвращаются. В конце концов, мне на всё наплевать! Хочу веселиться и буду!.."

Такое решение оставляло Меллисе полную свободу действий. Но танцевать ей уже не хотелось. Все изысканные яства и многие напитки она перепробовала. Проходя мимо больших зеркал, тенью скользя за графиней, Меллиса посматривала на свое отражение. Из двух проплывающих красавиц первая, в светлом, казалась ей более заметной и милой. Ничего не поделаешь. Себя Меллиса считала совершенно незаметной на общем пёстром фоне блестящих кавалеров и дам.

Немного погодя, графиня, переговорив с какими-то солидными господами, сказала, что ненадолго оставит их общество, поскольку все они смертельно скучны. Но после полуночи она вновь обещала осчастливить синьоров своим присутствием.

Лоренца д’Армонти покинула сверкающую хрусталём и золотом залу. Как любопытная кошка Меллиса последовала за ней. Держась в некотором отдалении от своего кумира, Меллиса прошла через залы и коридоры и вскоре увидела, что они остались только вдвоём.

Меллиса думала, что графиня Лоренца выйдет на улицу, сядет в гондолу и исчезнет, как ослепительный призрак этого карнавала. Но синьорина графиня позвала мавра-слугу с факелом и свернула в какой-то полутёмный внутренний ход.

"Подземелье!" — подумала Меллиса и пошла за ними, прячась в тени. Ей не было страшно. Меллиса только подумала, что такое приключение на балу и правда забавно. Куда интересней, чем отплясывать еще несколько часов подряд со всеми этими щёголями в карнавальных костюмах. С масками вместо лиц и бессмысленной болтовней на устах, вместо слов.

Не успела Меллиса хорошенько задуматься над тем, как она вернётся незамеченной из этого лабиринта, как впереди показалась полукруглая ниша, освещённая подвешенным к потолку фонарём. В нише оказалась огромная, окованная железом толстая дверь. Слуга приоткрыл дверь, впустил графиню, а сам остался на страже.

Меллиса наблюдала из-за поворота. Слуга, здоровенный коренастый детина, почти как Гран-Ринальдо, только черный, постоял пару секунд, зевнул. Потом взял факел и ушёл куда-то дальше по коридору. Меллисе страшно хотелось узнать, что скрывается за этой потайной дверью.

"Вероятно, потайная комната, что же еще? — уговаривала себя Меллиса. — Но зачем графиня с такими предосторожностями проникла сюда? Так интересно…"

Меллиса неслышно скользнула к самой приоткрытой двери и заглянула в щель.

Видно было не очень хорошо, но слышно — прекрасно. Меллисс видела, что в комнатке лицом к двери сидит высокий черноволосый мужчина. По голосам слышно, что там есть и другие господа. Графиня д’Армонти говорила с ними. Меллиса смотрела на ее белокурый затылок и край широкого полустоячего воротника, шитого жемчугом. Меллиса не очень хорошо понимала, что они говорят. Но зато сразу с удивлением поняла, что казалось ей знакомым в голосе прекрасной итальянки. Парижский выговор!

Беседа велась по-французски. И явно не для таинственности, а просто потому, что так им было удобней. Тем, кто сидел в этой тайной комнате.

— Ты немного задержалась, Лоранс, — сказал тот высокий мужчина, назвав графиню на "ты", что предполагало весьма близкое знакомство.

— Не важно. Главное, я узнала то, что хотела.

— Говорите, — потребовал еще чей-то дребезжащий голос, принадлежавший, наверное, пожилому мужчине. Меллиса его не видела. — Согласны они дать столько золота?

— А куда его превосходительство может деться? Мы оказываем поддержку в его испанских, вернее, противоиспанских кампаниях, он обязан платить. Если Венеция по-прежнему имеет виды на самостоятельную политику и торговлю. А я могу вас уверить, господа, имеет! И не собирается отказываться от них. А также от соглашения с Монсеньором. Вопрос только в мелочах. Дож торгуется относительно срока уплаты. Он хотел бы внести плату частями.

— Вы сказали, что Монсеньора интересует вся сумма целиком?

— Разумеется, — отвечала графиня.

Высокий господин в военном костюме вмешался в беседу. Он уже принял деловой тон и называл собеседницу только на "вы".

— Вы должны были напомнить, что французы не так несведущи в ядах семейства Медичи, как вероятно кажется его превосходительству. И в случае отказа…

— Таких мер не понадобится, — возразила графиня. — Я не упоминала об этой возможности. Его превосходительство отлично знает, что поддержка монсеньора кардинала дорого стоит. Нам, однако, придется задержаться здесь до конца карнавала. Им необходимо несколько дней, чтобы…