Маска
Шрифт:
И в этот момент меня прорвало.
— Значит так, да? Тогда выслушай же меня! Я тебя никогда не предавала! И в этой ситуации я не виновата! Миша сам меня поцеловал! Из-за него меня бросил Эдриан! Но обидно мне сейчас не из-за этого! Мне обидно, что подруга, которую я считала сестрой, не верит мне и не хочет простить. Хотя это я должна была тебя презирать из-за твоего же предательства!
— Дина, — подруга хотела до меня дотронуться, но я отшатнулась от нее.
— Не трогай меня!
Оставаться в школе совсем не хотелось, поэтому я пошла в медпункт и попросила освобождение от занятий, под предлогом того, что у меня болит голова. Мне поверили и без проблем отпустили домой.
На улице меня догнал и остановил Эдриан.
— Дина, мы должны поговорить…
— Что ты от меня хочешь? — в моём голосе появилась злоба.
— Я хочу попросить прощения. Я виноват. Я должен был тебе поверить, но...
— Но зачем Маске такая простушка, как я? Не так ли?
Эдриан удивлённо посмотрел на меня.
— Ты что говоришь?
— Ты ведь Маска. И это не вопрос, это утверждение. Скажи, ты долго собирался скрывать это от меня, Маска? Как думаешь, рассказать всем? Я смогу разбогатеть на твоей тайне!
— Тебе никто не поверит, — насмешливо проговорил он. Но его плотно сжатая челюсть говорила, что он зол.
— Это была шутка. Я не собираюсь никому рассказывать, — очень четко произнесла я.
— Тогда чего ты хочешь?— удивленно спросил он.
— Правду,— твердо сказала я. Прикрыв глаза и отгоняя ненужные мысли, поняла: в нашей жизни все равно не будет счастливого конца. Он— популярный певец, я обычная девушка. Ничего хорошего из этого союза не будет: нам нужно расстаться.
***
POV Эдриан
Я смотрел на озадаченное лицо Дины и почувствовал, как кровь застыла в жилах.
— Хорошо. Только не говори… Пожалуйста, не говори никому, — сказал, посмотрев на учеников, проходящих позади неё.
— Значит, это правда…
Я нервно облизал губы и посмотрел вокруг: не мог говорить об этом здесь, где все смотрят на нас. Кто-то мог нас услышать.
— Мы можем пойти куда-нибудь… Подальше отсюда? — с мольбой в голосе спросил.
— Ты готов прогулять уроки?
— Да.
Девушка кивнула, и я почувствовал облегчение. Мы зашли в ближайшее кафе. Я откинулся на спинку дивана и закрыл глаза.
— Что ты хочешь знать?
— Я нужна тебе только из-за конкурса?
Я удивлённо посмотрел на Дионисию. Она шутит? Что за глупые мысли? Ну, Миша!
— Ты спятила? Я люблю тебя! И мне плевать, что ты участница моего конкурса.
— Ты врал мне… Использовал…
— Виноградова, мне кажется, что после поцелуя с Мишей ты сошла с ума!
Девушка закусила губу: она нервничала. Я замер, уставившись на скатерть и сцепив пальцы в замок.
— Может, расскажешь о себе? — в глазах у Дины вспыхнуло нечто похожее на любопытство.
— Ну, что рассказать… Я вырос в очень обеспеченной семье. Отец – известный продюсер. Мама – в прошлом актриса. Впервые на сцене появился в возрасте пятнадцати лет. Меня приняли с распростертыми объятиями. А как иначе? Ведь, как сказали, у меня было все: красота, актерское мастерство и самое главное– голос. А потом мама ушла от отца к какому-то бизнесмену, обанкротившемуся через год. Было очень больно, что человек, которому я доверял, предал меня. Оказалось, что она любила больше деньги, чем меня и отца. От злости хотел уничтожить весь мир! Вот и решил укрыться за маской, за которой никто не увидит слёзы, крик от боли. Тем более сейчас все неискренние и ненастоящие.
— Не все. Ещё есть люди, у которых лицо, а не ваши пустые маски!
— Зато в маске человек становится смелее… Это и послужило появлению моего образа. После его появления было много заявок из журнала снять на обложку популярного певца. Да и заслуги были не так и малы.
— Поэтому ты стал эгоистом?
— Нет, стать таким мне посоветовал Миша.
— А если бы он посоветовал спрыгнуть с десятого этажа, спрыгнул?
— Нет. Я просто хотел избавиться от всей этой боли с помощью славы. А Мишка сказал, что так стану ещё популярнее. И я стал смотреть на всех с ледяным взглядом и презрением. И постепенно начал меняться уже сам далеко не в лучшую сторону. Конечно, это неправильно, но сам никак не могу с этим справиться. Да и зачем? Но когда познакомился с тобой и стал встречаться, все отошло на второй план.
— Давай без этого! Ты никого не любишь! — холодно ответила девушка.
— Я прошу тебя, прости.
— Если бы ты сказал сразу, что узнал во мне Клеопатру…
— Я собирался!
— Когда? После или перед конкурсом? Или вообще через десять лет?
— Я люблю тебя! И признался бы все равно тебе… Я бы обменял каждую минуту, проведенную на сцене, на секунду с тобой…
— Сколько в твоих словах частицы «бы»! Что ж, раз ты меня любишь, то признайся всем, что ты Маска…
— Дина…
— Что Дина? Я знаю как меня зовут! Уже восемнадцать лет Дина! И так пошла на огромную уступку! Любовь доказывается не словами, а поступками!
— Не могу…
— Не можешь? Ну тогда говорить нам больше не о чём.
— Да пойми ты наконец! Я не могу просто так взять и открыть лицо!
— Значит, ты не любишь меня. Запомни: теперь мы только одноклассники! А если заговоришь со мной, то твоя тайна раскроется. Понял?
***
—Вот как? А всё-таки ты права: это не любовь, а заблуждение. Знаешь, ты ведь действительно нравилась мне. Но чувства вспыхивают и проходят. Спасибо тебе, что заполнила мою пустоту.
—Согласна, — прошептала, а потом гордой походкой вышла из кафе. Только дома я смогла выплеснуть все эмоции наружу.
Злость испарилась, оставив горькую обиду и разочарование. За что? Да, я никогда не была идеальной, начиная от внешности и заканчивая характером… Но ведь не наказывать судьбе меня за это?
Даже по сути, и не с кем было посоветоваться. Поговорить по душам с мамой? Нет, я была для этого слишком горда. Пройдя в комнату, в задумчивости подошла к зеркалу. Зеркало отразило девушку с потухшим и неулыбчивым взглядом. Неужели это я? Я присела на пол и разрыдалась.
В комнату зашла мама. Неужели она сегодня не в офисе?
— Дионисия, что…
Встретившись с моими глазами, мама села рядом и нежно провела рукой по моей щеке. Я не осмеливалась взглянуть на нее. Хотелось разреветься.
— Дина, милая, плюнь на него, — причитала мама, обнимая меня.— Миленькая, ты только не расстраивайся.
Слез стало гораздо больше, портя мне обзор.
— За что мне это? И почему ты меня жалеешь?
— Потому что ты моя дочь. И я люблю тебя…
— Мама, мне так плохо!