Чтение онлайн

–  Значит, - нарушила молчание матушка, когда они вступили в переплетение вонючих переулков, - обычно тебя провожает домой твой сын Уолтер?

–  Он хороший мальчик, госпожа Ветровоск, - словно бы защищая своего отпрыска, произнесла госпожа Плюм.

–  Не сомневаюсь, ты искренне благодарна богам за то, что у тебя такой сын, на которого всегда можно положиться, - сказала матушка.

Госпожа Плюм подняла взгляд, но смотреть в глаза матушки было все равно что смотреть в зеркало. На тебя таращился ты сам, и спрятаться было негде.

–  Над ним тут издеваются, - промямлила она. - Смеются, прячут его метлу. Конечно, в душе они добрые, славные ребятишки, но его они мучают...

–  Стало быть, он носит метлу домой?

–  Он следит за своими вещами, - ответила госпожа Плюм. - Я с раннего детства учила его следить за вещами и быть вежливым, воспитанным. Он хороший мальчик, а они его обзывают, смеются над ним...

Переулок уперся во дворик-колодец, зажатый высокими зданиями. Четырехугольник озаренного луной неба перекрещивали бельевые веревки.

–  Ну вот. Дальше я сама, - промолвила госпожа Плюм. - Большое спа...

–  А как же Уолтер в одиночку добирается до дома? Ну а вдруг ты не придешь за ним?

–  О, в Опере есть много мест, где можно поспать. Он знает: если я за ним не прихожу, он должен остаться на ночь в Опере. Поверьте, госпожа Ветровоск, Уолтер очень послушный мальчик. И никому ничего плохого не сделал.

–  А разве я утверждала обратное? Госпожа Плюм зарылась в свою сумочку. Она не столько искала ключ, сколько пыталась спрятаться от матушкиного пронизывающего взора. - Думаю, твой Уолтер видит многое из того, что происходит в Опере. - Матушка твердо взяла госпожу Плюм за запястье. Интересно... и что же он видел?

Пульс госпожи Плюм резко прыгнул. Практически одновременно с несколькими темными фигурами. Тени вдруг размножились. Послышался зловещий скрежет обнажаемых ножей.

–  Вас, дамочки, двое, а нас шестеро, - предупредил чей-то низкий голос. - Кричать и сопротивляться бесполезно.

–  Ой-ёй, - хмыкнула матушка. Госпожа Плюм упала на колени.

–  О, прошу, не трогайте нас, добрые господа, мы всего лишь безвредные старушки! Вспомните, у каждого из вас есть мать...

Матушка закатила глаза. Гром, молния и еще раз гром. Она хорошая ведьма, настоящая. Такова ее жизненная роль. Таково бремя, которое она несет. И она четко знала, что есть Правильно, а что - Неправильно. И что зачастую Добро и Зло идут рука об руку. Матушка искренне надеялась, о, как она надеялась, что, несмотря на свою молодость, эти люди уже закоренелые мошенники и, как говорится, их исправит лишь...

–  У меня когда-то была мать, - задумчиво протянул один. - Только, по-моему, я ее вроде как тогось...

Ага. Вот и ответ. Матушка потянулась обеими руками к шляпе, чтобы выудить две длинные шпильки...

Совсем рядом в лужу громко плюхнулась черепица, соскользнувшая с крыши. Все дружно задрали головы. На фоне лунного неба вырисовывался силуэт закутанного в плащ человека. Затем человек вытащил из ножен шпагу и, спрыгнув во двор, мягко приземлился прямо перед одним из негодяев. Шпага превратилась в атакующую змею. Первый из воров резво крутанулся и отважно бросился на возникшего прямо перед ним противника. Впрочем, тут же выяснилось, что напал он на своего товарища, другого вора, который, в свою очередь, тоже взмахнул ножом - и задел бок стоящего рядом напарника.

Фигура в маске танцевала прямо посреди банды, лезвие шпаги выписывало в воздухе сверкающие пируэты. И лишь позже матушка осознала, что эта самая шпага так и не нанесла ни одного удара. С другой стороны, в этом не было необходимости. Когда шестеро дерутся с одним, да еще среди неверных теней, да еще когда в противника попасть не легче, чем в разъяренную осу, да еще когда эти шестеро получили свое представление о рукопашной от таких же непрофессионалов, как и они сами, - так вот, примерно в шести случаях из семи они пырнут своего подельника, а в одном из двенадцати заедут себе же в ухо.

Спустя каких-то десять секунд те двое, что к тому времени еще оставались на ногах, не сговариваясь переглянулись, повернулись кругом и пустились наутек.

И снова воцарилась тишина.

Победитель низко поклонился матушке Ветровоск.

–  О, Белла Донна! - воскликнул он.

После чего всплеснул черный плащ, мелькнул красный шелк, и таинственный незнакомец исчез. Лишь послышался легкий стук башмаков по булыжной мостовой, но буквально секунду спустя и он стих.

Пальцы матушки так и застряли на полпути к шляпе.

–  Ничего подобного! - только и смогла сказать она.

Затем матушка посмотрела вниз. Разнообразные тела стонали или издавали тихие булькающие звуки.

–  Ну и ну, - пробормотала она. но тут же взяла себя и руки, - Думаю, госпожа Плюм, - решительно заявила она, - нам понадобятся горячая вода и изрядное количество бинтов, а также хорошая острая игла, чтобы наложить швы. Не можем же мы допустить, чтобы эти бедолаги истекли здесь кровью, пусть даже некоторое время назад они пытались ограбить бедных старушек...

Вид у госпожи Плюм был предельно напуганный.

–  Бедным старушкам свойственно милосердие, госпожа Плюм, - напомнила матушка.

–  Я разведу огонь и разорву пару простыней, - предложила госпожи Плюм. - Не знаю, удастся ли найти иглу...

–  С этим можешь не беспокоиться.

Матушка пошарила в полях шляпы, извлекла оттуда некую подозрительного вида шпильку и опустилась на колени возле поверженного вора.

–  Она, правда, довольно ржавая и к тому же тупая, - добавила она, - ну да что поделаешь. Придется обойтись подручными средствами.

Игла ярко сверкнула в лунном свете. Круглые испуганные глаза неудачливого воришки сфокусировались сначала на игле, потом на лице матушки. Тело судорожно задергалось - это верные ключицы предприняли попытку закопать своего хозяина в булыжник мостовой.

Наверное, и хорошо, что в этот момент никто больше не видел матушкиного лица, закрытого тенями.

–  Что ж, а сейчас мы будем творить добро, - произнесла она.

Зальцелла всплеснул руками.

–  Ну а что, если он появится в середине акта? - воскликнул он.

–  Хорошо, хорошо, - ответил Бадья, засевший за своим столом, будто в окопе. - Я согласен. После представления вызовем Стражу. Без вариантов. Просто надо будет попросить их соблюдать, гм, некоторую секретность.

–  Секретность? Вы когда-нибудь стражника встречали?

–  Хотя вряд ли они что-то найдут. Он пришел по крышам и таким же образом скрылся, это наверняка. Кем бы они ни был. Бедный, бедный доктор Поддыхл. Он очень любил Оперу, всегда так переживал за нее, вечно ходил какой-то бледный...