Чтение онлайн

Рассмотрев марку машины, которую она протаранила, Виктория и вообще пала духом. Подумать только, не какая-то там Тойота или Лексус, а Мазерати. Теперь папочка ее точно убьет! Додуматься въехать в Мазерати!

С самого начала получения водительских прав, она уже дважды врезалась в машины. В обоих случаях, она забывала надеть контактные линзы (что случалось крайне редко, почти никогда), которые служили ей не только что бы поменять цвет глаз, а и выправить небольшую близорукость. В одном случае, была какая-то дешевая машина, марку которой она даже не знала, и от бомжацкого вида водителя которой, откупилась деньгами. В другой раз она въехала в Лексус, но тогда ей повезло, и она отделалась флиртом и одноразовым походом в ресторан.

Сейчас же она в контактных линзах, а вон все равно наехала на дорогущую и невероятно красивую, да еще идеально вымытую и отполированную черную Мазерати. Как она блестит! Виктория невольно залюбовалась, забыв на секунду о своей проблеме. Но вдруг опомнилась и даже разозлилась. Ну, что же ей делать? Виктория лихорадочно соображала, прикусив нижнюю губу. Это была ее любимая привычка, когда она думала или нервничала. Откупиться вряд ли выйдет без помощи папочки и это весьма очевидно - если человек ездит на такой машине, значит, он миллионер, денег у него и так хватает, но из принципа он может запросить очень круглую сумму, которой лично у нее точно не окажется. На ремонт такой машины явно нужно не мало, а она даже отсюда видела большую вмятину на багажнике. Казалось бы, что за беда для такого богача? Но вот именно такие богачи и самые принципиальные. Можно конечно соврать папочке, сказать, что деньги нужны на другое, на шмотки, к примеру, он же привык, что она на них уйму денег выбрасывает. Но, а что если владелец Мазерати знакомый папули? Тогда он все равно узнает и уж точно заберет у нее машину, что бы она ни себя, ни людей не покалечила. Он ведь и так уже не раз грозился, зная о ее водительском таланте и боясь, что бы она когда-нибудь не свернула себе шею. Но зато как она ездит на лошади, как держится, с какой осанкой! С ранних лет занимается. Все только завидуют. Но Боже, о чем она думает, к чему сейчас лошади вообще? Все эти мысли вихрем пронеслись в голове Виктории, пока машины, громко сигналя, объезжали место аварии.

Тем временем, из прекрасной, но помятой ею Мазерати, медленно вылез молодой мужчина в идеально сидящем дорогом черном костюме под стать машине, и неспешно направился к ней. Виктории ничего не оставалось, как применить свое любимое оружие, всегда действенное с ее внешностью - флирт. Она знала, что мужчины летят на нее, как бабочки на огонь, поэтому была твердо уверена, что и этот случай не будет исключением.

Она быстро вынула из сумочки розовый блеск для губ и медленно, соблазнительно, как ей казалось, принялась вырисовывать их, глядя в зеркальце, которое она всегда держала под рукой. Мужчина подошел к двери и принялся легонько стучать в окно. Виктория с лучезарной, обезоруживающей улыбкой опустила стекло и заглянула ему прямо в глаза. Глаза напротив оказались красивыми - темными, глубокими, в обрамлении густых черных ресниц. Но вот взгляд их Викторию разочаровал и несказанно расстроил, давая понять, что план ее не сработает. Они глядели на нее не так, как обычно смотрят на нее мужчины, не так, как она привыкла - немного снисходительно, как на малого несмышленого ребенка и в большей мере как-то насмешливо и даже скептически. Ироничная улыбка тронула его губы, открывая, впрочем, весьма симпатичные ямочки на щеках. Наверное, первый раз в жизни на нее так посмотрел мужчина - без открытого вожделения и поощрения к дальнейшему флирту. Она сразу растерялась.

– Не удивительно, что вы наехали на меня, занимаясь косметическими процедурами. Вам не говорили, что за рулем губы не красят, а смотрят на дорогу?
– спросил он спокойным, приятным голосом, но с иронией и как-то сурово, кивая при этом головой, давая понять, что бы она вышла из машины.властный тон подействовал на нее. Виктория повиновалась. Улыбка исчезла с ее лица, уступив место образу холодной снежной королевы с уязвленным самолюбием и не оцененной красотой. Да и как он смеет учить ее, что делать? И что за тон? Да никто за всю ее жизнь не позволял себе так с ней говорить! Это сбило ее с толку. Флиртовать сразу расхотелось, а мужчина сделался ей неприятен. Так бывает в обществе людей, которые покушаются на твою самооценку. Но было еще нечто такое, которое она не понимала. В другой раз ее бы ничуть не остановили ни суровый тон, ни насмешливый взгляд. Но тут как-то было все иначе. Ей вдруг показалась ниже своего достоинства, даже позорным - попытка добиться расположения этого человека. А почему и сама не знала. Возможно потому, что инстинктивно почувствовала в нем сильную личность и подсознательно поняла, что ничего из ее игры не выйдет. Сама она не могла в точности объяснить свое мгновенное решение изменить тактику и вести себя совершенно по-другому, противореча первому намерению.

Тем временем, пока она демонстративно и по-королевски выходила из машины, мужчина наглым оценивающим взглядом окинул ее фигуру, одетую в белоснежный, под цвет ее машины, ажурный гипюровый сарафанчик от Кельвина Кляйна, обтягивающий верхнюю часть тела и спускавшийся воздушными складками, укороченными спереди, открывая тем самым ее изумительные ноги, на которых оценивающий взгляд задержался, провожая всю их длину до самых коричневых босоножек на высоченной шпильке.

– По-моему, вам вообще не следует садиться за руль, как бы невинных людей не поубивали, - сказал он, все так же насмешливо на нее поглядывая и слегка улыбаясь.
– Сейчас я гаишников вызову.

Он непохожести ситуации на другие Виктория занервничала. Этого еще ей не хватало! Только прилетела домой и уже проблемы.

– Каких еще гаишников? Не надо никого!
– поспешно заговорила она.
– И вообще, может, это вы сами виноваты в аварии!

У него поползла вверх бровь.

– Я?
– удивился он.

– Ну да, вы! Чего не ехали вовремя?

Он рассмеялся.

– Забавно. Кто-то явно хочет остаться без прав.

Викторию передернуло.

– Слушайте, давайте лучше договоримся. К чему поднимать шумиху? Я вам денег заплачу за ремонт и дело с концом. Сколько нужно?

Но мужчина продолжал издеваться, пронизывая ее взглядом очень темных иронических глаз. Теперь в его взгляде появилось раздражение.

– Зачем мне ваши деньги? У меня их достаточно у самого, - как-то презрительно проговорил он.
– К тому же страховка все покроет. Просто хочу обезопасить от вас других людей - обычных пешеходов и бедных водителей. Вы совершенно не смотрели на дорогу и не следили за движением, очевидно занятые своей внешностью. Но дорога это вам не салон красоты! Это здоровье, жизнь и безопасность людей! А если бы вы кого-нибудь сбили? Чью-то мать или отца, а , может, ребенка? Это серьезные вещи.

Виктория разозлилась и была готова защищаться. Не нужны ей чужие нравоучения! Какое занудство!

– Но ведь я никого не сбила! Хватит выдумывать и делать из мухи слона, - раздраженно заметила она и высокомерно прибавила: - И вообще, какое вам дело? Скажите сколько нужно денег, я вам заплачу и до свидания. Чего голову мне морочите? Мне неприятно здесь с вами разговаривать и вообще я спешу.

Мужчина только рассмеялся.

– Действительно. Что толку говорить с избалованной деньгами, глупой, не знающей реальной жизни, девочкой, с детства привыкшей все свои мелочные проблемы решать с помощью папочкиных денег. Что тут жизнь других людей, когда собственный комфорт ценится превыше всего.

Виктория задохнулась от возмущения. Никто и никогда не смел с ней так разговаривать! Да что он себе позволяет - этот выскочка, корчащий из себя умника и святого, кто он вообще такой и откуда взялся, что бы ее учить и оскорблять?!

– Да пошел ты... к черту!
– гневно крикнула она ему в лицо, села обратно в машину, со злостью хлопнув дверью под его смеющимся взглядом, и поехала прочь, не оборачиваясь.

Что за противный, наглый субъект! Ничего она не избалованная и тем более не глупая! Да, к его сведению, она в Лондоне учится и знает пять иностранных языков. И совсем не всегда решает свои проблемы за папочкины деньги. А разве что иногда. Но она же не виновата, что родилась в богатой семье и у нее есть эти деньги. Да пошел он, в общем, куда подальше, она не станет о нем думать даже минуту!

Она позвонила Кристине. Но настроение бесследно куда-то пропало, Виктория была раздражена обидой и подруга это заметила.

– Чего злая такая?
– весело спросила она.

– Да по дороге в салон красоты наехала на Мазерати.

– Ого! Опять что ли? Ну ты даешь! А кто у нас за рулем был, симпатичный?
– любопытничала Кристина.

– Нет, отвратительный и бесцеремонный тип!

– Неужели? Что-то не верится.

– А ты поверь. Более грубого субъекта в жизни своей не видела.

– Так ты ему машину такую покалечила, любой мужик разозлится. И что же - он тебя просто так отпустил или ты ему денег отвалила?

– Денег он не взял. Но давай больше не будем о нем говорить!

– Почему? Старый и страшный что ли?

– Да просто не хочу. Нет, даже наоборот. Впрочем, я не разглядела.

– Не разглядела она. Надо бы разглядеть, если на Мазерати.

Виктория хмыкнула.

– Да у меня получше в Лондоне были.

– Окей, поняла. Давно прилетела?

– Вчера.