Маски сбежавшей невесты
Шрифт:
Замок подчинился легкому движению руки — даже не пришлось искать замену всегда выручавшим меня шпилькам. Я скользнула в приемную и огляделась, привыкая к темноте.
Никого.
В кабинете тоже было пусто. В душе нарастало беспокойство — быть может, эту ночь граф снова провел на ногах, решая неотложные государственные дела. Или и вовсе в чужой постели…
Почему-то последняя мысль, совершенно неуместная в сложившейся ситуации, зацепила даже сильнее.
Но тут мое внимание привлекла приоткрытая дверь, ведущая из кабинета в жилые комнаты. И я пошла, подгоняемая любопытством, тревогой за Лорри и глупым желанием убедиться, что лорд Хенсли предпочитал ночевать в собственных покоях. дин. Конечно, это было не мое дело, но… последнее, чего мне хотелось — это обнаружить графа за какой-нибудь вариацией постыдных занятий, каких я вдоволь насмотрелась в Ночном саду.
— Лорд Хенсли! Это Эверли, Эверли Вестерс. У меня к вам срочное дело!
Молчание.
Я подошла к двери, чувствуя, как с каждым шагом все быстрее и жарче стучит сердце. Дыхание сбилось, во рту пересохло.
«Боги, что же я делаю? Вламываюсь в покои молодого мужчины. Одна, посреди ночи, в самом что ни на есть непотребном виде».
Я упрямо встряхнула головой, прогоняя навязчивые мысли и так некстати всплывшие в памяти фантазии неугомонной графини.
Нет. Не сейчас.
У меня совершенно не было времени на смущение и пустые девичьи переживания, которые непременно остановили бы меня днем ранее, не дав совершить очередную глупость.
Я решительно шагнула в графскую спальню.
И увидела его.
Лорд Коул енсли спал — слава богам, совершенно один. Темные волосы разметались по подушке, меж бровей пролегла усталая морщинка, которую не смог разгладить даже сон. Сильная рука покоилась поверх одеяла.
— Лорд Хенсли?
Тишина. Он не двигался, не слышал, не реагировал, почти против воли воскрешая воспоминания о скрытом под толщей воды теле Мэрион. Лишь мерно вздымавшаяся грудь и пульсация камня силы на прикроватном столике давали понять, что граф жив.
— Милорд… Милорд!
Задержав дыхание от волнения, я коснулась его плеча…
…и встретилась взглядом с аметистовыми глазами, смотревшими на меня в упор.
От неожиданности я отшатнулась, роняя с плеч плащ — и одновременно лорд Хенсли выбросил вперед руку, хватая «злоумышленника», прокравшегося ночью в его спальню. Крепкие пальцы сомкнулись на предплечье, притягивая меня ближе.
— Милорд…
— Эверли? — граф моргнул, прогоняя сон. — Вы совсем с ума сошли?
Я вцепилась грязными пальцами в его плечи. Со стороны это, верно, выглядело почти как объятия, но мне было все равно.
— Лорд Хенсли! — без тени страха я взглянула в аметистовые глаза. — Мне нужна ваша помощь! Лоррейн… она в опасности!
Граф тяжело вздохнул.
— Послушайте, середина ночи — не время и не место для очередных шуточек моей сестры.
— Это не шутки! — я едва удержалась от того, чтобы совершенно неподобающим образом встряхнуть графа за плечи, в попытке наконец привлечь его внимание. Камень силы на груди полыхнул красным, освещая темную спальню. — Лоррейн в беде!
Аметистовые глаза недовольно сощурились — а затем широко распахнулись, стоило лишь графу разглядеть меня во всей красе. Взгляд, настороженный и тревожный, ощупал мое заплаканное лицо, спутанные волосы, ожог на запястье, царапины на теле и порванную грязную рубашку, больше напоминавшую деревенское рубище, чем остатки нижнего платья.
— Что… что с вами?
— Не важно! — отмахнулась я и упрямо повторила. — Лоррейн в опасности! Вы должны ей помочь!
— Мисс Вестерс… Эверли. Прошу вас, успокойтесь.
Не выпуская моего предплечья, лорд Хенсли сел. Только сейчас я вдруг заметила, что он не одет. Точнее сказать, обнажен. Полностью. Взгляд почти против воли скользнул по широким плечам, мускулистому торсу и дальше… вниз… на темную дорожку волос, уходящую от пупка к…
Мы одновременно осознали неловкость сложившейся ситуации — полураздетая девица, замершая в объятиях полностью обнаженного мужчины. И… при иных обстоятельствах я бы смутилась — а то и вовсе застыла бы на месте, не зная, куда себя деть от стыда и шока. Но… не сейчас. Сейчас имело значение лишь то, что человек, сидевший передо мной, был единственным, кому я доверяла. динственным, кто мог помочь Лоррейн.
Графа же волновало совсем иное. Сдавленно хмыкнув, он отстранил меня и, пробормотав извинения, мягко развернул за плечи лицом к окну.
— Милорд… — обернуться я не решилась. Сзади раздались шаги и шорох ткани. — Прошу вас, выслушайте меня. Лоррейн в опасности. Она попала в беду, — и слова полились, путанные и торопливые. — Лорри сбежала из своей спальни, забрала маску Дома Удовольствий — Мэр хранила ее в тайнике в Лавандовых покоях — и пробралась к герцогу Голдену. Она хотела найти доказательства его причастности к бегству Мэрион, и, кажется, у нее получилось, а я… нашла ее саму, потому что надеялась, что успею уберечь от неприятностей. Но было поздно. Герцог… схватил ее и…
На плечи опустился мягкий халат, терпко пахнущий одеколоном и мужчиной. Лорд Хенсли, одетый в штаны и рубашку, шагнул ко мне. Сильные пальцы скользнули по отворотам, запахивая ткань на моей груди.
— Я знаю.
— Нет, не знаете! — спокойствие в его голосе заставило меня с возмущением вырваться из крепких рук. Меня буквально трясло от негодования, нервного перевозбуждения и лихорадочного внутреннего жара. Граф что, действительно считал, что это очередная шутка Лорри? Неужели он не понимал, что нa этот раз все серьезно?
— Знаю, — повторил лорд енсли. — Успокойтесь. Лоррейн в безопасности. Герцог олден обнаружил ее в своих комнатах для увеселений и, на удивление, повел себя как порядочный человек и джентльмен, вызвав из дворца леди Тэмзин. Баронесса забрала Лоррейн.
Я нахмурилась. Граф слово в слово повторял то, что говорил лорд Голден, усыпляя бдительность графини. И это абсолютно не вязалось с тем, что случилось после.
Но главное, что сбивало меня с толку — каменное лицо лорда енсли. Это было так не похоже на реакцию, которую я наблюдала на балу. Тогда казалось, граф готов был вызвать герцога на поединок, защищая честь сестры, а теперь говорил так спокойно, будто лорд олден никогда не искал возможности скомпрометировать Лоррейн и не оказывал двусмысленных знаков внимания юной графине. Да, оба раза под маской «леди Хенсли» скрывалась я, но разве это имело значение?
Нет.
— Откуда вы знаете? Неужели поверили ему на слово? После всего, что было…
Лорд Хенсли выразительно приподнял бровь, словно намекая, что это со мной лорд Голден так жаждал продолжить знакомство. Но заметил мои недоверчиво сжатые губы и вздохнул.
— Мисс Вестерс, я понимаю вашу тревогу за судьбу бывшей подопечной. И понимаю, что вы непричастны к последнему побегу Лоррейн, хоть и не умаляю долю ответственности, которую мы с вами несем за случившееся. Но надо признать, на этот раз она зашла слишком далеко. Я получил записку oт леди Вудверт, — граф кивнул на прикроватный столик. — Узнав о поведении племянницы, она пришла в ярость. И, учитывая предыдущие заслуги нашей юной леди, приняла единственно верное решение — удалить ее из дворца, предварительно заручившись согласием Луноликой.