Чтение онлайн

— Будто бы этого оказалось мало! — видимо, Морозов решил добить гостей окончательно. — Мой дорогой гость, не на пустом месте наречённый другом семьи, взвалил на себя крест оберегания и защитил жизнь Ветраны ещё раз. Многие, вероятно, уже слышали про в высшей мере странное нападение айна на учебный городок Императорской Академии. Абсолютно убедительные и не подложные факты присуждают Александру Александровичу победу над зверем в противостоянии «один на один»!

Удивление в адрес этого самого Александра Александровича, начавшее пропитывать воздух, можно было осязать практически всеми фибрами души. По всей видимости, эти самые айны тут считались за каких-то совсем уж бессмертных тварей, которым лучше не глаза не попадаться. Иначе я ничем не могу объяснить, как устремившиеся на нас взоры гостей стали наполняться ничем не прикрытым шоком.

— Но на этом деяния друга не окончились! — припечатал Властислав. — Будучи не в силах вынести пустую хулу и публичные оскорбления в адрес Ветраны, Александр Александрович вступился за её честь и достоинство, прилюдно казнив обидчика смертью! И по итогам столь внушительного для шапочного знакомства перечня свершений Александр Александрович не то, что счёта не выставил, но и отказался от любой материальной благодарности, посчитав сию за выкуп бесценных жизней. Так неужто отец, доживший до выданья старшей дочери, не может позволить себе возликовать обретению столь надёжного друга семьи?!

Столы взорвались оглушительным гомоном, безоговорочно подтвердившим справедливость высказываний светлейшего князя.

Властислав повернулся к Бериславской.

— Алина Святогоровна, — с почтенным поклоном мужчина склонил перед ней голову. — Наша чета благодарит Господа Бога нашего за то, что ниспослал вас. Воздаём благодарение вам, что откликнулись на прошение страждущих и нуждающихся. А ещё… Преподносим слова самых искренних чувств вашим досточтимый родичам и предку, что породили вас, воспитали, а ныне почтили нас своим визитом.

«Алина Святогоровна» синхронно со своими родными, будто после репетиции, поклонилась в ответ.

Настала моя очередь краснеть за косяки. Морозов повернулся ко мне.

— Александр Александрович, — произнёс он. — Увы, мне не довелось очно знать ваших досточтимый родителей. А оно, несомненно, именно так, раз я зрю пред собою столь благовоспитанного и проявившего себя ратника. Ваши деяния красноречиво гласят как за вас, так и за ваш род, воспитавший достойного наследника. Я не устаю возносить хвалу Небесам за то, что уберегли сначала мою дочь, а после и мой дом. И ваш крест, что вы взвалили на свои плечи последним поистине офицерским жестом… Ваше военачальство в стенах Тайной Канцелярии вправе гордиться столь умелым и многообещающим воином.

И поклонился, адресовав это уже мне.

С первого взгляда было похоже, будто бы глава рода разливался розовой водичкой. Или, как это облекли бы в твёрдый глагол на моей малой родине, «ссал в уши». Ну, там, чувство собственной важности поднять, самолюбие потешить…

Но со второго взгляда всё стало намного прозаичнее. Наверняка гости собрались тут не просто так: почти наверняка каждого из них Морозов приглашал с какой-то лишь ему одному ведомой целью. Значит, и информацию разливает тут сейчас не просто так. Спасение наследницы рода? Помощь дому? Выступление в защиту попранной чести? Да даже моя служба в Тайной Канцелярии и выданье Ветраны. Всё это он огласил неспроста. Каждое слово было направлено в сердца и души слушателей. Ставлю порванный фланец гильзы против целой пулемётной ленты, что этим Морозов хотел пустить информационную кампанию в массы. Воспользовался принципом сарафанного радио. Раз сведения на слуху ближайших знакомцев и друзей (а вряд ли светлейший князь позвал на праздник врагов), то и все прочие союзники с колеблющимися-сомневающимися вскоре узнают. Ведь, тут нет интернета. Не снимешь ролик с привязкой к координатам. Но можно пустить «инфу» или «дезу» в массы, контролируемую или не очень. Сейчас светлейший князь откровенно играл на публику.

Что ж. Подыграем князю. Мне не трудно. Кажется, одно из моих изречений пришлось одной из девушек по душе? Вот к нему и апеллируем. Тем паче, что тут оно, как мне кажется, к месту.

— Кто к мечом к нам придёт — тот от меча и погибнет, — постулировал я. — На том стояла и стоять будет Земля Русская.

Буквально несколько секунд тишины, повисшей над столами. Народ переваривал «базу».

— Хорошо сказал, ратник… — едва слышно прошептала Ветрана.

Тут же её шёпот потонул в истошной волне криков одобрения, поддержанной неистовыми рукоплесканиями. Древние аплодисменты оказались в ходу и в этом мире. Хотя, я бы не удивился, если б местные начали стучать ножами по столешнице.

Морозов кивнул мне и развернулся к собравшимся.

— Дорогие гости! — громогласно объявил он. — Хлеб да соль! Чай да сахар! Преломим же хлебы, разопьём же мёд, и да начнётся праздник!

«Главное, чтоб на начавшемся празднике не закончились мы», — подумалось мне под перестук сдвигаемой тары и перезвон металлических приборов с кубками.

Гости уже заняли свои места и потянулись к снеди на столах, начав откупоривать бочонки с выпивкой. Мы же с Морозовым и Бериславским задержались, усадив вперёд наших женщин. Святогор, как истинный мужчина, помог присесть за стол Яне, подобравшей подол своего сарафана. Властислав поухаживал за Олесей. Берислав сам сумел за себя постоять. А мне выпала роль крестного отца: я сел рядом с Ветраной только после того, как усадил за стол Морозову-старшую, её младшую сестру и Катю с Настей. Последним отводилась двойная роль на празднике. Даже сейчас они прикрывают наследниц рода, находясь при исполнении. А в бою при Оболенске и вовсе приняли на себя первый и самый главный удар, позволив выиграть нам с Алиной столь дефицитное в тот миг время. Так что, во главе стола девчонки занимают место по праву.

Нашло своё физическое воплощение сказание из басен: мёд лился рекой, и снедь улетала только в путь.

Буквально сразу же после команды Морозова, занявшего своё место во главе стола, со всех сторон послышались характерные пробковые «ЧПОК» от раскупориваемых бочонков и бутылей. Зазвенела металлическая посуда, застучали кубки об столешницы. Со всех концов начали сыпаться громогласные заявления, изречения, поздравления и пожелания в адрес хозяев мероприятия.

Первая партия небольших, литров на несколько, бондарских бочонков оказалась опустошена буквально за несколько минут. Во здравие спасённой и её родителей пил и стар, и млад. Даже Ветрана пригубила бордового цвета напиток, от которого и на улице слышался характерный запах С2Н5ОН.

Не укрылось от моего взора и то, как к небольшому, сообразно её возрасту и размеру руки, резному кубку потянулась Милослава.

Со своим уставом в чужой монастырь не ходят, но не спросить подробностей не я мог.

Наклонился к Ветране и тихо поинтересовался:

— Это нормально, что ребёнок употребляет вино? Поправь, если ошибаюсь… Милославе всего лет десять от роду?

— Оно же не креплёное, — также тихо пояснила Морозова-старшая. — К тому же, пусть привыкает. Ей скоро инициализации проходить. А, как ты, безусловно, знаешь, в таинстве используется напиток Силы, собранный на основе вина.

Хозяин — барин, ему виднее.

Не думаю, что мелкая сумеет выжрать столько, что понадобится бригада реаниматологов, токсикологов и вытрезвитель. Может, если пару раз лизнёт, макнув язык, ничего страшного и не будет.

Мне же кубок налили прямо от души. И стоял передо мной уже не деревянный резной, а самый натуральный металлический, инкрустированный камнями и самоцветами. Возможно, даже позолоченный. Однако, прикидывая в руке вес…

Нет.

Ни хера.

Золото.

Чистое.

Может, и не высшей пробы, но это точно не гальваника. Тяжёлый кубок однозначно выполнен из золота. И налили в него буквально литр.

С тем же успехом я мог бы хлестать прямо из горла бочонка.

Если б не был бы при исполнении.